Лекции
Кино
TED BBC
Нобелевская премия, которую не простили в СССР. Дмитрий Быков — о «Докторе Живаго» Бориса Пастернака
Читать
31:17
0 9825

Нобелевская премия, которую не простили в СССР. Дмитрий Быков — о «Докторе Живаго» Бориса Пастернака

— Нобель

В новом выпуске программы «Нобель» — Борис Пастернак и его роман «Доктор Живаго». За него писатель был удостоен Нобелевской премии по литературе в 1958 году, от которой он был вынужден отказаться из-за начавшейся травли.

Здравствуйте, дорогие зрители. С вами снова программа «Нобель», ее бессменный ведущий Дмитрий Львович Быков.

И бессменный редактор Александра Яковлева, мой собеседник.

И мы сегодня, я ваш собеседник, как журнал «Собеседник». Мы сегодня будем говорить о Борисе Леонидовиче Пастернаке.

О Борисе Леонидовиче Пастернаке, да. И вот здесь большая сложность, потому что о Пастернаке в полчаса не расскажешь, и можно как-то указать на те вещи, которые в нынешнюю эпоху представляются главными. Строго говоря, каждая эпоха в Пастернаке видит свое. И в долгой его семидесятилетней жизни, это все-таки по меркам русской поэзии много, в этой жизни разные были периоды, как и в советской власти. И в сегодняшнюю эпоху мне дороже всего история его раскрепощения, потому что Пастернак очень долго находился в такой почти рабской зависимости и от народа, и от страны, и чувствовал себя их частью, и к ним принадлежал. В стихотворении «На ранних поездах» сказано: «Я наблюдал, боготворя», а вот он боготворил без взаимности, сказала Лидия Корнеевна Чуковская, и боюсь, была права.

Путь Пастернака это именно путь от стремления к большинству, путь от такой последовательно антиромантической позиции спрятать свою личность, раствориться в народе, в природе, а это путь все равно к гордыне, к одиночеству и к освобождению, к раскрепощению. Это путь очень важный, и Пастернак поплатился жизнью, я думаю, и Нобелевской премией, от которой он вынужден был отказаться, и всенародной славой, сменившейся такой же всенародной травлей, он поплатился за свою позицию одиночества и независимости, за то, что сказал больше, чем разрешалось. Ему этого не простили. Вот та энергия травли, которая была направлена на Пастернака, это несколько отличается от случая Ахматовой, скажем. Вот Ахматова, конечно, называла травлю в 1956 году, в 1958, «бой бабочек» она говорила, но то, чему подвергали Пастернака, отказ печатать роман, травля в средствах массовой информации советских, это уже вегетарианство по сравнению с тем, что пережила она в 1946 году, когда газета, где не полоскали бы ее имя в течение полугода, представлялась ей подарком судьбы. Действительно, «от Либавы до Владивостока грозная анафема гремит».

Читать
Комментарии (0)
Другие выпуски
Популярное
Любовь в деталях: почему мы не замечаем, когда обижаем родных, и как этого избежать?