Откуда у «Единой России» могли взяться 14 млн «аномальных» голосов? Обсуждаем с политологом Дмитрием Орешкиным

21 сентября, 21:27 Тихон Дзядко
7 962
Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и (или) российским юридическим лицом, выполняющим функции иностранного агента.

Государственная дума нового, восьмого созыва может провести первое заседание уже в следующую среду, 29 сентября. Об этом «Интерфаксу» сообщил информированный источник. Окончательные итоги Центризбирком намерен подвести в пятницу, 24 сентября. По итогам обработки 100% бюллетеней, по официальным данным, в нижнюю палату парламента проходит пять партий. Конституционное большинство вновь у «Единой России» — почти 50% голосов. На втором месте КПРФ, почти 19%, по 7,5% получили «Справедливая Россия» и ЛДПР, «Новые люди» набрали 5,32%.

Также несколько часов назад Центризбирком обнародовал распределение мест в новой Госдуме. «Единая Россия» получает 324 места (было 343), КПРФ — 57 (было 42), ЛДПР — 21 вместо прежних 39, «Справедливая Россия» — 27, на 4 больше, чем в прошлом созыве. «Новые люди» получают 13 кресел в Думе, «Гражданская платформа» и «Родина» сохраняют по одному месту, еще одно получает «Партия роста». 5 мест получают самовыдвиженцы.

Известный независимый электоральный аналитик Сергей Шпилькин опубликовал у себя в фейсбуке график с данными по почти 97 тысячам участков. Шпилькин делает вывод, что фальсификации в пользу «Единой России» могли составить без малого 14 миллионов голосов. Это связано с тем, что при росте явки существенно росли лишь показатели партии власти.

Политолог Дмитрий Орешкин поясняет, что при нормальных условиях, вне зависимости от того, какой была явка на избирательных участках, распределение голосов остается примерно одинаковым. Тогда как статистика, представленная Шпилькиным, показывает — чем выше явка, тем выше поддержка «Единой России». «Как будто там, где высокая явка, туда приходят только сторонники „Единой России“», — пояснил он.

Дмитрий Борисович, я приветствую вас.

Насколько убедительными вам кажутся вот эти выводы Сергея Шпилькина? Он, в частности, отмечает, что там в конце, при 95% явки, вдруг пошел резкий всплеск за «Единую Россию», это электронное голосование, и еще одно доказательство того, что были массовые фальсификации.

Во-первых, здравствуйте. Спасибо, что пригласили.

Всегда рады.

Во-вторых, Сергей Шпилькин давно занимается этими вещами, давно установил вот эту двухпиковость, и в значительной степени справедливо интерпретирует это как признак фальсификата.

Методика работает очень просто. При нормальных условиях, вне зависимости от того, сколько народу пришло на избирательные участки, расклад голосов должен быть примерно тем же самым, потому что если приходит больше сторонников «Единой России», то должно примерно на столько же процентов и в количественном отношении увеличиваться и число сторонников Коммунистической партии, потому что их тоже пришло примерно в процентном отношении столько же, сколько единороссов.

А статистика показывает, что чем выше явка, тем странным образом выше поддержка «Единой России», как будто там, где высокая явка, туда приходят только сторонники «Единой России». Ну и понятно, как это происходит, пример — Чечня. Явка за 90%, и за 90% от пришедших проголосовали за «Единую Россию». Или, чтобы нам было понятнее, чтобы не обижать чеченцев, воинская часть. Всех людей привели на выборы, им политрук сказал, за кого голосовать, а кто будет голосовать неправильно, тому там три наряда вне очереди. И явка 100%, естественно, и 100% за «Единую Россию».

Как только мы переходим в нормальную, живую, человеческую среду, там кто-то за коммунистов, кто-то за «Единую Россию», кто-то, прости господи, за «Яблоко», кто-то за ЛДПР, нормально. И как раз важно выяснить, сколько людей какую партию поддерживают.

Так вот Шпилькин на довольно простом статистическом материале показывает, что там, где явка выше, там, где она искусственно нагнана, потому что понятно, что в нормальных условиях ну в среднем по стране 51% явка, значит, есть участки или там даже регионы, где явка составляет 90%, естественно, она «надута».

Собственно, регионы, которые с вашей легкой руки мы все теперь называем «электоральными султанатами».

Ну, я уже лет двадцать этим занимаюсь, да, «электоральные султанаты». Их не то чтобы даже избирателей нагоняют, как в воинских частях бывает, там просто эти результаты рисуются. И если ты, скажем, вбрасываешь количество бюллетеней за «Единую Россию», то ты опять же автоматически прибавляешь явку.

