Ольга Зеленина: в тюрьме не верили, что меня могут выпустить

Кофе-брейк
27 сентября 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Гостем программы КОФЕ-БРЕЙК стала Ольга Зеленина. Сотрудник пензенского НИИ провела четыре недели в СИЗО по делу о контрабанде пищевого мака. Ее имя стало широко известно, после того как за Зеленину заступилась научная общественность и пользователи социальных сетей. На этой неделе Зюзинский суд пересмотрел решение об аресте, и 25 сентября она вышла на свободу.

Белоголовцев: Перед эфиром вы меня предостерегли, чтобы я не называл вас экспертом, почему?

Зеленина: Потому что я не являюсь экспертом. Документов, подтверждающих, что я могу проводить экспертизы, у меня нет, экспертизы я никогда не проводила. А то письмо, из-за которого меня задержали сотрудники, я подготавливала по просьбе директора нашего института. Это было письмо-ответы на вопросы ООО «МК». На ответы, на запросы которых приходят в наш институт, думаю, и в другиеорганизации, их всегда готовят специалисты, а подписывает руководитель учреждения, который меньше разбирается.

Белоголовцев: В новостях говорится, что вы, как один из ведущих специалистов в области мака, как один из специалистов не опийных сортов мака, давали заключения эксперта по поводу содержания тех самых злополучных 40 тонн мака маковой соломки. И есть вторая новость, которую, видимо, мы неправильно поняли, что не в первый раз к вам обращались из ФСКН и не первый раз, когда вы с ними контактировали. Где врали?

Зеленина: Вы, наверное, заблуждались, потому что не привыкли к точности выражений, к которой привыкли мы, ученые. Прежде чем написать слово, мы проверяем неоднократно этот текст, смотрим ссылки, чтобы это соответствовало нормативным правовым актам, ГОСТам, методическим указаниям. Мы проверяем точность каждого слова. Журналисты, к сожалению, из-за того, что передача очень быстро выходит, не имеют возможность, и поэтому допускают такие ошибки.

Белоголовцев: Давайте поправим тогда.

Зеленина: Я - заведующая химико-аналитической лабораторией. Кандидат сельскохозяйственных наук, имею высшие химическое образование, работаю в пензенском НИИ хозяйстве уже почти 20лет, все эти 20 лет я занимаюсь изучением содержания наркотически активных веществ в растениях конопли посевной, потому что наш институт занимается селекцией низкоканнабиноидных сортов конопли и сортом мака с низким содержанием опийных алкалоидов. На сегодняшний день он является единственным институтом, который имеет лицензию на возделывание наркосодержащих  растений. В 2006 году институт выиграл грант на выполнение трёх заданий  Федерально целевой программы «Комплексные меры по борьбе с незаконным оборотом наркотиков». И в рамках этих заданий он вёл селекцию низко наркотических  сортов конопли посевной, было создано 2 сорта и 2 гибрида этого растения, соавторами которых я и являюсь. Эту программу курировал антинаркотический комитет, и мы отчитывались перед ним не только в Минсельхозе, но и в ФСКН России.

Белоголовцев: Первое дело, которое было возбуждено против вас, в каком оно состоянии? Я правильно понимаю, что дело не закрыто была просто изменена мера пресечения?

Зеленина: Наверное, вы понимаете правильно. Я сама не совсем всё понимаю, потому что вчера было объявлено по средствам массовой информации, что против меня возбуждено второе уголовное дело. Предыдущее не закрыто, и обвинение по статье 188 и 228 имеет место быть. Этот маразм не кончился ещё.

Белоголовцев: Одна из самых распространённых версий по поводу первого обвинения, которое было вам предъявлено - версия, которую вы изложили, была в разрезе того, что хотели услышать в ФСКН, и таким образом вам просто мстят.

Зеленина: Я абсолютно не могу понять, что происходит вокруг меня, потому что институт отвечал не на вопросы ФСКН, а на вопросы фирмы, которая обратилась в институт. Эти вопросы касались биологии мака, способов отчистки семян, ГОСТов, которые применяются к семенам пищевого мака, и только в одном вопросе безотносительного того, что были задержаны семена на границе, спрашивалось, можно ли выделить 295,72 грамм морфина из 42 тонн мака пищевого.

Белоголовцев: И что вы ответили?

Зеленина:  Я ответила, что согласно ГОСТ 52533, который является действующим, который регламентирует требования, предъявляемые к семенам пищевого мака, содержание наркотических средств в семенах мака не разрешается.

Белоголовцев: Была информация о том, что после этой экспертизы на вашей карточке появились 20 тысяч рублей.

Зеленина: Это неправильная информация. Эти 20 тысяч рублей появились согласно материалам дела, которые я увидела уже в этом году, они появились чуть ли не за год до написания этих ответов. Эти ответы были датированы 29 сентября 2011.

