«Плюс работы Собянина в том, что не все деньги в Москве разворованы». Большое интервью с Любовью Соболь

В новом выпуске программы Hard Day's Night — политик Любовь Соболь. Подробно обсудили с ней ситуацию с выборами в Мосгордуму, акциями протеста за честные выборы и делами о «массовых беспорядках» после несогласованного митинга 27 июля. Она рассказала о том, кто дал указание проводить обыски в домах независимых кандидатов на московских выборах, что ей не льстит сравнение с Ксенией Собчак, а также почему считает, что согласование гей-парадов должно выноситься на референдум. Вместе с Антоном Желновым эфир провели Денис Катаев, Алексей Коростелев, Ольга Бычкова, журналист радиостанции «Эхо Москвы», и Александр Баунов, главный редактор Carnegie.ru.

Желнов: Добрый вечер! Hard Day's Night на Дожде, как всегда по вторникам. Мы вернулись из отпуска и теперь будем встречаться с вами каждую неделю. Привет всем зрителям Дождя! Приветствуем нашу сегодняшнюю героиню. Это Любовь Соболь, незарегистрированный кандидат в депутаты Мосгордумы. Любовь, здравствуйте!

Соболь: Добрый вечер.

Желнов: Любовь, наверно, спрошу о том, что действительно всех волнует, в том числе это важно. Голодовка, которую вы объявили несколько недель назад. Довольно радикальный шаг, учитывая, что, слава богу, нет пока ничего того, что связывает вас физически, например, тюрьмы, вы все-таки, слава богу, на свободе. Почему все-таки было такое решение ― принять эту голодовку в домашних обстоятельствах? И продолжаете ли вы ее сейчас?

Соболь: Да, я держу свою голодовку. Сегодня идет 31-й день. Чувствую я себя удовлетворительно, для здорового человека, наверно, не вполне, но для человека, который на 31-м дне. Я могу работать, я могу передвигаться, я смогла прийти в эту студию. Я продолжаю вести свои расследования, возглавляю канал «Навальный Live», мы выпускаем ролики, мы делаем большие трансляции. Я участвую в уличных акциях протеста за допуск на выборы независимых кандидатов, за обеспечение москвичам возможности голосовать за своего политического представителя 8 сентября. Поэтому у меня пока есть силы, голодовку я продолжаю держать. Объявила я ее…

Желнов: Почему такой радикальный шаг? Обычно ее объявляют, с советских времен, с диссидентских мы знаем, что это люди, либо оказавшиеся в тюрьме, либо выходящие на площадь с радикальными какими-то призывами, либо за границей. Все-таки другая ситуация. Это такой какой-то новый тип голодовки. Почему решились на такой шаг?

Соболь: А я бы не сказала, что это другая ситуация. Да, я не нахожусь в тюрьме, но это был такой жест отчаяния, потому что у нас забрали все возможности сейчас, у москвичей, отстаивать свои права через какие-то механизмы, которые прописаны в законах, через избиркомы, через суды. И эта голодовка была жестом, наверно, моего отчаяния, когда я поняла, что добиться какой-то справедливости в избиркоме, наверно, уже не получится. Чтобы привлечь общественное внимание, я объявила эту голодовку.

Я привлекаю общественное внимание к тому бесправию и беспределу, который происходит на выборах в Московскую городскую думу, и другими способами: я записываю видео, я распространяю их в интернете, я выхожу на уличные акции протеста. Я ходила в избиркомы и дошла до Эллы Александровны Памфиловой. Если бы была возможность пойти в суд, я бы пошла в суд. Я борюсь всеми возможными способами, чтобы отстоять свое право на участие в этих выборах и право москвичей иметь своего политического представителя в городском парламенте.

Поэтому это был один из способов борьбы, и я считаю, что он достаточно эффективный. Он очень тяжелый, у меня есть уже последствия для здоровья. Мой врач, который наблюдает меня, взял у меня не так давно расписку о предупреждении о летальном исходе, потому что у меня были плохие показатели по калию, а это может отразиться на сердце. Он проинструктировал ребят, которые рядом со мной находятся в Центре сбора подписей и помогают мне по каким-то бытовым вопросам, потому что голодовку я держу именно там, что делать в случае, если я упаду в обморок. Но опять же я продолжаю держать свою голодовку.

Коростелев: Вы уже упомянули Фонд борьбы с коррупцией и канал «Навальный Live», который вы возглавляете сейчас, в отсутствие Алексея Навального вы главный там ведущий. При этом совершенно недавно в Фонде борьбы с коррупцией, в студии вашей были обыски в связи с уголовным делом об отмывании денег. Насколько я понимаю, все счета, которые так или иначе связаны с Фондом и с «Навальный Live», арестованы.

Вы продолжаете выходить в эфир, выходят расследования. Откуда сейчас берутся деньги? Вообще на что существует Фонд борьбы с коррупцией в связи с вот этим уголовным делом? И куда деньги-то делись?

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю