Жириновский: Березовский рассказал мне всю правду о смерти Литвиненко.

Две противоположные версии трагедии в Лондоне
Козырев Online
20:05, 26 января
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

21 января Королевский суд Лондона назвал депутата Госдумы Андрея Лугового и бизнесмена Дмитрия Ковтуна виновными в убийстве Александра Литвиненко. В заключении суда указано, что убийство было совершено, «возможно», с одобрения президента России Владимира Путина. Так кто же на самом деле убил Литвиненко? Этот вопрос Михаил Козырев обсудил этот вопрос  с  главой Фонда Литвиненко в Лондоне Александром Гольдфарбом, писателем Юлием Дубовым и лидером ЛДПР Владимиром Жириновским

Козырев: Я хочу подключить к нашей беседе сегодняшней Владимира Вольфовича Жириновского, который у нас на связи, лидер ЛДПР. Владимир Вольфович, добрый вечер.

Жириновский: Добрый вечер.

Козырев: Спасибо, что согласились поговорить. Вопрос у меня к зрителям очень общий, но по существу: верят ли они в выводы доклада судьи Оуэна в Британском парламенте и, в частности, во фразу, что «это была операция ФСБ по убийству Литвиненко, и она, вероятно, была утверждена Патрушевым, а также президентом Путиным». Расскажите мне, верите ли вы в это или нет. Если нет, то почему?

Жириновский: Ни в коем случае в это верить нельзя. Я лично встречался с Березовским за 2 месяца до его смерти, и об этом знают его охранники, и британская разведка, поскольку она всегда следила за ним, когда он выезжал за рубеж. И наверняка все его разговоры со мной были записаны. Так вот он мне сказал, что если ему разрешат вернуться в Россию, снимут с него все обвинения, то он готов к тому, чтобы в деле по убийству Литвиненко были даны правдивые показания со стороны его вдовы Марины. Что Марина скажет правду суду, что никакого отношения ни Луговой, ни Ковтун не имеют к этому делу, что все это было спровоцировано и осуществлено самой британской разведкой MI6. Вы понимаете, что, это, во-первых, он мне сказал, это я, может быть, последний человек, с которым он долго разговаривал. Мы с ним один день часа 2 сидели.

Козырев: Это в Израиле было, как я понимаю? В Израиле, да? Или в Великобритании?

Жириновский: Да, в Эйлате. Я там на курорте был. Три года назад.

Козырев: Он там лечился, да.

Жириновский: 2013 год. Вот я узнал, что он в соседнем отеле. Мы договорились, он с удовольсвием встретился и очень много рассказывал. Я слышал все это, мы вдвоем сидели, охрана удалила всех, взяли весь зал они, чтобы там никого не было. И мы вдвоем в большом зале его гостиницы сидели обедали, то есть он правду говорил. Человек всегда перед смертью говорит правду, он изливал свою душу. То есть он мне говорил о том, что это вот убийство Литвиненко все было инспирировано, что никакого отношения Луговой и Ковтун не имеют.

Козырев: Тогда объясните, пожалуйста, два мотива. Я хочу понять. Первый — это мотив Марины Литвиненко скрывать правду и второй — это мотив британской разведки уничтожать вот такой поставной операцией Литвиненко.

Жириновский: Значит, в принципе, организатором всех этих действий был Березовский. Но Березовский не доверял Литвиненко, поскольку Литвиненко знал каким образом Березовский, при его содействии Литвиненко получил гражданство британское, там он получил гражданство по подложным документам. Если бы Литвиненко сказал правду в Лондоне, то Березовский мог быть лишен этого гражданства. Поэтому Березовский был заинтересован в ликвидации Литвиненко. Марина не хотела уезжать из Лондона. Она хорошо там жила, была полностью на содержании у Березовского и никуда уходить, улетать, уезжать не хотела. Ей тоже была выгодна ликвидация Литвиненко. А Литвиненко хотел уехать в Россию. Если Литвиненко уехал бы в Россию, то британские власти бы и Марину отправили туда, к мужу, в Москву.

Козырев: Послушайте, это какая-то совершенно холодная, бесчеловечная история в уничтожении собственного мужа ради того, чтобы остаться в Лондоне. Вы в нее верите?

Жириновский: Конечно. А что делать? Они же туда уехали, у них все, все связи обрушились. Она прекрасно понимала, что агент ФСБ, вернее, сотрудник ФСБ, перебежавший в Лондон, он обречен на самое худшее. И в Лондоне, и в Москве. Поэтому в Лондоне вот он и получил самое худшее. Еще один момент. Испанские спецслужбы были заинтересованы в том, чтобы ликвидировать Литвиненко. Ибо он мешал им в разоблачении наших криминальных структур в Испании. Поэтому здесь все складывается.

Козырев: Не помогал, а именно мешал?

Жириновский: Да, да он знал, и он мог передать все сведения. Видите, он не успел же. Он должен был ехать туда якобы с Луговым, чтобы на него вывести каких-то людей в Испании, но не успел. И здесь могли быть замешаны испанские спецслужбы, вы посмотрите, как все складывается.

Козырев: Хорошо, Владимир Вольфович, я хочу…

Жириновский: Погибает хозяин бара, где они встречаются. Почему он погибает, хозяин бара? Он же гражданин Британии. Какой-то итальянский свидетель погибает. Сам Березовский погибает. (7,52) Ну какая связь с Луговым? Абсолютно никакой связи нет с Луговым.

Козырев: Я хочу присоединить к разговору, сейчас, одну секунду, Александра Гольдфарба, который у нас на другой линии, ему есть что сказать сейчас в ответ на ваш комментарий. Владимир Вольфович, сейчас оставайтесь, пожалуйста, на линии, не уходите. Александр Давыдович, я слушаю вас.

