Лекции
Кино
TED BBC
0 2189

Доступность как достоинство. В Москве прошла международная конференция о правах людей с инвалидностью

— Россия – это Европа

В апреле в Москве прошла международная конференция «Права и благополучие людей с инвалидностью в России и ЕС», организованная при финансовой поддержке ЕС. О том, как европейский опыт может помочь России в сфере интеграции людей с особенностями развития в общественную жизнь, в материале проекта «Россия — это Европа».

Герои показанного на конференции французского короткометражного фильма «Немного нежных слов» — люди с ментальными особенностями. Они совсем непохожи на «объекты благотворительности», кого-то обреченного, замкнутого и вызывающего жалость. За их рассказами и признаниями смотришь с улыбкой и надеждой, потому что искренность зашкаливает. 

«На самом деле, все они – настоящие романтики, которые, также как мы, смотрят фильмы и телевизор, мечтают о лучшей судьбе для себя и своих близких – о семье, об отношениях, о будущем, но пространства, где это может нормально реализоваться, пока очень мало. Общество пока не готово до конца их принять, увидеть своими полноправными членами. Нам до сих пор тяжело вместе учиться или работать, и даже сидеть в кафе за соседними столиками», — говорит о проблемах интеграции людей с инвалидностью Екатерина Таранченко, директор по правовым вопросам благотворительной организации «Перспективы». Изоляция людей с инвалидностью — главный вызов как для ЕС, так и для России. Это подтверждает заместитель главы представительства ЕС в России Алешка Симкич: «Многие из европейцев до сих пор не имеют равного доступа к образованию и трудоустройству. Это касается как элементарной физической доступности общественных пространств, так и моральной дискриминации и отсутствия механизмов соучастия. Для этого разрабатываются специальные программы интеграции, которые будут полезны и для России».

Алешка Симкич. Фото предоставлены представительством ЕС в России.

Это одна из основных тем конференции: многие люди с ограничениями в коммуникации и передвижении не в состоянии сами сделать личный выбор, распорядиться своей жизнью и быть хотя бы отчасти самостоятельными. Трудно или невозможно элементарно выйти из дома, погулять, сходить в магазин, распорядиться деньгами или временем. Людям с особенностями развития часто тяжело реализовать собственные замыслы, не хватает элементарных навыков, потому что социализация в интернатах, куда их отправляет российское государство, не функционирует.

Европейский союз на протяжении многих лет финансирует проекты, которые помогают людям с инвалидностью в России жить полноценной и достойной жизнью. На конференции эксперты говорили о знаковых кейсах по реализации инклюзивной кадровой политики и профориентации людей с инвалидностью, их сексуальном просвещении, условиях, необходимых для их комфортного и независимого проживания, и так далее.

На уровне законодательных аспектов и подготовки юридической почвы, как признали многие эксперты, сделано достаточно многое. Конвенцию ООН о правах инвалидов, которую в 2006 году приняли в штаб-квартире организации в Нью-Йорке, ЕС ратифицировал в 2011 году. Россия присоединилась к ней через год. Теперь на повестке дня — имплементация этой конвенции. Надя Хадад, член исполнительного комитета организации European Disability Forum, говорит, что уже есть несколько вдохновляющих примеров. Например, в скандинавских странах инклюзивное образование — уже базовая вещь и функционирует на 100%: «Теперь там нет никаких специальных и коррекционных школ, они исчезли как вид, существуют только общеобразовательные со специальными адаптивными условиями для обучения людей с особенностями и с соответствующим персоналом в штате. Право на учебу там есть у каждого».

Надя Хадад

Шведка Анна Халлгрен из «Европейской сети независимой жизни», которая сама передвигается на коляске, признает, что технический прогресс тоже помогает. Многочисленные приложения в смартфонах способны решить многие трудности: «Я пользуюсь таким, например, для поиска специальных туалетов в городе. Раньше это занимало много времени, но теперь достаточно войти в телефон и посмотреть на карту». Во многих странах решена проблема с физической доступностью общественных пространств для людей с инвалидностью: специальные пиктограммы, лифты у мостов, дорожная разметка. Есть подвижки с этим даже в некоторых регионах России. Роман Аранин из калининградской общественной организации инвалидов «Ковчег» в целом выражает оптимизм по поводу своей работы и доказывает, что за последние 5-7 лет многое изменилось. Например, после чемпионата мира по футболу 2018 года в Калининграде появилось 150 низкопольных автобусов. «Ковчег» напрямую работает с чиновниками, чтобы донести до них необходимость подобных изменений. И такая тактика показала свою эффективность.

Анна Халлгрен (слева)

«Я состою в общественном совете при губернаторе, поэтому практически все мои инициативы получают поддержку. Например, мы уже не боремся за понижение бордюров с местной администрацией, они все сами понимают. Кроме того, мы выступили с идеей адаптации пляжей на Балтике, и на данный момент Калининградская область — единственный регион в России, где есть пять пляжей, полностью приспособленных для людей с инвалидностью. Системно появляются пандусы, а нуждающиеся получают специальные атрибуты поддержки — ступенькоходы, позиционирующие подушки для ДЦП и так далее», — делится опытом Аранин. По словам Екатерины Таранченко из «Перспективы», в обществе действительно начинают понимать, что люди с особенностями — это не «отдельная каста живых существ», а такие же люди. «Однако пока мы находимся на уровне пандусов и и лифтов. Действительно, в качестве физической доступности делается очень много, потому что стройка — наше все. Но проблемы возникают, когда дело касается возможности человека к социализации, тех вопросов, которые не пропишешь в нормативных актах».

Проблемы с изоляцией людей с нетипичным развитием начинаются уже на начальном этапе, с детского сада и школы. Если у ребенка на ранней стадии обнаруживают ментальные или физические особенности, он автоматически оказывается исключенным из привычных жизненных сценариев. «Даже коррекционные учреждения могут отказаться от таких детей, но тогда они сразу отрываются от общества, а родители тоже оказываются заложниками ситуации, не могут нормально работать и жить в таких условиях, они к ним привязаны. На выходе ребенок оказывается замкнутым, вокруг него нет сверстников и друзей, таким образом, социализация не происходит, а качество надомного образования оставляет желать лучшего. В итоге такой человек на самом старте лишается возможностей чем-то конструктивным себя занять», — объясняет заместитель декана факультета антропологии Европейского университета в Санкт-Петербурге Анна Клепикова. Интернаты для таких детей — тоже не выход: изоляция, трата времени и перспектив развития.

Анна Клепикова

Эксперт фонда «Обнаженные сердца», детский невролог Святослав Добня, который занимается проблемами аутизма, настаивает на необходимости инклюзивного образования. То, что детям с аутизмом не нужно общение, — миф. Они тоже хотят играть и дружить, просто не всегда знают, как этом можно делать, потому что у них нет опыта. Для этого и нужна помощь друзей и специалистов. Некоторым из них может быть сложно в непредсказуемой обстановке, но специальная поддержка и понимание окружающих помогут им справиться в непривычной ситуации. Кроме того, по мнению Добни, инклюзивное обучение идет на пользу не только детям с особенностями развития, которые привыкают таким образом жить в обществе, но и их одноклассникам — обычные дети учатся принимать разных людей. «Простой способ решения всех проблем в будущем — люди должны оказаться рядом. Школа — важный инструмент социализации и развития, школа должна быть у каждого ребенка. Главное заблуждение, что в случае инклюзивного обучения мы, как люди с типичным развитием, чем-то жертвуем. Это не так, совсем наоборот. Если педагог умеет работать с особенными детьми, то это еще лучше для всех остальных. В итоге по качеству обучения инклюзивные школы вырываются вперед и оказываются более эффективными и продвинутыми. Именно в эти школы сегодня в Москве и Петербурге самый большой конкурс. Нужно просто осознать эту взаимную пользу». Чтобы поставить это на поток, нужно привлечь новых специалистов, повысить мотивацию педагогов и прийти к пониманию всех этих вопросов со стороны общества. Люди должны научиться принимать других людей смолоду, они должны прийти к осознанию, что рядом может оказаться кто-то совершенно другой, но при этом равный тебе и интересный. А для этого просто необходима правильная коммуникация и обратная связь. В таком случае все вопросы отпадают — как, например, при общении с человеком другого цвета кожи. «Для обычных людей общение с людьми с особенностями развития — тоже проблема и вызов. Они просто не знают, как разговаривать с ними, потому что у них не было такого опыта. Поэтому это необходимо прививать, тогда ситуация точно поменяется», — подтверждает Надя Хадад, член исполнительного комитета European Disability Forum.

