Кашин и морской бой: керченская шизофрения, новое победобесие и прекрасная Россия будущего без Брилева и Долина

30 ноября, 21:12 Олег Кашин
19 065

Каждый день Олег Кашин пишет колонки и думает о судьбах родины. На этой неделе главной темой стал конфликт в Керченском проливе. Еще Кашин обсудил новость про питерских школьников, которым задали написать письмо папе на фронт, а также поговорили про съезд ОНФ и историю с Сергеем Брилевым, у которого Навальный нашел британское гражданство.

Столкновение в Керченском проливе — бесспорное событие недели, и, конечно, первая мысль была, когда я это увидел — «началось!» — а вторая — собственно, что началось. Три месяца назад вспомогательные суда украинских ВМС уже заходили в Азовское море под Крымским мостом, заходили спокойно, российская сторона даже предоставила им своего лоцмана, а потом было довольно интересное интервью командира этого похода, украинского капитана первого ранга, который рассказывал, что, запрашивая российскую сторону, он сказал не как положено — «прошу разрешения пройти», а «планирую пройти», чтобы никто не подумал, что он признает российскую принадлежность Крыма, пролива или моста. И еще он рассказывал, что в принципе украинцы были готовы к конфликту с российскими пограничниками, поэтому оружие у всех моряков было заряжено, и были готовы пожарные рукава, на случай, если русские полезут к украинцам, не стреляя — то есть, чтобы тоже не открывать огня первыми, украинцы планировали смывать российских пограничников сильной струей воды, то есть готовились серьезно, но, повторю, все прошло настолько спокойно и мирно, что даже наши патриоты, по крайней мере, некоторые, говорили, что Россия стерпела плевок Порошенко, прогнулась и все такое.

Когда история повторилась на этой неделе, все уже было не мирно и не спокойно, и именно сочетание прошлого неожиданного спокойствия и нынешнего неожиданного конфликта дает вот этот эффект — как его назвать, комический, трагикомический? Ну, помимо прочего, тут ощущение, что все понарошку, потому что это больше похоже на игру, в которой тебе говорят «замри», ты замираешь, и только в этот момент узнаешь, кто ты сегодня, военный враг или уважаемый партнер. Впрочем, этими правилами игры описывается все военное четырехлетие, и то, что украинцы объявили у себя военное положение только сейчас, только добавляет шизофреничности всему, что мы видим — то есть когда были котлы лета 2014 года, и когда реальная российская армия била реальную украинскую армию, это была не война, а когда остановили три, ну, грубо говоря, корыта — это война, но тоже какая-то странная война — военное положение да, но в остальном все по-прежнему, работает российское посольство в Киеве, работает украинское в Москве, и, право слово, тут трудно не поверить нашему Белковскому, который постоянно намекает, что Москва всеми своими усилиями поддерживает Порошенко — случившееся в Керченском проливе действительно похоже на предвыборный подарок украинскому президенту, и это позволяет не искать ответа на вопрос, кто все-таки виноват, Украина или Россия — гораздо понятнее все выглядит, если считать это столкновение плодом общих совместных усилий. Да и, наверное, это же относится ко всем этим четырем годам. То самое «виноваты обе стороны», над которым поначалу было модно смеяться.


Символом украинской или донецкой, как правильно, войны стоит считать донецкий аэропорт — там воевали Моторола и Гиви, там воевали украинские «киборги», там стрелял актер Пореченков, туда ехал рэпер Хаски, и чуть ли не все самые впечатляющие военные фотографии и видео из Донбасса — они оттуда, из аэропорта, битва за который шла почти год, и выглядела так эффектно, что мало кто задумывался — что это такое вообще. Вокруг постоянно что-то меняется, зрады, перемоги, минские соглашения, затишья, обострения, а в аэропорту, который по бумагам уже к тому времени был отписан ДНР, каждый день вооруженные люди стреляют друг в друга просто для того, чтобы стрелять, то есть, чтобы существовало такое место, в котором всегда идет война, которая никому вокруг не мешает. И когда — уже не вчера и не на этой неделе, — начали нагнетать, что вот, теперь главное пространство конфликта будет в Азовском море, все почему-то так встревоженно заговорили — да, да, Азовское море, ну и на этой неделе нам дали повод еще раз на это море посмотреть через Крымский мост — ну все, война. И у меня версия — а если это второе издание аэропорта, то есть да, война, но такая, которая никому не мешает и влияет только на медийное восприятие? В моей колонке для издания Репаблик на эту тему есть оборот «жидкий аэропорт» — конечно, это отсыл к Сорокину и «жидкой матери», но наша реальность давно уже из пелевинской превратилась в сорокинскую — а о пелевинском измерении Керченского пролива я тоже вспоминаю в своей колонке, вот она.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю