«Я бы их посадил, пусть почувствуют, что это такое»: бывший заключенный ярославской ИК-1 о пытках

24 июля, 22:52 Мария Борзунова
28 876

Как и при многих других подобных учреждениях, при ярославской ИК № 1 есть производство или — более официально — «центр трудовой адаптации осужденных». Заключенные делают там упаковочный материал — гофро-картон, а также изделия для военных — маскировочные материалы для защиты от излучения. В колонии есть и деревоперерабатывающее производство, самое дорогое из его прайс-листа — металлический стеллаж за 21 тысячу рублей. По данным портала госзакупок, в прошлом году ярославская колония продала свои изделия на 8 миллионов рублей. Как зарабатывает это учреждение и что происходит за закрытыми дверями ярославской колонии, Марии Борзуновой рассказал ее бывший заключенный Алексей Родионов.

Пытки в колонии №1 в Ярославле, то, что вы увидели на этом видео, это что-то удивительное было для вас?

Да как пытки? Это наказание, что-то не захотел делать арестант или подчиняться каким-то требованиям сотрудников. 

То есть это обычная история в колонии?

Да-да, особо таких ярых там наказывали. Тех, кто совершал какие-то нарушения. Либо просто неприязнь сотрудников к этому человеку, как вот было с этим, с политическими заключенными, их особенно не любили в колонии. У меня как-то с ними со всеми сложились нормальные отношения, я всегда выполнял их требования, никаких у меня к ним претензий, именно у меня, не возникает. Правозащитники там, проверяющие, особенно проверяющие там, я так понимаю, внутренние какие-то службы приезжают чуть ли не через день, постоянно, и правозащитники приезжали, ходили по всей территории, по всей… Ну, сами понимаете, к их приезду шик-блеск-красота. 

Кого вы узнали на этом видео из сотрудников?

Яблоков Максим Дмитриевич.

Это вот он и есть?

Да, он начальник, видать, смены, либо начальником ШИЗО был. Замначальника оперчасти был, к сожалению, имени не помню, вот он как раз ушел, мелькнул. Несколько арестантов помогают сотрудникам, это вот активисты, они были в курсе, но тоже не разглашались. Так, слухи доходили, конечно, были видны потом последствия. Имя не знаю, погремушка, Рыжик, рыженький.

То есть вы его встречали, знаете? 

Да, вот с ним-то я общался. Он помогал по ШИЗО, руководил.

А много таких вообще среди заключенных, «активистов», которые помогают сотрудникам колонии? 

Не-не, не так их много. В избиениях один-два человека, может, участвуют, остальные если и в «активе» находятся, то только потому, что они же хозяева этой колонии, зачем против них идти. 

Когда я назвала то, что происходит на видео, пытками, вы сказали, что это не пытки, это наказание. То есть вы считаете, что это в порядке вещей, что сотрудники колонии так себя ведут с заключенными? 

Нет, конечно. Согласен, должно быть все не так, иначе, но это колония, там другая жизнь, другой мир, там по-другому.

Как вы считаете, что должно ждать вот этих сотрудников теперь, какое наказание за то, что они делали с заключенными? 

Так бы я их посадил, точно так же, как вот… Пусть почувствуют, что это такое.

Бывало, что сотрудники колонии руками одних заключенных решали проблемы с другими заключенными? 

Конечно. Конечно, это было.

Как это происходило, например? 

Ставилось какое-то условие, например, либо вы с ним что-то сделаете, чтобы он сидел тихо-спокойно. Ставилась задача, грубо говоря, и арестанты должны были ее выполнить, вот и все, а им какие-то поблажки за это были. 

Какие задачи? Например, избить заключенного другого, припугнуть? 

Неважно, методы не обозначались там, избить или что-то с ним сделать там, главное был результат, а как это будет происходить, это сотрудников вообще никак не интересовало. 

Расскажите немного про быт в этой колонии. Кем вы там работали, чем занимались? 

Я работал электриком, занимался обеспечением, чтобы везде у всех был свет, все работало. 

Какие условия для работы заключенных? 

Где-то, конечно, созданы хорошие условия, гофрокартон, ПВХ, все станки, оборудование, все это прекрасно есть. Где-то, конечно, не очень, это вот как ворс, например.

А платили как? 

Платили, поначалу, когда я приехал, моя зарплата составляла полторы тысячи рублей. 

Полторы тысячи в месяц?

В месяц. Конечно, в месяц. А потом, уже ближе к освобождению, я стал получать 2-2,5 тысячи, отчего варьировалось, не знаю. Ссылались на коммунальные платежи: вода, газ, свет, за все везде платилось. За форму вычитается. Восьмичасовой рабочий день, это соблюдалось, здесь вот четко. Но можно, если нужно было, то надо было остаться. 

Какие-то неофициальные выплаты были сотрудникам колонии? Если проще говорить, взятки. Существовало это?

Ну, не так, чтобы вот денег перевести конкретно человеку, нет. Но взятку можно и по-другому получить, например, какой-то техникой, не знаю, опять же офисной бумагой той же самой. То есть не надо самому покупать, тебе купят арестанты, вот и все. А ты что-то ему сделаешь соответственно. Не все ходили в форме, кто-то ходил в кроссовках, в джинсах, кому-то разрешено было. Были ступеньки эволюции в одну и в другую сторону. 

То есть это было за то, что заключенный что-то дарил, если можно так сказать, сотрудникам колонии. 

Да, что-то делал там, дарил, либо «стучал», либо еще что… Какие-то разные подходы были у людей. Ну да, если что-то хочешь получить, то, соответственно, сделай в ответ.

 

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю