Аполитичный газ. «Газпром» отменил скидки на газ для Украины, но не связывает это с политикой

Здесь и сейчас
5 марта 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Слишком большой долг и никакой политики. Совокупный долг Украины за российский газ приближается к 2 млрд долларов, сообщил Владимиру Путину глава «Газпрома» Алексей Миллер.  Более того, украинские коллеги заявили России о невозможности в полном объеме выплатить за газ за февраль.

Поэтому «Газпром» принял решение обнулись все скидки и теперь Украина должна будет покупать газ по европейским ценам. Как будут складываться газовые отношения между Москвой и Киевом – спросили у партнера консалтинговой компании RusEnergy Михаила Крутихина.

Таратута: Мы привыкли к тому, что на глазах у российского населения каждый новый год либо откручивается рубильник обратно, это такое новогоднее предзнаменование, либо говорится текст, похожий на сегодняшний. Насколько российская сторона вправе так поступать?

Крутихин: Я думаю, полностью вправе, к сожалению. Поскольку есть договор, есть контракт от 2009 года, где говорится, что Украина должна получать 52 миллиарда кубометра в год, из них 40 – обязательно оплачивать. То, что она их не оплачивала, это понятно. И в последний год, до этого, она получила всего 18 миллиардов кубометров. Таким образом, не два миллиарда Украина должна, а если уж следовать букве контракта – то там уже за 15-ть и ближе к 20 миллиардам. Фактически Украине часть этого долга простили, когда в начале года договорились о том, что будет специальная льготная цена для Украины. Но она распространяется только на один квартал. И до 10 апреля «Газпром» имеет право не подписать дополнение к этому договору, то есть все вернется к тому старому контракту, по которому Украина платила 400 с лишним долларов за тысячу кубометров газа. Это означает, что Украина просто не в состоянии будет расплатиться.

Таратута: У нас в студии не так давно был Алексей Чеснаков, бывший сотрудник администрации президента, ныне политолог, глава политологического центра. Он буквально прямым текстом сказал, что «платит, вообще, только тем, кто симпатичен» на наш вопрос, можно ли так поступать. Тогда что можно инкриминировать российской стороне? Политическое давление?

Крутихин: Нет, физически ничего нельзя. Поскольку есть контракт, и в данном случае украинская сторона может сказать: «Извините, мы не в силах выполнить ваш контракт, мы объявляем дефолт». И каким-то образом надо будет выходить из этого положения: либо  прекращать полностью поставки российского газа Украине, сохраняя транзит через украинскую территорию, поскольку это разные виды бизнеса, либо подойти к Украине так же, как «Газпром» подошел к Армении. Те не в состоянии были платить за газ, и постепенно «Газпром» стал полным владельцем всей газотранспортной системы, газораспределительной системы в Армении.

Дзядко: Но об этом разговоры уже идут не первый и не второй год.

Крутихин: А как вы себе представите украинского деятеля, который вдруг объявит, что он газотранспортную систему Украины передает в распоряжении «Газпрома»? Это политическое самоубийство.

Дзядко: Он может после этого пулю в лоб себе пустить.

Крутихин: Да, это невозможно совершенно. Нельзя представить. Поэтому я не представляю, как это может быть. Кто-то может быть, но я не вижу сил, которые могут дать Украине деньги расплатиться с такими гигантскими долгами. Пока о суммах от Евросоюза речь идет о 300 с чем-то миллионов долларов, даже не один миллиард. Где возьмутся эти деньги, неясно.

Дзядко: А как вам кажется, вообще, в свете не очень теплых отношений Москвы с новым украинским правительством, как отношения будут выстраиваться? Это же главная точка соприкосновения? Есть у нас слова о братских народах и общей славянской духовности, но, по факту, главная тема, на которую мы общаемся, – это тема газа.

Таратута: Более того, насколько я понимаю, Украина страшно полезна России в этом смысле. Это единственный способ как-то спокойно общаться с Европой.

Крутихин: Я  думаю, что «Газпром» братьев себе на украинской территории вполне способен найти. Моя гипотеза – можно будет вернуться к предыдущей схеме. Когда «Газпром» сформировал некое совместное предприятие «РосУкрЭнерго АГ» с двумя украинскими бизнесменами, частными лицами в этой сделке, поставлял им газ по очень льготной цене, а они по более высокой цене реализовывали его на украинской территории и даже экспортировали частично. Естественно, это совместное предприятие никаких доходов в Россию не возвращало, оно накапливало их где-то на счетах в Швейцарии, поскольку там было зарегистрировано, и никаких налогов в Россию с этого дополнительного дохода не платило. Если такое взаимопонимание возникнет между «Газпромом» и какими-то его контрагентами на Украине, то, может быть, найдется выход из положения.

Таратута: Это та схема, с которой боролись как с крайне непрозрачной?

