Лекции
Кино
TED BBC
Евгений Цыганов: «Говорят, Серебренников — преступник. Ребята, мы все преступники»
Актер о домашнем аресте Серебренникова, кого считает героем нашего времени, и почему не может быть доверенным лицом Путина
Читать
48:24
0 47951

Евгений Цыганов: «Говорят, Серебренников — преступник. Ребята, мы все преступники»

— Синдеева
Актер о домашнем аресте Серебренникова, кого считает героем нашего времени, и почему не может быть доверенным лицом Путина

Евгений Цыганов побывал в гостях у Натальи Синдеевой и рассказал, о своей семье и детях, отношении к политике и взглядам на искусство, а также о своей деятельности на поле благотворительности. 

Синдеева: Программа «Синдеева» опять в прекрасном бутике Bork. У меня сегодня в гостях актер Евгений Цыганов. Женя, здравствуйте.

Цыганов: Здравствуйте.

Синдеева: Женя, вы не так много даете интервью. Я, когда готовилась к программе, мне потребовалось много чего посмотреть, почитать, но оказалось, этого не так много, и о вас не так много что известно. Поэтому я сегодня постараюсь задать разные какие-то вопросы, потому что я поняла, что наверняка не только мне, а и зрителям тоже интересно что-то про вас понять, потому что вы крутой актер, востребованный актер, все вас знают как театрального актера, как киноактера, а вот как человека мало знают. Почему? Вы специально?

Цыганов: Может, я не такой интересный человек в жизни просто?

Синдеева: Это вы сейчас кокетничаете?

Цыганов: Может быть, на сцене я значительно интереснее.

Синдеева: Вы осознанно себя из этой публичности убираете?

Цыганов: Я не знаю. Когда мне говорят о том, что интервью — это часть профессии, и какие-то фотосессии, и позирование на прессволлах и прочем-прочем это часть профессии, я, честно говоря, в этом очень сомневаюсь. Я учился в театральном вузе, я его заканчивал, и у меня написано, что я профессиональный артист, не учили нас ни давать интервью, ни позировать фотокамерам, и занимались мы совершенно другими делами. Знаете, я об этом не жалею. Мне кажется, у нас была интересная учеба, и мы делали какие-то любопытные вещи, и мне этого, в общем-то, было вполне достаточно для освоения того, чем я сейчас занимаюсь.

О СЕМЬЕ И ДЕТСТВЕ

Синдеева: Но вы совершенно не из творческой семьи, да? То есть родители никакого отношения к театру не имели. Как вы, когда вы такое решение для себя приняли, что вот театр это ваше?

Цыганов: Ну, сказать, что совершенно не из творческой семьи, так нельзя, потому что, я считаю, что мои родители очень творческие люди.

Цыганов: Мама училась в институте культуры, у нее был такой момент, она вела какие-то концерты, еще что-то. То есть она всегда была где-то рядом, и всегда ей это было интересно. Папин род имеет отношение к семье Образцовых, это наши родственники. Всегда для нас Образцов, его театр, это было что-то…

Синдеева: Все-таки, значит, есть.

Цыганов: Это было что-то семейное, что-то близкое и важное в нашей жизни.

Цыганов: У меня есть старшая сестра, она училась в музыкальной школе, и училась она хорошо, в отличие от меня. Ей даже, у нее были какие-то перспективы серьезные, музыкальные, как у пианиста. Она для себя выбрала стезю педагога, педагога начальных классов, в итоге она сейчас тоже занимается журналистикой, выпускает журнал. Но когда мне было три года, в общем, все было предрешено за меня, и я в три года пошел в музыкальную школу. И дальше музыкально-хоровая школа «Восход», дети из которой играли в «Театре на Таганке», потому что она находилась на Таганке, мы росли на Таганке. Соответственно, когда в театре нужны были дети, а такое иногда происходит, то они удобненько шли в эту музыкальную школу и набирали себе детей. И таким образом в девять лет я оказался в «Театре на Таганке», провел там четыре года своей жизни.

Синдеева: То есть все было логично.

Читать
Комментарии (0)
Фрагменты
Другие выпуски
Популярное
Интервью с самым узнаваемым репортажным фотографом Стивом МакКарри