Король спецслужб. Когда и как в России появится единое следствие

И так далее с Михаилом Фишманом (архив)
8 марта 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Юлия Таратута о том, что такое единое следствие, и чем оно грозит всем силовым ведомствам.

К следующим выборам - к 2016му году - следствие в России будет единым. Такую новость в феврале принес глава Госнаркоконтроля Виктор Иванов. Составлен даже график объединения силовиков под единой крышей.

Михаил Виноградов, политолог: В день смерти Сталина Путин заявляет о необходимости усиления контроля. Казалось бы, вполне логично: воссоздать большого брата, который за тобой следит, следит за аппаратом и так далее.

Разговоры о едином Следственном комитете идут много лет. Схема проста. Каждое из силовых ведомств – МВД, ФСБ, Госнарконтроль и Генпрокуратура – сбрасываются своим следственным штатом и функциями в общую кассу. Себе оставляют мелочь – функцию дознания. Осталось выбрать, где хранить общак.

Правозащитники говорят, что дело полезное. Концентрация розыска и следствия в одном месте – советский пережиток. Приводит к эскалации репрессий. Государственные чины задумываются о том, что иметь столько ведомственных следствий – непозволительная роскошь. Сторонники единого следствия ратуют и за то, чтобы у следствия не было ведомственных интересов. Но дьявол в политических деталях.

В 2007 году в составе могущественной Генпрокуратуры появился Следственный комитет. Два года назад яйцо не только добилось суверенитета, но и окончательно переросло курицу. СК во главе с Александром Бастрыкиным подавил генпрокуратуру Юрия Чайки и пытается расширить владения.

С тех пор, как Генпрокуратура сошла с дистанции, на статус крыши единого следствия могло бы претендовать МВД. Но сейчас милицейское следствие отбивается от рейдерских атак. Прописку единый следственный комитет планирует получить по адресу ведомства Бастрыкина. МВД предусмотрительно переименовала свое следствие из комитета в департамент. Напоминают о территориальной целостности.

Михаил Виноградов, политолог: Если единый следственный орган монополизируют, то получается коллизия, как вокруг отношений Следственного комитета и прокуратуры. Последняя не вполне понятно, чем занимается. И аппаратный статус ее сильно упал. Ни МВД, ни ФСБ, ни Госнаркоконтролю не хочется повторять судьбу ведомства Юрия Чайки.

В конце прошлого года будущий сверхорган даже приобрел очертания. Кремлевские документы о совершенствованием органов предварительного следствия изобиловали цифрами: ФСКН делегирует в СК 2 тысячи человек, МВД — 35 тысяч. Следственный комитет получает право на 100 дополнительных составов. Аналитики МВД быстро подчитали: это почти 2 млн уголовных дел ежегодно в стадии расследования плюс 15 млн дел, по которым расследование было приостановлено. Нагрузка следователя единого органа вырастет с 8,5 дел на человека до 35. Нужны сверхденьги и сверхсилы. По самым скромным подсчетам – 97 миллиардов рублей. Старт объединения – 2013 год.

Александр Хинштейн, депутат: Мы фактически порождаем нового монстра, рядом с которым Следственный комитет будет смотреться, как детский лепет на лужайке. Надо понимать, что основу Следственного комитета составили выходцы из прокуратуры – те люди, которые имели и определенное образование, и подготовку, но, что греха таить, профессиональный уровень всегда в прокуратуре был высокий. А основу единого Следственного комитета, как следует из текста законопроекта, должны составить сотрудники следствия МВД. Качество и уровень которых, конечно, ни в какие сравнения с прокуратурой и сегодняшним СК не идет. Законопроект в том виде, в каком он отправлялся в различные ведомства для отзывов, не решает еще одной важнейшей проблемы: усиление прокурорского надзора. 

Но президент придержал коней. Есть мнение, что МВД само спасло себя от поглощения, буквально вытащив из воды за волосы. Это милицейские следователи оперативно разработали громкое дело «Оборонсервиса», обнаружило хищения в системе ГЛОНАСС и чиновничье воровство на АТЭС.

По другой версии, сработал режим экономии. Следователи МВД, в принципе, стоят дороже, чем их коллеги из СК: переезд – всегда траты, а трудоустройство 10 тысяч бывших следователей МВД, которых не примут в комитет, – лишние компенсации, пенсии и соцпакет. Заинтересованные лица теперь готовят новое экономическое обоснование.

В террариуме силовиков пестуют информационные подарки от самого Бастрыкина. Глава СК то покупает недвижимость в Чехии, то вывозит журналистов в лес.

Александр Хинштейн, депутат: Надо сказать, что и сами ведомства за исключением Следственного комитета не испытывали большого восторга. Есть официально заявленная позиция МВД, Службы по контролю за оборотом наркотиков. Позиция ФСБ несколько иная: изначально они возражали, затем они согласились при условии, что те составы Уголовного кодекса, которые они расследуют сегодня, за ними будут закреплены. Но тогда сама суть и идея создания единого следствия теряется.  

Но главный аргумент – политический. У кого следствие – у того власть, гласит правоохранительная мудрость. Уголовные дела – главный инструмент в эпоху госборьбы с коррупцией. Универсальная отмычка поможет отобрать мандат, бизнес, даже скипетр, если дело завести против членов команды конкурента.

Путин никогда не спешил создавать следственного монстра. А СК уже сейчас политически опасен, – бдительно напоминают спикеры Генпрокуратуры. Неподконтролен и финансово неподотчетен никому. Политический статус – как у администрации президента, юридический – как у иностранного посольства, куда не может ступить чужая нога.

Михаил Виноградов, политолог: Достаточно поднять мемуары о заговоре против Берии, чтобы увидеть, что эмоциональное ощущение, что слишком много взял на себя и слишком ко многому готов, порождает самые интересные коалиции, пусть по нынешним временам более мирные, чем в середине XX века. Поэтому существует тревожность в связи с тем, что кто-то становится монополистом. И такая определенная конкуренция при всей спорности ее с точки зрения результата – преодоления коррупции, тонизирует федеральные и региональные подразделения этих структур, и дает им возможность не расслабиться. Создание большой следственной структуры приведет к появлению монополиста, который начнет подминать под себя всех, замахиваться на каких-то вторых лиц из высшего руководства страны, либо будет аморфной структурой, которой ничего не нужно.

Объявление о создании единого следствия, на самом деле, – новость о том, что процесс заморожен. Первым свое следствие в общую кассу должен сдать Госнаркоконтроль, но случится это не раньше 2015-го года. Остальные силовики займутся жертвоприношением не раньше 2016-го. А до этого надо дожить. На свободе.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.