Почему у оппозиции только после провала на выборах появился шанс.

Объясняет Глеб Павловский
И так далее с Михаилом Фишманом
23:41, 23 сентября
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку
Ведущие:
Михаил Фишман
Теги:
Выборы-2016

Комментарии

Скрыть

На минувших выборах в Госдуму представитель всех уровней внесистемной оппозиции, можно сказать, провалились — не выиграл никто. Ни «Яблоко», ни ПАРНАС не смогли набрать необходимого числа голосов, чтобы пройти в парламент. На первый вечный вопрос — кто виноват? — ответ у каждого оппозиционера свой, а вот какой ответ на второй — что делать?

Этот вопрос Михаил Фишман обсудил с политологом Глебом Павловским, который считает, что как раз теперь у оппозиции появился шанс.

Фишман: Глеб Олегович, насколько эти господа убедительны и кто виноват, что такой провал?

Павловский: Потому что мы слышим, видно, что обсуждение, на самом деле, еще не началось, оно впереди, потому что это, в конце концов, понятные стоны раздавленного. Смотрите, ни с кем нельзя согласиться. Навальный говорит: «25% демократического электората, вы его не взяли», но, простите, если он демократический, он разный. И Дмитрий Каменщик, например, и нищая учительница — они не могут иметь одинаковых интересов. В чем проблема? Существует ли связь, коммуникация между лидерами и демократическим электоратом или они строят односторонние вещания так же, как Путин строит? Только, увы, Путин имеет более мощные каналы и он более мощный, притягательный лидер. Проблема, смотрите, в чем...

Фишман: Это что надо делать: ходить по домам, по улицам?

Павловский: Смотрите, жалуются, что там не объединились, а у демократического избирателя была возможность повлиять на выбор лидера? Нет, ему не дали такой возможности, ему предложили, у него не было возможности сказать: нас не устраивает.

Фишман: Там проводили праймериз, ПАРНАС проводил.

Павловский: Не было, не было. Демократический избиратель, оценив то, что перед ним, ушел просто, так же, как ушел, в другом количестве, конечно…

Фишман: А если то есть перед ним могло бы быть нечто, что бы его мобилизовало, и он бы пошел голосовать?

Павловский: Он не услышал ничего о своих интересах. Он услышал о ценностях, о которых не спорят.

Фишман: А это было возможно? Было возможно построить такой разговор?

Павловский: Да, но таким образом могут быть одинаковые интересы у бюджетников, предпринимателей, каких-то фермеров, допустим, они есть, и просто лиц свободной профессии вроде меня. Разные интересы, разные предложения должны быть, они были? Их не было — вот в чем дело. И я думаю, надо анализировать это, надо дать возможность, в частности, участвовать в этих дебатах демократическому избирателю, потому что он и сегодня даже не имеет голоса в этих дебатах.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.