Лекции
Кино
Галереи SMART TV

Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и (или) российским юридическим лицом, выполняющим функции иностранного агента.

Почему «Повелитель мух» далек от правды и чему нас учит советский опыт коллективного воспитания? Лекция Дмитрия Быкова о педагогике в литературе
Читать
36:39
0 9751

Почему «Повелитель мух» далек от правды и чему нас учит советский опыт коллективного воспитания? Лекция Дмитрия Быкова о педагогике в литературе

— Лекции на Дожде
Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и (или) российским юридическим лицом, выполняющим функции иностранного агента.

1 июня — День защиты детей, и всю неделю на Дожде мы обсуждаем темы и проблемы, связанные с их воспитанием. Дмитрий Быков, в частности, рассказал об опыте коллективного воспитания в советской литературе и объяснил, почему он был не так далек от реальности, как могло показаться. 

Всем привет, дорогие зрители Дождя, с вами программа «Лекции». У нас сегодня Дмитрий Львович Быков, который расскажет об утопии коллективного воспитания в советской литературе. Дима, здравствуйте.

Здравствуйте, Саша. Здравствуйте, все. Но прежде чем об этом говорить, надо заметить вот эту такую малоприятную тенденцию, что главной сюжетной схемой XX века стал в России сюжет фаустианский, и как бы во всем мире сюжет о Фаусте начал вытеснять примерно эдак с XVIII века, с начала Просвещения, начал вытеснять сюжет о Христе. С чем это связано? Мы говорили с вами уже с вами об этом в лекции о Томасе Манне, применительно к «Доктору Фаустусу». Это довольно жестокая мысль, конечно, но получилось так, что бог, во всяком случае, в той мифологии, которую рассказывает о себе человечество, окончательно отвернулся от мира, поняв, что спасти его нельзя, можно спасти избранных. Мир передоверен Мефистофелю, такому не самому злобному духу зла, сказано же в «Фаусте» у Гете, из духов отрицания ты всех менее бывал мне в тягость, плут и весельчак, ему доверено инспектировать Землю и периодически спасать оттуда, извлекать наиболее талантливых, поощрять мастеров.

Эта линия сюжетная особенно наглядно прослеживается в русской литературе, потому что в России иначе было не выжить. Или ты мастер, и у тебя есть верховный покровитель, у которого в руках контракт на работу, а если ты мастер, это твой единственный способ быть незаменимым, ты в любом другом раскладе пропадешь. Именно поэтому Пастернака стали в разговоре так и спрашивать про Мандельштама, «Но он мастер?» «Мастер», и в результате принимается решение изолировать, но сохранить. Главным критерием оценки человека становится его профессионализм, потому что хороший ли он, плохой, это уже в советской, абсолютно кривой системе ценностей определить невозможно. Кто хороший? Только последовательный добряк, последовательный злодей, а хороших нет. И в результате единственным критерием оценки становится нужность, так возникает тема Мастера, тема профессионала. Этот профессионал, в отличие от трикстера, очень привлекателен для женщин, и метафорой русской революции становится бегство любовников, адюльтер. Это и в «Тихом Доне» бегство Григория с Аксиньей, это и в «Докторе Живаго», это, кстати говоря, в «Лолите», которая, сама того не понимая, рассказывает нам тот же сюжет, бегство профессионала с любовницей и гибель этой любовницы, именно поэтому Лолита умирает.

Читать
Комментарии (0)
Другие выпуски
Популярное
«Когда-нибудь мои обручальные кольца пойдут на зубы»: Лолита — о самом тяжелом разводе (с Цекало), концерте для Лукашенко, эйджизме, алкоголе и перезапуске карьеры