Леонид Печатников: в молжаниновском школьном бунте виноваты политика Лужкова, «Интеко» и Министерство обороны

Здесь и сейчас
19 сентября 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Сегодня утром администрацию Молжаниновского района захватили ученики местной школы. Хотя этот район и входит в состав Москвы, школа №740 сельская, хотя бы потому, что туалеты там вынесены на свежий воздух. Накануне – это был  18-й день нового учебного года – судебные приставы по решению санэпиднадзора закрыли здание. В результате группа протестующих родителей и учеников беспрепятственно зашли в здание местной управы и заявили, что пока школу не откроют, уроки будут проводить там.  

После этого в Молжаниново приехало высокое московское начальство, там сегодня побывал заместитель мэра по социальным вопросам Леонид Печатников. Он заявил, что у него нет другого выхода, кроме перевода учеников в Зеленоград – это в 15 километрах от Молжанинова. Мэр Сергей Собянин уже приказал построить новую школу вместо старой к следующему первому сентября, а заместитель мэра Москвы по вопросам социального развития Леонид Печатников пришел в студию к Татьяне Арно и Павлу Лобкову обсудить случай в Молжанинове. 

Арно: Как так вышло, что плачевная ситуация со школой №740 всплыла только сейчас, в середине сентября.

Лобков: После выборов.

Арно: Да, а не во время летних каникул, когда школы инспектируют.

Печатников: Во-первых, хотел вас, Павел, немножко поправить. Не «Роспотребнадзор» закрыл эту школу, а суд. И мы пытались апеллировать к суду, и до тех пор, пока приговор не вступил в законную силу, то есть когда суд второй инстанции не подтвердил закрытие школы, мы ее, естественно, не закрывали, надеялись на то, что апелляционная инстанция удовлетворит нашу просьбу о том, чтобы школу  пока не закрывали. И только когда решение уже апелляционного суда вступило в силу, то судебные приставы, мягко говоря (хочется найти приличное слово), не очень вежливо в середине учебного дня вошли в школу и выставили из нее детей. То, что рассказывают родители, тоже, мягко говоря, не очень вежливо. Мне остается только извиниться перед родителями, перед детьми за такое не очень корректное (опять-таки я ищу мягкие выражения) поведение судебных приставов. А теперь, что же произошло? Какова история вопроса? Она, оказывается, довольно старая. Дело в том, что Молжаниново было присоединено к Москве довольно давно. И на этой территории одна, довольно известная в свое время, строительная компания должна была…

Лобков: «Интеко».

Печатников: Видимо, «Интеко». Должна была построить жилой комплекс для того, чтобы эти квартиры реализовать, как, собственно, это было принято.  После этого население деревни Молжаниново немедленно росло в геометрической прогрессии. Из 600 человек там оказалось более 2 тыс. прописанных в этих домах без удобств. Когда руководство компании «Интеко» поняло, скольким людям надо дать квартиры после того, как построят жилой комплекс, компания отказалась от своего первоначального проекта и деревня опять зависла на неопределенное время.

Лобков: Это была территория Москвы?

Печатников: Да, уже присоединенная к Москве. Затем на эту землю новый инвестор в лице министерства обороны. Понятно было, что именно компания «Интеко» должна была построить по генеральному плану, утвержденному еще ранее прежним московским Правительством, не только школу, но и два детских сада и поликлинику – то есть инфраструктуру проекта она должна была реализовать. После того, как она отказалась от проекта, на этом театре военных действий появилось министерство обороны. Министерство выстроило довольно большой жилой комплекс, и мы рассчитывали на то, что оно возьмет на себя и функции застройщика социальных объектов.

Лобков: В обмен на то, что они поселялись в этих же домах?

Печатников: Они построили их для себя, для офицеров. Я считаю, это замечательно, что министерство обороны строит для своих сотрудников, для офицеров жилье. Но, к сожалению, и они не построили инфраструктуру по одной совершенно объективной причине. Оказалось, что в их бюджете есть деньги только на строительство квартир, а на строительство инфраструктуры, к сожалению, денег у них нет. Поэтому стало очевидным, что всю инфраструктуру должен строить город.

Лобков: Эта ситуация со школой может повторяться теперь многократно, потому что таких районов, построек в Москве очень много.

Печатников: Давайте закончим с 740-ой, чтобы уже…

Лобков: Большая Москва, например. Там будет тоже самое: огромное жилое строительство и нет инфраструктуры.

Печатников: Павел, поскольку я, как вы знаете, в этом смысле тоже биолог, а не строитель (я врач), для меня было загадкой, когда я вдруг слышал на заседаниях правительства, как мэр разрывает инвестиционные контракты на огромные суммы денег. Ну, казалось, бы инвесторы приносят большие деньги в Москву, он разрывает  эти строительные контракты.

Лобков: Собянин?

Печатников: Собянин, конечно. И вот только теперь я понимаю, что дары-то данайские. Оказывается, в этих контрактах была только жилплощадь, никаких социальных объектов. И, в первую очередь, он, оказывается, разрывал эти чуть ли не на миллиард метров инвестиционные контракты, именно те, где не содержалось основного и главного: строите жилье – вы должны построить инфраструктуру. И теперь я понимаю, насколько решение это было внешне для меня непонятное, отказ от такого количества инвестиций, а теперь  абсолютно понятное после истории с Молжаниново. Не будет больше строек, если застройщик не берет на себя функции построить инфраструктуру. А это не только школы, это и детский сад, и поликлиника. У нас ведь многие районы застроены тоже жилыми массивами, где нет поликлиники, и люди вынуждены ездить за тридевять земель в поликлинику. Это ведь тоже проблема! Но давайте закончим с 740-й школой, поскольку и ваши зрители должны знать, чем история закончилась.  Дело в том, что основанием для «Роспотребнадзора» и для суда была техническая экспертиза, которая проведена             в двух зданиях школы. Одно из этих зданий – барак, и сами жители, и сама директор школы говорят, что этот барак действительно непригоден, опасен. Второе здание: дата рождения этого дома – 1897-й, но экспертиза, проведенная в этом здании, жителям представлялась ангажированной. Они считали, что это была такая экспертиза, которую специально кто-то заказал, и эту дорогую землю по понятным схемам, уж не знаю, как… Поэтому мы приняли следующее решение: уже завтра там начинает работать новая группа экспертов. С виду, я сегодня сам посмотрел, здание очень хорошее, оно старое, но может еще 200 лет простоять, я не знаю, как внутри, что это за балки, перекрытия. Но завтра там будет работать новая группа экспертов. Если эксперты приходят к выводу, что здание не аварийное, и если какой-то ремонт… а туда уже вложены немалые деньги, там сделаны… канализации там быть не может, в силу того что нет канализации, сделан септик, действительно нормальный. Сделана столовая, хороший пищеблок. И если эксперты приходят к выводу, что школу можно эксплуатировать, она не представляет опасности для детей, то…

Лобков: Зеленоград не грозит?

Печатников: Зеленоград не грозит. Но уже сегодня у родителей есть выбор. Что касается Зеленограда, то мы исходили из того, что им просто повезет. Потому что в Зеленограде… Из семи лучших московских школ, которые вошли в топ-25 две находятся в Зеленограде.

Арно: Это, получается, все школьники 740-й будут расформированы по всем школам Зеленограда?

Печатников: Нет, они пойдут в одну школу Зеленограда по нашей первичной мысли.

Арно: Как? Одна школа переезжает в другую?

Печатников: Одна школа переезжает в другую.

Арно: А как это? Вмещаете в одну две?

Печатников: Это возможно, потому что там всего 126 учеников. Вся школа Молжаниново – это сегодня  126 учеников. Она очень небольшая. Мы собирались возить их школьными автобусами, они специально закуплены в сопровождении ГАИ.

Лобков: Неужели отказались от такого подарка?

Печатников: Они отказались от такого подарка. Более того, они сказали, что их не интересует учиться в классе, где 25 человек, поскольку они привыкли обучаться в классе, где 10 или меньше человек.

Лобков: А вы не видите в этом социального эгоизма?

Печатников: Поскольку сегодня я волей и неволей чувствую себя виноватым по отношению к этим людям, я считаю, что они все равно не должны страдать, эгоисты они или не эгоисты, они думают о своих детях, и я их очень хорошо понимаю. Им сегодня предложен второй вариант: в шаговой доступности от этой школы, за которую мы сейчас повоюем вместе с экспертами, есть школа №19 Химкинского района. Мы уже сегодня встретились и с руководителем образования Московской области, и с директором  этой школы. Если родителей это устраивает больше, то мы арендуем вторую смену у этой школы, и тогда в этой школе будет две школы:  в первую смену будет Химкинская школа, а во вторую – 740-ая. Это выбор. Мы сами считаем, что качество образования в Зеленограде, конечно, существенно выше.

Лобков: Последний вопрос хотел бы задать. Это для вас был прецедент, который может изменить многое в будущем планировании строительства социальных учреждений, соотношения между жилыми домами и инфраструктурой? Правильно я понял, что это некий прецедент, после которого начнется переосмысление градостроительной концепции в новых микрорайонах?

Печатников: Нет, Павел, вы неправильно меня поняли только по одной причине. Потому что это переосмысление гораздо раньше, чем мы столкнулись с этой реальной ситуацией. То, что мэр давно принял решение о том, что никакой новой стройки без инфраструктуры не будет, это уже было задолго до того. У министерства обороны немножко специфические условия. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.