Гольдфарб: Ну, большую часть я бы оставил без комментариев. Потому что никакой фактологии за этим нет. А вот то, что Березовский якобы сказал господину Жириновскому о том, что все это неправда, где же он был? Суд шел год. Была у него вся возможность связаться с судом, рассказать им об этом важном разговоре. И этот разговор был бы взвешен судьей в противовес письменным показаниям Березовского, данным под присягой, о том, что все было совсем не так, а именно так, как и решил британский суд.

Козырев: Сейчас зададим этот вопрос, дождемся ответа от Владимира Вольфовича. Где бы были в течение суда?

Жириновский: Пожалуйста, я слышал. Я отвечаю. Значит, на тот момент, когда я разговаривал с Березовским, это был январь 2013 года, 3 года назад, дело Литвиненко все ушло в архив. Все закончилось. Никаких вопросов, претензий ни к кому не было. И британская разведка не была заинтересована, и британское правительство. Возникло снова это дело Литвиненко тогда, я специально сказал, позвольте, но я же все слышал от Березовского, кто-то приезжал из Лондона, какая-то британская телегруппа. Приехали, я им все сказал и уехали. Я им всем сказал, на весь мир: «Давайте, я дам показания. В любом суде, в британском, здесь в Москве». Но никто не стал меня слушать. Я открыто сказал на весь мир все, что мне говорил Березовский. Но почему британские власти ничем не заинтересовались? Как раз я это сделал. Гольдфарб говорит, почему я молчал. Я сказал обо всем, буквально в январе 2013 года, когда вернулся в Москву. И в марте, когда сообщили нам, что погиб Березовский, тогда я сказал все, что я знал от него. Пока он был жив, я боялся, что это может ему навредить. Его, по-моему, убили, одна из причин, что он собирался так или иначе уехать в Москву. Мне не было смысла его подставлять. Но когда я узнал о трагедии, что его тоже убили, тогда я сказал все, что я узнал от него, от Березовского.

Козырев: А вы уверены, что его убили? Вы уверены, да?

Жириновский: Абсолютно уверен. Он был убит, он никогда бы не покончил жизнь самоубийством, это человек, который очень хотел добиться, он хотел вернуться в Россию, я с ним разговаривал много часов, поэтому у него никаких мыслей не было о самоубийстве, у него было одно желание — вернуться в Россию. Потому что он понял, что в Лондоне его обманули, что ничего не получится, и он хотел здесь в России пожить еще какое-то количество лет.

Козырев: Да, это я могу лично засвидетельствовать, поскольку разговаривал с ним за пару месяцев, по телефону, в Лондоне, и действительно очень хотел на родину, но правда, единственное, что я отметил, что я никогда с ним не разговаривал, когда он был в таком разбитом, абсолютно депрессивном состоянии. Это меня поразило по телефонному разговору. Владимир Вольфович, еще один момент, который я хотел у вас уточнить. Пройдут годы и вдруг, вдруг вот эта вот база доказательная, которая основана на том, что это убийство совершили все-таки два наших гражданина, Луговой и Ковтун, вдруг она перевесит. И это признает и наше правосудие, и мировое правосудие, все. Как вам кажется, вы в данном случае найдете смелость сказать, что вы пригрели в партии убийцу?

Жириновский: Нет, я никогда не поверю, что Луговой убийца, он не является убийцей. Вы поймите, что ну наши спецслужбы самые опытные в мире. Они никогда не будут использовать какой-нибудь там препарат, плутоний, как там вы назвали его.

Козырев: Полоний.

Жириновский: Это смешно просто. Есть огромное количество средств, чтобы никто никогда бы не знал, и Литвиненко моментально получил бы инфаркт у себя в номере или у себя дома, у себя в машине. Не было бы никакой связи с Луговым, поэтому у любых спецслужб огромное количество средств убрать человека, без выстрела, без яда, достаточно смазать там ручку двери, к которой прикоснется жертва, через 10 минут инфаркт, и все с ручки испариться, и ни одна экспертиза никогда ничего не найдет абсолютно. Поэтому если бы надо было убрать Литвиненко российским спецслужбам, это было бы сделано без всякого Лугового и Ковтуна, и сделано так красиво, что вообще ничего не было. Но разбрасывать это вещество с радиацией, как вы его назвали, плутоний…

Козырев: Полоний, полоний-210.

Жириновский: Полоний, по всему Лондону. Там где-то и в самолете обнаружили следы, и в баре, смешно, ну это дети могут сделать. Это пионерский отряд, это театр юного зрителя. Чтобы российские спецслужбы, чтобы убрать одного человека, килограмм этого полония разбросали по всему Лондону. Ну совершенно просто смешно. Никакого отношения не имеет.

Козырев: Спасибо. Спасибо вам большое.

Жириновский: Никогда не будет сказано, что Луговой убил. Британские спецслужбы, но они никогда не признаются. Мы тоже Степана Бандеру ведь убили. В Варшаве, по-моему, где, или в Мюнхене. В Мюнхене его убили. И что, мы признаемся в этом что ли? Мы не признаемся.

Козырев: Да еще и был, еще у нас в истории был ледоруб, в котором мы признались, что Рамон Меркадер.

Жириновский: Ледоруб был, а этот товарищ в Москве лежит, написано «Герой Советского Союза».

Козырев: Да.

Жириновский: Поэтому спецслужбы никогда ничего не сообщат. И мы никогда ничего не узнаем об этом.

Козырев: Спасибо вам большое, Владимир Вольфович. Спасибо большое за вашу точку зрения. 

Фото: Коммерсантъ, пресс-служба ЛДПР

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.