Например, у вас на участке 1000 человек, из них 300 проголосовали за «Единую Россию», абсолютно нормальный честный человеческий результат. Если председатель избирательной комиссии, поговорив с вышестоящим руководством, решает, что этого мало, он идет в туалет и пишет у «Единой России» не 300 там голосов, а например, еще 500. Но при этом ему надо прибавить еще 500 явки, он приписывает эти голоса. Получается явка не 1000, а 1500, и из них 300+500, получается 800 голосов за «Единую Россию», больше половины, отлично. Его хлопают по плечу, выписывают ему квартальную премию.

Но тупая статистика фиксирует, что явка-то высокая, и вот эта корреляционная связь между повышенной явкой и повышенной поддержкой «Единой России» в нормальных условиях не наблюдается, а ненормальных — наблюдается. Наша страна в этом смысле ненормальная.

Можно спорить о том, 14 миллионов таким образом приписали «Единой России» или 12 миллионов, можно говорить о том, что военнослужащие, рядовой состав, проголосовали за «Единую Россию» 100% и при 100% монолитности потому, что они так искренне любят «Единую Россию», мы не знаем, мы им в душу залезть не можем.

Но скорее всего, это просто признак такой электоральной возгонки, и методы Шпилькина это однозначно, не однозначно, но очень убедительно показывают. Там, где больше явка, там больше за «Единую Россию», там, где Чечня, там, где воинская часть, там будут такие результаты. Где нормальные люди — там голоса расходятся, и у «Единой России» реальный результат — 30%, это столько, сколько она стоит на весах объективного честного прозрачного голосования. Беда в том, что у нас необъективное, нечестное и непрозрачное голосование.

Есть такая проблема. Скажите, вот например, в контексте электронного голосования, и до выборов, и после выборов, электронного голосования в Москве, в данном случае я именно его имею в виду.

И до, и после выборов, и от тех, кто по этому голосованию выиграл, например, об этом у нас Евгений Попов у нас говорил накануне в эфире, и об этом говорил несколько раз и до голосования и после Алексей Венедиктов, один из главных пропагандистов электронного голосования в Москве, они говорят следующее — послушайте, это мобилизованная аудитория, это мобилизованный электорат.

«Единая Россия» всячески мобилизовала свой электорат, чтобы он пришел. Он пришел, ну электронно пришел, и что же, он будет за «Яблоко» или КПРФ голосовать, если он электорат «Единой России»? Нет. Вот он пришел и проголосовал.

Я бы согласился с термином мобилизация. Мобилизация на электронное голосование обеспечивается, в том числе, с помощью административного давления.

Если человек работает в какой-нибудь крупной государственной корпорации, ему говорят: «Порфирий Игнатьевич, надо бы проголосовать. Вот, пожалуйста, на рабочем месте стоит у тебя компьютер, приди и проголосуй, и не порть отношения с руководством». Порфирий Игнатьевич идет и голосует. Поскольку ему в ухо чесноком дышит вышестоящий руководитель, он голосует так, как надо руководителю. И это называется мобилизация, он голосует за «Единую Россию».

Некоторые из этих людей, воспользовавшись функцией переголосования, придут домой, умоются от запаха чеснока или чего-нибудь там, пива, которым дышит руководитель, и переведут свой голос. Из двух миллионов московских избирателей где-то от двухсот до трехсот тысяч человек воспользовались функцией вот этой вот, переголосования. А большая часть плюнула, зачем им неприятности, зачем им трудности.

Поэтому да, это мобилизованный электорат. Вопрос в том, какие методы мобилизации, потому что мобилизация может быть и просто взяли и нарисовали. И это тоже не исключено, когда явка 94%, и поди там разбирай, где они его мобилизовали, как они его мобилизовали. Ситуация внутри себя закрытая.

Блокчейн тем и хорош, что он должен быть открыт для всех членов, а он у нас не открыт. Ты можешь увидеть свое голосование, но ты не можешь увидеть все транзакции, которые в сети совершались помимо тебя. И когда нам там говорят, а похоже, что там 75 или 76 тысяч из этих голосов просто вульгарно доброшены потом, мы не можем это ни подтвердить, ни опровергнуть.

Это правда, потому что это такая, черный ящик.

Черная дыра. А блокчейн силен как раз тем, что это «белая дыра», то есть ты туда можешь войти и посмотреть все транзакции, помимо твоих. Нет, нам этого не разрешают.

Спасибо, благодарю вас.

Фото на превью: Шеметов Максим / ITAR-TASS

Купите подписку

Вы уже подписчик? Войти

Партнерские материалы

Подвешенная подписка

Выберите человека, который хочет смотреть , но не может себе этого позволить, и помогите ему.

  • Игорь Антонов

    Бургас
    24.01.2021

    Живу в другой стране, хочу знать правду из достоверных источников.

    Помочь
  • Елена Россеева

    Никольск
    04.10.2021

    Чтобы сберечь нервную систему от любимых государственных не инноагентных (опасных)телеканалов.

    Помочь
Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю
Лучшее на Дожде