Белоголовцев: Насколько часто подобные вопросы к вам приходили?

Зеленина: Я вам могу сказать, что случай, чтобы фирма, семена которой пересекали границу, обращалась в Пензенский НИИ, это единственный случай. Это история исключительная.

Белоголовцев: Редко задерживают пищевой мак, или на эти вопросы нет смысла отвечать? В этой истории есть что-то исключительное, поэтому понадобилась ваша помощь директору фирмы господину Шилову?

Зеленина: Мне бы хотелось, чтоб эти вопросы вы задали господину Шилову, которого, я надеюсь, тоже освободят в Зюзенском суде, вернее, не продлят ему меру пресечения нахождения под стражей, и тогда вы всё сможете узнать у него самого.

Белоголовцев: Насколько часто специалисты вашего профиля привлекаются бизнесменами для составления таких писем?

Зеленина: Эта ситуация исключительная, потому что бизнесмен обратился к нам в первый раз, но адвокаты с аналогичными вопроса сталкивались, потому что согласно закону об адвокатуре они имеют право задавать вопросы в рамках тех уголовных дел, которые они ведут.

Белоголовцев: Специалисты Госнаркоконтроля выражали как-то своё отношение к работе, которую вы проделали? Или вы узнали их мнение только тогда, когда вас задержали?

Зеленина: Я их мнения даже не видела, если мы под специалистами Госнаркоконторя  подразумеваем экспертов-химиков, чьё заключение лежит в основе уголовного дела, то я с ними не встречалась никогда.

Белоголовцев: Вы знаете этих людей?

Зеленина: Экспертные заключения, которые приложены к уголовному делу, возбуждённому против меня, составлено было сотрудниками ФСКН Брянской области, я их, конечно, никогда не видела и не знаю. Но экспертные заключения мне знакомы, потому что бизнесмен Шилов их прислал, и в них было однозначно написано, что семена мака наркотическим средством не являются и не содержит тех наркотических средств, которые присущи семенам мака.

Белоголовцев: В чём же тогда конфликт?

Зеленина: Конфликт в том, что экспертам удалось найти там содержание морфина и кодеина, которые являются наркотически активными алкалоидами, не наркотическими средствами. Согласно методическим указаниям исследований семян мака, как пищевого продукта, эксперт должен был сделать заключение, что на исследовании семян мака семена мака наркотическими средством не являются, семена мака не содержат наркотических средств маковой соломы и опия, но содержат следовые количества наркотически активных соединений морфина и кодеина. Но брянские эксперты схитрили и написали, что содержат наркотически активные алкалоиды - морфин и кодеин, и указали их содержание. В частности содержание морфина было 69 стотысячных, а кодеина было ещё меньше - 49 стотысячных, по-моему. Эту ошибку и это несоответствие я обнаружила только в тюрьме, когда передо мной были все материалы дела. Из-за того, что кто-то вопреки методическим указаниям не назвал обнаруженный кодеин следами, как было положено по их методическим указаниям, а перемножил это следовое содержание на 42 тонн, то  возникло огромное содержание наркотиков и уголовное дело.

Белоголовцев: Если всё так просто, я понимаю, дело должно разрушиться в раз?

Зеленина: Не всё так просто. Я с Шиловым общалась очно 1-2 раза. Он пытался выяснить, по какому праву задержали его семена. Говорил, что если нельзя пересечь границу Российской Федерации, нужно вернуть их тому, кто их поставил ему. Пусть отправитель заплатит ему деньги, но ему это не разрешали. Несмотря на это, уголовное дело прекращали несколько раз, ещё до того, как письмо пензенского НИИ было написано.

Белоголовцев: Давайте поговорим о втором деле, которое против вас сейчас возбудили. Вас обвиняют в превышении полномочий на основании того, что вы проводили экспертизу.

Зеленина: А я не проводила экспертизы.

Белоголовцев: Если вы не проводили, то это дело считается вообще умозрительным.

Зеленина: А вы считаете первое дело умозрительным? Если нет, тогда выбирайте точно выражения.

Белоголовцев: Я, безусловно, считаю дело выдуманным, потому что то, что вы говорите, позволяет сделать выводы, что это более, чем странно. Но получается, что второе дело более странно, потому что раз вы не делали экспертизу, то нельзя обвинить в превышении полномочий.

Зеленина: Вы понимаете, что беда очень многих людей в том, что они говорят, не зная материала. В том числе и вы, вы ведёте со мной беседу, вы не видели письмо, которое подготовил пензенский НИИ.

Белоголовцев: У нас его и не может быть.

