Лекции
Кино
TED BBC
Михаил Шац: «До сих пор помню свое дежурство: вдруг приходят настоящие бандосы и говорят — нам нужен аппарат искусственной вентиляции легких»
Телеведущий о том, как готовил спирт в операционной и почему променял карьеру врача на КВН
Читать
45:02
0 86687

Михаил Шац: «До сих пор помню свое дежурство: вдруг приходят настоящие бандосы и говорят — нам нужен аппарат искусственной вентиляции легких»

— Как всё начиналось
Телеведущий о том, как готовил спирт в операционной и почему променял карьеру врача на КВН

В гостях у Михаила Козырева побывал телеведущий и Михаил Шац, поделившийся историями своей жизни в качестве студента медицинского вуза. Увы, проблемы советского образования так и не решены — это он подробно объяснил в своем интервью. 

Мое почтение, драгоценные зрители телеканала Дождь! Меня зовут Михаил Козырев, в эфире очередной выпуск моего цикла «Как всё начиналось». Мы стараемся сшить такое лоскутное одеяло из воспоминаний про девяностые годы, о таком непростом десятилетии.

Я, собственно, затеял это всё для того, чтобы доказать вам, что это не просто были лихие девяностые. Мне кажется, что один термин неточно отражает дух того десятилетия. Я приглашаю в свою студию тех людей, которые хорошо это помнят, более того, были частью этого десятилетия.

Сегодня у меня долгожданный гость. Это актер, продюсер, шоумен, благотворитель Михаил Шац.

Здравствуй.

Здравствуй, Миша!

Привет, Миша! Одеяло. Мне запал ― извини, я прерву тебя ― вот этот образ лоскутного одеяла, который ты использовал в начале. Действительно, лоскутное одеяло, которым хочется прикрыться сейчас и спрятаться от этого вегетариански-людоедского времени какого-то, вот. Но, в общем, да. Давай накроемся и будем вспоминать.

Давай начнем с легкого медицинского теста. Сможешь с ходу вспомнить семь каналов височной кости?

Нет, точно нет! Это был первый курс, анатомия. Значит, чтобы ты понимал, это даже не девяностые. Это начало восьмидесятых. Не вспомню точно. Но вообще зубрил наизусть. Господи, сколько бесполезного было потеряно времени.

Да.

Но было, было. Это первый курс прямо был.

Хорошо, а дыхание Чейна ― Стокса? Уж это ты должен.

Прерывистое дыхание. Это уже больше из девяностых. Всё-таки часть девяностых я проработал в соответствующих организациях, которые занимались в том числе и дыханием Чейна ― Стокса и другими терминальными состояниями, вот. В общем, анестезиолог-реаниматолог ― это моё…

И ещё… Как это называется? Не пульмонолог.

Перфузиолог.

Перфузиолог. Это что значит?

Это человек, который, так сказать, немного напоминает оператора машинного доения, да. Значит, это человек, который обеспечивает работу перфузионного аппарата. Перфузионный аппарат ― это АИК, другими словами. Аппарат искусственного кровообращения.

Аппарат искусственного кровообращения, да.

Да. Вот, собственно, этот АИК у нас был, такой шведской фирмы «Гамбро». Мои девяностые, если уж на то пошло, начинались, начиная с девяносто первого года по девяносто пятый, утро приблизительно начиналось одинаковым образом.

Оно начиналось с того, что я к восьми утра приходил на улицу Льва Толстого в Петербурге, в Институт пульмонологии, где я работал клиническим ординатором. Я открывал ключом вот этот вот ― во втором операционном блоке у нас была такая секция, где в одной комнате стояло два дивана, мой и Игоря Петровича, моего учителя, перфузиолога и анестезиолога, а второй ― мой диванчик, где мы могли поспать. И маленький столик был. Это такая маленькая комнатка была. А большая комната ― это такие вот расставленные сам аппарат, всякие запчасти к нему.

Вот я начинал с того, что я должен был к девяти утра, к 8:45, точнее, подготовить аппарат искусственного кровообращения к работе, то есть к операции. Первое действие, которое я делал, ― я брал приблизительно такого объема, как кружка, емкость, наливал туда спирт, разбавлял его соответствующим образом, добавлял специи и клал в морозильную камеру. Это на после операции было у нас.

Дело в том, что место силы у нас было, понимаешь, место силы, в которое стремилось всё это отделение.

Больница.

Отделение, да. Практически весь институт. Дело в том, что аппараты искусственного кровообращения как вообще аппарат и вообще идея и инженерное решение появились в пятидесятых годах прошлого века. Ну и, соответственно, когда они появились, они были же все многоразового использования, то есть все вещи после операции стерилизовались.

Стерилизовались.

Читать
Комментарии (0)
Другие выпуски
Популярное
«Центр "Э" приходит на наши концерты, что-то снимает»: живой концерт одной из самых популярных панк-групп России «Порнофильмы»