«Сегодня делается все, чтобы не было личностей»: Зоя Богуславская об эпохе серых масс, моде на шестидесятые и ярком Серебренникове

В гостях у программы Hard Day’s Night писательница, драматург, искусствовед Зоя Богуславская. Более 40 лет она была женой поэта Андрея Вознесенского. Недавно Зоя Богуславская праздновала свой юбилей — 16 апреля ей исполнилось 95 лет. Во время эфира поговорили о том, почему сейчас вернулась мода на шестидесятые, в обществе все меньше ярких личностей, а тем, кто высовывается из серой массы, «обрезают крылья».

Вместе с Антоном Желновым эфир провели ведущие Дождя Денис Катаев, Павел Лобков, Максим Гликин и журналист «Эха Москвы» Ольга Бычкова.

Желнов: Добрый вечер. Hard Day's Night на Дожде. Я приветствую вас, зрителей Дождя, и нашего сегодняшнего гостя, очень редкого, вообще редко выходящего в медийное современное пространство. Зоя Борисовна Богуславская, писатель, общественный и культурный деятель, эссеист, драматург. Зоя Борисовна, добрый вечер.

Богуславская: Добрый вечер.

Желнов: Рады вас очень видеть безмерно на телеканале Дождь, в нашей студии.

Богуславская: Спасибо. А вы не представились.

Желнов: А меня протитруют, Зоя Борисовна. На всякий случай, да, Антон Желнов. Зоя Борисовна, поскольку мы встречаемся накануне дня рождения Андрея Андреевича и накануне 9 Мая, то вот именно с этой темы хотелось бы начать, с 9 Мая. Насколько вообще вас устраивает то, как в последние годы, в последнее десятилетие, даже уже можно сказать, пятнадцатилетие, мы отмечаем этот праздник? Я имею в виду всю новую символику, от георгиевских лент до вывесок на машинах «Спасибо деду за Победу».

Богуславская: Безусловно. Знаете, я уже женщина столь немолодого возраста, что для меня, конечно, 9 Мая обросло очень многими событиями. В частности, например, одно из самых ярких впечатлений, это смерть Булата Окуджавы. Тогда я была в Париже и в тот день должна была с ним встретиться, но поскольку мы попрощались в Москве, у меня книжка там была переведена прозы, и выяснилось, что я уже не могу с ним ничего сделать, потому что он в госпитале. И когда мы с переводчицей Люси Каталя решили навестить его в госпитале, то она мне в шесть утра позвонила и сказала: «Зоя, навещать некого. Он умер». И вот тогда было событие, он родился 9 мая, почему я об этом вспоминаю, умер он в другое. Поскольку это было международное заседание ПЕНа, на которое я была делегирована, вопреки моему пожеланию, от ПЕНа выступить тогда, да.

Желнов: ПЕН-центр.

Богуславская: То я поняла, что мы уже не идем в госпиталь. А что делать? И на этом ПЕНе я сказала: «Господа, вы, наверное, не все знаете имя Булата Окуджавы. Но поверьте мне, это не просто серьезный поэт, авторская песня, все это, но это один из самых любимых уважаемых писателей нашего времени. Я прошу почтить его память минутой молчания». Я заставила эти 100 человек из всех стран помолчать и почтить Булата. А потом уже, конечно, был ужас, когда гроб надо было перевозить из Парижа и т.д и т.п.

Лобков: Все-таки хотелось бы спросить, все-таки смотрите телевизор иногда, ну ездите по улицам, во всяком случае, видите все эти лозунги, георгиевские ленточки. Вот сегодня в новостях мы показывали, как в разных регионах это отмечается, маленькие дети маршируют в военной форме в пилотках, новорожденные даже в колясках с этими ленточками. Это происходит все ежегодно. Как вам кажется, так надо или так не надо отмечать?

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю