Максим Шевченко из Симферополя: «Представлять себе, что украинцам в Крыму что-то угрожает, — удел постоянных посетителей Казантипа»

Здесь и сейчас
2 марта 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Совет национальной безопасности и обороны Украины приказал начать мобилизацию на всей территории страны. Накануне Совет Федерации дал добро на ввод российских войск в Украину, однако окончательное решение президент Владимир Путин еще не принял. На связи со студией ДОЖДЯ – журналист Максим Шевченко, который сейчас находится в Симферополе, где, как и в нескольких других крымских городах, уже несколько дней находятся люди в камуфляже, которых некоторые склонны считать российскими военнослужащими.

Белоголовцев: С каким настроением Крым пережил эту ночь? Какие настроения сейчас? Насколько спал накал после решений, которые были приняты всеми участниками этой ситуации?

Шевченко: Крым – очень обобщенное понятие. В Москве кажется, что тут какое-то единое пространство, но особенности украинской и крымской политики в том, что, когда орет толпа на митингах, детали не нужны, важен подъем и размахивание флагами, но когда наступает реальный кризис, детали играют самую существенную роль в том, какие будут достигнуты результаты и какие сценарии будут реализованы. Я вчера проводил консультации с разными сторонами крымского общества, беседовал с представителями крымско-татарского народа, молодыми активистами. Сказать, что крымские татары напуганы – это ничего не сказать. Они не слышат от Москвы никакого обращения в свой адрес. То, что некоторые политики на уровне Совета Федерации используют термин «русскоязычные» для оправдания и объяснения политических действий, которые предпринимает Москва, вообще на Украине все русскоязычные, все 50 миллионов. Этот термин сам по себе малопонимаемый, а из уст спикера Совета Федерации он вообще звучит дико. Крымско-татарский народ, который пережил депортацию, изгнание с родины, который слышит из уст московских депутатов и политолог открытые угрозы в свой адрес и попытки представить крымских татар как врагов, чего нет ни в коей степени, поскольку народ Крыма, русские и татары – все между собой общаются, крымчане сами великолепно находят общий язык. Я понимаю, что великая страна с ядерными ракетами и большой территорией не удосуживается заниматься мелкими деталями, но именно мелкие детали потом и срывают громкие замысли и проекты, которые на бумаге и на карте кажутся красивыми. В русской литературе описано собрание перед Аустерлицем, когда планировалось, что Наполеон будет бежать, но получилось наоборот, потому что не учли детали.

Белоголовцев: Насколько сейчас уверенно себя чувствуют нынешние власти Крыма, кабинет Аксенова? Что означает увольнение руководителя главного управления Службы безопасности Украины в Крыму Геннадия Калачева? Что означает отмена пресс-конференции самого Аксенова, которая была на сегодня назначена?

Шевченко: Еще в Крыму рано, трудно говорить, что она означает. Вчера поздно вечером шли процессы перехода на сторону правительства Крыма вооруженных частей украинской армии, дислоцированных на территории Крыма. По украинскому законодательству украинцы служат там, где они живут, поэтому украинская армия в Крыму – это крымчане. Представить себе, что они подчинятся приказу Турчинова и будут стрелять в членов своих семей, таких же крымчан, настолько абсурдная мысль. Конечно, все крымские подразделения вчера перешли… продемонстрировали свою лояльность крымскому правительству. Крымское правительство Аксенова, нравится оно или нет, реально подчинило себе все силовые структуры в Крыму, включая СБУ, МВД, армейские подразделения, даже систему ПВО и инфраструктуры военно-морского флота.

Белоголовцев: Как следует относиться к сообщениям о том, что где-то российские военные блокируют украинские пограничные части, что где-то выносят вооружение из оставленных украинскими войсками частей? Как происходит это взаимодействие и взаимосуществование российских и украинских военных?

Шевченко: Я был с народными дружинниками Крыма. Это местные бизнесмены, ребята-крымчане, которые договорились в том числе с крымско-татарскими активистами о совместном патрулировании и неформально решают многие вопросы. На моих глазах они созванивались с гарнизонами украинской армии, где служат их товарищи. Делается все, чтобы избежать даже возможной ситуации какого-то насилия или крови. Очевидно, это блокада выглядит так: приезжает БТР и становится перед воротами какой-нибудь украинской части. Дальше военнослужащие этой части должны принять решение: они открывают огонь по этому БТР либо ничего не предпринимают. Это и называется блокирование. Это совершенно не боевые действия. Я видел, как созваниваются с военнослужащими украинской армии, те тоже демонстрируют готовность, но к максимально мирному развитию дальнейших событий.

Белоголовцев: Эти БТР, солдаты с заклеенными шевронами после вчерашних заявлений называют себя российскими солдатами, или секрет продолжает храниться?

Шевченко: В центре Симферополя они просто исчезли вчера вечером примерно тогда, когда в Москве Совет Федерации начал обсуждение. До второй половины дня они стояли достаточно плотными цепями вокруг Верховного совета и других ключевых зданий, демонстрируя свое оружие. Наверное, они где-то сейчас могут находиться внутри зданий. Говорить о том, что они по-прежнему здесь присутствуют, было бы неправильно. Моя интуиция говорит о том, что правительство Крыма будет демонстрировать, что оно полностью контролирует ситуацию без российской армии и что подразделения украинской армии исполняют его приказы. Думаю, что те подразделения украинской армии, которые согласились подчиняться Верховному совету Крыма, а таких немало, вполне способны обеспечить защиту и безопасность на территории Крыма, если возникнет такая необходимость. Вообще защита и безопасность обеспечиваются переговорным процессом между крымскими активистами, русскими, крымско-татарскими, представителями других народов, и крымское общество вполне демонстрирует способность к саморегулированию. Все заинтересованы в том, чтобы не было провокаций, конфликтных моментов, чтобы Крым не был втянут ни в какие формы войны. Это сейчас главное опасение всех жителей Крыма. Конечно, если кто-то дерет глотку на митинге, это его жизнь, но большая часть крымчан – это люди, которые совершенно не мечтают проводить  на митингах свою жизнь и которые занимаются конкретным трудом и в целом были ориентированы на курортный сезон и очень надеются, что до начала курортного сезона многие вопросы будут решены. Многие без энтузиазма восприняли возможные военные действия между Россией и Украиной, тут для многих это страшный сон.

Белоголовцев: Вчера появлялись сообщения, что многие этнические украинцы сейчас пытаются покинуть Крым. Насколько это вам кажется преувеличением?

Шевченко: Мне кажется, это фантастика. Ни одному человеку, какой бы он ни был национальности, само по себе в Крыму ничего не угрожает, тем более украинцам. В Крыму отличить русского от украинца невозможно, потому что они в восточной Украине настолько близки по языку и по культуре, что я не знаю, как их различать. Я не слышал в Крыму вообще никаких угроз по отношению к кому бы то ни было. Я разговаривал с сотнями людей вчера, представители разных групп нормально относятся к представителям других групп. Представить себе, что украинцам в Крыму что-то угрожает, удел постоянных посетителей Казантипа. После недели на Казантипе, наверное, такое может привидеться. В целом у человека, который вменяемо относится к ситуации, это будет бредом. Но то, что многие напуганы, что многие слова «война», «введение войск» встречают с напряжением, это так, в частности потому, что со стороны Москвы по российским телеканалам – а тут все смотрят сейчас Россию – мало звучит разъяснений, звучит все больше призывов и разных громких лозунгов. Мне кажется, пора уже перейти к более ювелирной работе в Крыму и на Украине, обращаясь уже конкретно к людям и понижая тональность мобилизационных приготовлений. В этом совсем нет необходимости: на востоке Украине, в Крыму никаких врагов нет.

Фото: РИА Новости / Андрей Стенин

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.