Зеленина: У вас оно может быть, потому что оно висит на сайте, на который мои друзья его вывесили. Я не знаю, каким образом они это сделали, но текст письма доступен для мнений, и научная общественность его прочла, научная общественность меня поддержала. И вы знаете, что более 400 учёных, корреспондентов и академиков сказали, что всё, что там написано, научно оправдано.

Белоголовцев: Нам, журналистам, и зрителям сложно разобраться в дебрях науки, поэтому расскажите, в чём вас обвиняют по второму делу.

Зеленина: Я ещё обвинения не видела, поэтому ответить на ваш вопрос я не могу. Это всё будет завтра. Из того, что я слышала по новостным каналам, сначала меня обвиняли, что я провела экспертизу, теперь меня обвиняют в том, что я не провела экспертизу, но дала экспертное заключение. Так вот, я говорю всем на всю страну - письмо пензенского НИИ было просто ответом на вопросы, оно не являлось экспертным заключением и было подписано директором пензенского НИИ о подготовленном мной, как специалистом, химиком, имеющим учёную степень кандидата сельскохозяйственных наук по специальности «Селекция и семеноводство». Я в течение ряда лет выполняла научно исследовательские работы по селекции безнаркотических сортов мака и конопли, поэтому я обладаю определёнными знаниями, у меня на руках были соответствующие ГОСТы и методики и все цифры, которые были приведены в этом письме, было легко проверить, посчитать. Каждый, кто умеет считать и считает себя грамотным человеком, это мог сделать без проблем.

Белоголовцев: Какие были условия содержания? Как ваше здоровье?

Зеленина: Вы знаете, когда проводились допросы, следователь меня спрашивал: «Вы нормально себя чувствуете?». Я всегда говорила, что  в такой ситуации чувствовать себя нормально, может только ненормальный. Здоровья СИЗО не прибавляет никогда. Первую неделю я вообще была, можно сказать, невменяемая, потому что слёзы, обида и непонимание, как меня, ветерана труда, обладателя почётной грамоты Российской академии сельскохозяйственных наук, у меня даже есть благодарственное письмо ФСКН по Пензенской области за большой вклад в селекцию безнаркотических растений, есть за участие в программе комплексной меры и борьбы с незаконным оборотом наркотиков, я неоднократно встречалась с сотрудниками ФСКН, в том числе, с экспертами криминалистического центра ФСКН, я член рабочий группы по внесению изменений в методические указания ФСКН, которые созданы при Комитете за гражданские права. Комитет счёл необходимым создание такой группы в связи с тем огромным количеством дел, которые возникают из-за несовершенства этих методических указаний и из-за несовершенства этого ГОСТа.

Белоголовцев: Пресса неоднократно писала о том, что вы находились в одной камере с Надеждой Толоконниковой.

Зеленина: Да, это правда. Наверное, сотрудники СИЗО сочли, что заключение её и моё - это дела одного порядка. Иначе я не знаю, почему они нас соединили вместе. Я вышла сегодня, у неё кассация будет, насколько я знаю, 1 октября.

Я хочу сказать большое спасибо моим родственникам, которые нашли в себе мужество пережить эти 42 дня, им было тяжелее, чем мне, моим друзьям, которые не только морально, но и материально поддержали мою семью. Хочу сказать спасибо научной общественности, журналистам, благодаря, которым был создан тот фонд, на котором Зюзенский суд все-таки отменил 25 числа своё неправомерное решение, а мог он это сделать ещё 17 числа при избрании меры пресечения. Ещё хочу сказать, может, на меня кто-то обидится, но в тюрьме никто не верил, что меня выпустят, потому что в тюрьме существует мнение, что следственные органы - это первичное, а суд только штампует и утверждает те ходатайства, которые они выдвигают. И опыты тех судебных заседаний, в которых я участвовала, это подтверждали. Но меня любит Бог, я счастливый человек, меня любят многие люди, благодаря этому я получила возможность сегодня донести до вас ту правду об уголовном деле, и надеюсь, что люди, которые сегодня это услышат, сотрудники ФСКН, поймут всю неправомерность того, что они делали. Очень хочется сказать, что я писала жалобы на имя Виктора Петровича Иванова из СИЗО, но не получила них  ответа.

Белоголовцев: Вы общались с кем-то из сотрудников ФСКН в последнее время?

Зеленина: Только со следственной службой, которая объявила мне подписку о невыезде, я не могу уехать в свой институт, я не могу работать, получать какие-то деньги, а должна здесь жить на неизвестно какие деньги.

Белоголовцев: Кто-то из ФСКН выразил вам слова поддержки?

Зеленина: Наверное, нет. Меня возили охранники, меня сопровождали вооружённых 3-4 человека, они относилисько мне нормально, они говорили, что не их дело разбираться, что происходит в стране, если меня отпустят, они будут рады.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.