Почему критиковать расследование «Новой газеты» всё-таки нужно.

Спор Олега Кашина и главреда «Медузы» Ивана Колпакова
Кашин.Гуру
23:43, 20 мая
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку

Комментарии

Скрыть

Титул самой громкой газетной статьи 2016 года можно вручать уже сейчас, досрочно, не дожидаясь зимы — вряд ли за оставшиеся месяцы кто-то напишет что-то более скандальное и резонансное, чем Галина Мурсалиева из «Новой газеты». Ее статья об эпидемии детских самоубийств, которые, по мнению Галины, провоцируются тематическими группами во ВКонтакте, буквально, как говорили в старину, взорвала интернет.

В самом деле, сейчас, когда власть постоянно что-то запрещает, и мы ждем новых запретов и репрессивных мер, — вот в такой обстановке выступать с недоказуемыми обвинениями в адрес социальных сетей — значит, становиться соучастником репрессивной системы. Я думаю, те люди, которые встали на защиту «Вконтакте», а их оказалось очень много, рассуждают именно так. Любое, даже благородно мотивированное разоблачение тех, кого и так хочет раздавить государство, фактически становится доносом. Но значит ли это, что честный человек должен по умолчанию становиться на сторону тех, кто играет в интернете с детьми и провоцирует их кончать с собой? Самая сложная, неразрешимая этическая проблема — все как мы любим. Стоит ли всё-таки критиковать статью «Новой» на такую острую тему, Олег Кашин спросил у представителя главного оппонента газеты — главного редактора «Медузы» Ивана Колпакова.

Кашин: Смотри, на самом деле главный вопрос: такая странная форма вашей реакции, реакции «Медузы» на расследование «Новой» с позиции такой буквально Господа Бога, честен ли автор, объективен ли автор это нормально? Это многих напрягло, взбесило даже.

Колпаков: Я, честно говоря, не ожидал совершенно такой реакции от коллег. Мне кажется, что отзыв одной редакции на работу другой редакции — это абсолютно легальная вещь, и это довольно активно практикуется, как мы знаем, в американских, британских средствах массовой информации, да и сами мы, в общем, не первый раз выступаем в таком жанре. Что касается вопроса, объективен ли автор и честен ли автор, то как, в общем-то, видно из ответов, мы не знаем ответов на эти вопросы, но нам кажется, что сама по себе статья, сама по себе фактура, которая содержится в этой статье, она заставляет нас усомниться в том, что автор честен и объективен.

Кашин: Но понимаешь, усомниться — это право читателя, наверное, а другая редакция, имея свои ресурсы редакционные, имея таких корреспондентов, как у вас, могла бы сделать свое расследование на эту тему, как сделала буквально плохая Лента.ру, которая реально плохая, но которая действительно сделала ту работу, которую не доделала Мурсалиева и не сделали, допустим, вы, поэтому, наверное, может быть, это было бы разумнее и логичнее?

Колпаков: Честно говоря, опять-таки, мне кажется странной эта претензия. Мне кажется, что это просто разные реакции. Можно отправить специального корреспондента для того, чтобы разобраться в проблеме подростковых суицидов, и почему они происходят, а можно отреагировать на статью, которую, на минуточку, посмотрели полтора миллиона человек.

Кашин: Полтора миллиона, конечно.

Колпаков: Да, полтора миллиона человек.

Кашин: И как раз это дает право Галине Мурсалиевой, что она и делает, по-моему, говорит, что полтора миллиона, и поэтому всякое лошье ко мне примазывается. Это довольно забавно, конечно, тоже, но, по крайней мере, реакция есть и такая.

Колпаков: Да. Но количество читателей, к сожалению, никогда не сообщает нам о качестве материала, мы это прекрасно знаем. В общем-то, и у нас выходили материалы, которые собирали огромную читательскую аудиторию, и при этом мы не считаем их выдающейся журналистской работой, просто так устроен интернет. В общем, может быть две реакции. Одна реакция может быть очень быстрая: попробовать разобраться, что это за публикация, что с ней не так, но по крайней мере сформулировать какие-то вопросы, которые немедленно к ней появляются. Другой способ реакции: самостоятельно разобраться по-репортерски с этой темой. В этом смысле я не чувствую, что наша позиция слабая, просто потому что несколько месяцев назад мы выпустили текст Катерины Гордеевой про самоубийства. Этот текст готовился 6 месяцев, я знаю, что в нем нет фактической лажи, готовился 6 месяцев, редактировался 2 недели, и в нем нет главы про подростковые самоубийства, потому что мы намерено совершенно оттуда эту часть убрали.

Кашин: Побоялись Роскомнадзора или...?

Колпаков: Нет, слушай, если мы публикуем гигантский текст про самоубийства, который называется «Самоубийцы», наверное, мы не очень боимся Роскомнадзора. Мне кажется, что это странный вопрос. Про подростковые самоубийства у нас будет свой собственный текст через некоторое время — это можно считать анонсом официально.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.