У детей есть шанс на подготовку к реальной жизни, а у взрослого еще меньше возможностей к интеграции в общественную жизнь. Их часто лишают свободы и держат в  психоневрологических интернатах. Анна Клепикова из Европейского института в Санкт-Петербурге считает, что проект сопровождаемого проживания, который сейчас работает в 39 регионах страны, это «лучшая альтернатива закрытым учреждениям». Людям с инвалидностью предоставляется возможность жить дома или в условиях, близким к домашним, социализироваться, общаться, учиться минимальному самообслуживанию — от бытовых дел вроде готовки и стирки до планирования собственного бюджета. Все это происходит под присмотром специалистов в частном помещении — дом не выглядит как тюрьма и не обнесен большим забором. Смысл сопровождаемого проживания в том, чтобы жить нормальной жизнью среди людей. Конечно, именно здесь может пригодиться уникальный европейский опыт, там подобная практика существует много лет. На конференции Надя Хадад из European Disability Forum приводила пример Швеции — там действуют специальные коммуны, где 24 часа в сутки под присмотром персональных ассистентов ведется курс социализации и коммуникации. Екатерина Таранченко из «Перспективы» подчеркивает, что в России тоже есть понимание того, как надо действовать: «Доступность для людей с инвалидностью — это в в том числе понимание и упрощение информации, вежливость и возможность человека адаптировать к коммуникации, к пониманию и партнерству. Поэтому мы применяем модель интеграции в жизнь на протяжении всего пути: от детского сада до домов сопровождаемого проживания. Мы помогаем быть интересным человеком каждому».

Опыт европейских активистов и помощь общественных организаций могут пригодиться в России, но, как не раз было сказано на конференции, не менее важна личная инициатива. Евгения Воскобойникова, ведущая Дождя, модель, которая после тяжелой автомобильной аварии уже в зрелом возрасте оказалась в инвалидной коляске, рассказала в своей книге «На моем месте», как стала активисткой движения за права людей с инвалидностью: «Известно, что люди, ставшие инвалидами, начинают относиться к себе так, как они сами относились к другим в таком положении. Если они не уважали такого человека, то они и себя не уважают, если презирали, то все это презрение они направляют сами на себя, ограничивая свои возможности собственными руками. Я не перестаю убеждаться, что все зависит от воли человека. Никто не хочет, чтобы мы сидели по домам и не высовывались. Для нас есть льготы, разработано множество социально полезных программ. Но за нас никто не будет действовать и выбивать то, что по праву наше. Наверное, я такая самоуверенная потому, что удавалось одержать победу над главами местных администраций. Я забрасывала их письмами с требованиями то лифт включить, то пандус переделать, то дыры в асфальте закатать. Без нашего участия никаких перемен не будет. Зачем владельцу расширять вход в кафе, если инвалиды-колясочники отродясь в нем не бывали?».

Как говорит передвигающаяся на коляске Анна Халлгрен из «Европейской сети независимой жизни», отставание России совершенно не безнадежно: «Да, действительно, в Европе мы встречаем гораздо больше людей с инвалидностью на улицах, в школах, магазинах, они повсюду. В Москве это пока все-таки в диковинку. Я приехала на конференцию, выехала в город и вижу, что на меня осторожно посматривают, косятся. Но, с другой стороны, здесь живут отзывчивые и понимающие люди. Мне, например, открыли дверь в кафе, а другой человек бросился за мной, чтобы остановить коляску, когда та ехала с горки. В Европе вы такого не увидите, там люди с инвалидностью привыкли делать все сами, но зато у вас в стране всегда готовы прийти на помощь там, где чего-то не хватает». Самостоятельность людей с инвалидностью в странах ЕС стала возможна, только когда многие пространства были оборудованы для их удобства. Госпожа Халлгрен в своем выступлении на конференции подробно рассказала, как европейцы еще несколько десятилетий назад выходили на улицы, чтобы протестовать против дискриминации, боролись за права людей с особенностями развития. И это еще задолго до принятия Конвенции ООН.

Комментарии (0)
Другие выпуски
Популярное
Любовь в деталях: почему мы не замечаем, когда обижаем родных, и как этого избежать?