Крутихин: Разумеется. Я помню, когда еще Владимир Владимирович стал президентом в первый свой срок, он собрал совещание в Ханты-Мансийске, объявил, что со всеми этими посредническими фирмами «Газпрома» нужно кончать. Тогда, по моим подсчетам, примерно 40 посреднических домов было.

Таратута: И Юлия Тимошенко в начале своего пути говорила ровно об этом.

Крутихин: Да. И сейчас их уже, по-моему, больше двухсот уже.

Таратута: Как обычно. Скажите, пожалуйста, мы говорим про газовые отношения России и Украины, про взаимозависимость двух стран в газовых вопросах, а у нас есть еще такой факт как европейские санкции. Пока мы говорим об американских, но все ждут европейских. Насколько они возможны, поскольку именно они кажутся существенными для России?

Дзядко: По-моему, накануне господин Миллер заявил, что рассчитывает пустить газ по «Южному потоку» в декабре 2015 года.

Крутихин: Он мог заявлять все, что угодно, потому что когда Миллер заявляет, нужно с большой осторожностью к этому относиться.

Дзядко: Нынешняя ситуация, на ваш взгляд, какие коррективы внесет?

Крутихин: Давайте разделим это. Мы слышали сегодня, как еврокомиссар по энергетике Гюнтер Оттингер заявил, что, в принципе, как он посчитал, через западную границу Украины можно будет пустить примерно 15 миллиардов кубометров в год в виде реверса из европейских государств. Это он немножко больше заявил, чем нужно, поскольку в Европе сейчас не найдется столько свободного газа, но, в принципе, с течением времени, через пару лет, это может быть возможно. Украина сама где-то 20 миллиардов добывает. У нее очень хорошая программа энергосбережения и энергоэффективности, они ее здорово пустили в ход. Они когда 59 миллиардов российского газа потребляли, а сейчас где-то 18 миллиардов потребляют в год, поэтому они здорово тут работают. Через несколько лет Украина может сократить до незначительной величины свою зависимость от России.

Дзядко: А второй вопрос?

Крутихин: А про «Южный поток» — тут неясно. Все говорят: «Вот видите, уже есть согласие Евросоюза». Нет такого согласия, более того, «Газпром» даже не подал заявку на такое согласие Евросоюза. «Газпром» договаривался по кусочкам этой трассы с каждой из стран. А когда они начнут соединяться через границу, превращаясь в общеевропейскую сеть, тут вмешивается Еврокомиссия и говорит: «Ребята, вы должны в связи с этим следовать нашим европейским законам по борьбе с монополизмом – то есть пускать чужой газ в вашу трубу». Но все очень довольны. Появилась какая-то инфраструктура за счет «Газпрома», они могут пустить по ней чужой газ.

Дзядко: Насколько «Южный поток» важный проект для Европы? Насколько реально, чтобы была заморозка этого проекта в качестве одной из санкций?

Крутихин: А его никто не замораживает. Переговоры ведутся между «Газпромом» и европейцами, лениво даже ведутся, насчет «пустите нас как монополистов». «Это будет чисто наша труба, мы ею будет владеть на разных участках половиной, будем регуляторами». «Нет, — говорят европейцы, — вы будете монополистом. Нам нужно, чтобы транспортный бизнес, поставки газа и реализация газа были разделены. Мы монополистов не любим. Когда вы нам говорите, что монополисты — хорошо, а конкуренция — плохо, мы в этом никак поверить не можем». Вот где сталкиваются интересы. Европейцы бы согласились с этой трубой, если бы «Газпром» сказал: «Ради Бога, мы сейчас вам такую красивую инфраструктуру построим внутри Европы». Все хорошо. Новая инфраструктура, новые страны по дороге довольны. Но если появляется монополист, это против всех правил Европы.

Таратута: Последний вопрос, который мы задаем всем экспертам, по поводу сегодняшних российских инициатив. Речь идет о конфискации имущества, слышали вы, наверное, репортажи наших корреспондентов. Насколько, вам кажется, реализуемы подобные инициативы? Как далеко может зайти это война нервов и информационная кампания?

Крутихин: Я считаю, что эти заявления укладываются в один ряд умышленных вбросов информационных, которые уже не первый раз раздаются. Помните, как-то вдруг объявили, три раза подряд объявляли, что в «Газпроме» убирают Миллера и назначают какого-то человека, либо Грефа, либо человека с немецкой фамилией. Мгновенно акции «Газпрома» взмывали вверх от такого энтузиазма, от ожиданий. Потом кто-то сбрасывал эти акции, а сейчас в связи с украинскими событиями, во-первых, что-то такое пошло вниз, а потом вдруг пошло вверх. Купить по 116-ть «Газпром» и продать по 130-ть на следующий день? Стоит запустить.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.