20 лет элиты Путина: религия денег, бои без правил за доступ к телу и мусорный бизнес «принцев»

Станислав Белковский в новом выпуске «Эпохи Белковского» отвечает на вопросы о том, насколько за 20 лет изменилась путинская элита, кто входит в «солнечную систему» власти и кого там можно назвать самым влиятельным. А также о том, почему Игорь Сечин «уже не тот», почему вокруг Путина нет реформаторов и почему среди детей российских чиновников так популярен мусорный бизнес.

Добрый день. «Эпоха Белковского» на Дожде. Эпоха продолжается, Станислав Белковский в нашей студии. Здравствуйте.

Здравствуйте, Максим.

Мы обсуждали 20 лет Путина, но мы не обсуждали 20 лет элиты Путина, путинской команды, путинского большинства во власти, как она менялась и из чего она состоит. Собственно говоря, первый вопрос, это «Политбюро», пресловутое «Политбюро 2.0», как его еще называют, насколько оно существует или это миф?

Нет, это миф. Основной теоретик, мифолог и хранитель этого мифа это известный политолог Евгений Минченко, безусловно, один из самых талантливых из околокремлевских политологов. Но «Политбюро» путинского не может существовать, поскольку политбюро это институт, с фиксированным составом членов и распределением обязанностей между ними. Такого института в современной России нет, нет фиксированного состава людей, входящих в некий коллективный орган власти, нет распределения обязанностей между ними. Принцип неопределенности опять же действует, что можно узнать либо количество людей входящих, либо их состав, но не то и другое вместе.

Либо место сбора пресловутое.

Да. И это Политбюро никогда не собирается вместе, поэтому нет никакого механизма коллективной выработки решений, что было важнейшей чертой советского Политбюро. Поэтому, конечно, как какая-то метафора оно может использоваться, но не более того. Его не существует, как не существует силовиков и либералов, поэтому когда говорят, что силовики что-то сделали, эта фраза лишена физического смысла, то есть с таким же успехом можно сказать, что люди с высшим образованием поставили такого-то министра. Да, наверное, это были люди с высшим образованием, а не со средним и начальным, но это ничего не говорит о том, какие именно это люди. Потому что нет никакой профессиональной касты и корпорации «силовиков», которые были бы объединены общими интересами и общим, например, этическим кодексом. Нет, есть некоторое количество групп влиятельных людей в силовых структурах, причем каждая из этих групп, а сколько их, неизвестно, опять же, по принципу неопределенности, их точно посчитать невозможно, даже обладая большим объемом инсайдерской информации, поскольку их количество постоянно меняется, оно такое, пульсирующее, пульсирующая звезда. Причем каждая из этих групп еще завязана не внесиловые всякие структуры и на гражданское чиновничество, на определенные подразделения, и главное, на крупный капитал, без которого эта система власти не существует, поскольку путинская власть это монетократия, власть денег, а не милитократия, власть силовиков, как нам пытались втюхать социально не слишком ответственные социологи и политологи в первом десятилетии XXI века. Поэтому что кого-то там поставили силовики или такое решение продавили силовики, это непонятно что, какие силовики, тем более, что они все враждуют между собой, эти силовики. Точно также нет никаких либералов, потому что нет никакой корпорации «либералов», которая была бы едина опять же с точки зрения интересов, этического кодекса или хотя бы идеологии. В каких-то вопросах, в отдельных экономических вопросах, жутким либералом является сам Путин, в каких-то вопросах он является жестким антилибералом. Поэтому все эти построения на тему «Политбюро», силовики и либералы, и баланс между ними, это, мягко говоря, упрощение ситуации, если вообще можно говорить о том, что это хотя бы приблизительно описывает то, что происходит в современной России и внутри ее механизма, конструкции ее власти.

Если уточнить, вот есть какая-то Солнечная система власти, вот Путин Солнце, вокруг него какие-то планеты, они крупнее-мельче, они ближе к Путину или дальше удалены от Путина.

Но они не имеют фиксированных орбит, размеры их меняются, когда меняется уровень влияния тех или иных людей, у кого-то он не меняется, у кого-то растет, у кого-то падает, но никогда нельзя предсказать, что случится в каждый конкретный момент времени. Собственно, противоречие между Эйнштейном и Лапласом ключевое, которое определило во многом развитие науки в ХХ веке и в начале XXI века, состоит в том, что Лаплас считал, что знание всех физических законов позволит точно прогнозировать все события в любой момент времени. И Эйнштейн с теориями относительности, и квантовая механика, которая частично не соответствует теориям относительности, то есть там есть противоречия, это опровергли, выяснилось, что в связи с принципом неопределенности предсказать ничего нельзя. Так и здесь, условно говоря, вот сегодня Пупкин имеет уровень влияния на Путина…

Сечин, допустим.

Допустим, введем какую-нибудь единицу влияния на Путина, один лилипут. Вот сегодня, допустим, уровень влияния Пупкина 32 лилипута, а завтра на стол Путину ложится какая-нибудь распечатка разговоров, в которых нетрезвый Пупкин что-нибудь говорил о частной жизни Владимира Владимировича, и 32 лилипута превращаются в 2 за один день. Реально? Реально вполне, так может случиться не с каждым, но со многими.

Сечин очень влиятелен, конечно. Но, понимаете, опять же характер и природа влияния Сечина менялись во времени, так же, как и у Медведева. Смотрите, когда Медведев… Ладно, начнем с Игоря Ивановича Сечина. Кстати, есть теория, согласно которой интерес Владимира Владимировича, это психологическая теория, и уже потому она кажется мне достаточно убедительной, как психологу-самоучке, что повышенный интерес Владимира Путина к теме искусственного интеллекта связан с тем, что сокращенно искусственный интеллект это ИИ, а все, что ИИ, Путина бессознательно привлекает, ассоциируется с Игорем Ивановичем. Хотя на самом деле, естественно, все меры, все реальные решения, которые Путин принимает в сфере интернета, технологий, ограничения присутствия иностранных инвесторов в IT-сфере, они все против направлены объективно искусственного интеллекта, а не за, только он об этом не догадывается. А Игорь Иванович Сечин в течение первых двух президентских сроков Путина был замруководителя администрации президента, курирующим силовые структуры. И он курировал, курировал силовые структуры, имел на них большое влияние, тем временем оттяпал и перевел в зону своего влияния «Роснефть», это случилось в самом-самом начале правления Владимира Владимировича. «Роснефть» стояла бесхозной, ее курировал неформально Зия Бажаев. Был такой крупный бизнесмен, помните? Основатель группы «Альянс». И вот 8 марта 2000 года Зия Бажаев вместе с Артемом Боровиком разбились в самолете, в частном Jet ЯК-42, тогда еще были частные Jet советского производства. Соответственно, «Роснефть» осталась бесхозной, с точки зрения «крыши», и ее быстренько подгреб под себя пресловутый ИИ. Но потом он из сферы контроля над силовыми структурами переполз в энергетику, он стал вице-премьером по энергетике, в кабинете Владимира Путина, а потом и президентом «Роснефти». Сейчас он в энергетической сфере абсолютный царь и бог, если ему что-то надо, «Итера», «Башнефть», все что угодно, он это забирает. Хотя вот заграбастать «Траснефть» он не может уже несколько лет, то есть его война с Николаем Токаревым, главой «Транснефти», сильно затянулась, и видно, что Токарев отбивается, отбивается успешно.

Потому что тот тоже настоящий генерал.

Ну, настоящий друг. Тут есть опять же представление о том, что Путин как-то особо любит людей в погонах сильно преувеличено. Действительно, их много в его окружении, но по двум причинам. Во-первых, естественно, Путин рекрутирует своих людей из тех сред, где он раньше работал. Если бы он работал в Минсельхозе, значит, очень много аграриев было бы в его окружении. Во-вторых, военный человек психологически комфортен, потому что он умеет делать вот так (под козырек), он не рассусоливает, как гражданский, у него есть опыт подчинения и беспрекословного выполнения приказов. И даже если военный не собирается выполнять приказ, он все равно скажет «Так точно!» и «Есть!». Для Путина психологически это комфортно, он не любит сопротивления.

Вот то, как вы описываете эволюцию Сечина…

В силовых структурах Сечин уже не тот. Например, возрос в Федеральной службе безопасности такой генерал Сергей Королев, Сергей Борисович. Это не сечинский человек, это совсем другое, он в свое время, кстати, кругами, близкими к Сечину был выкинут из ФСБ, в начале нулевых годов XXI века, и потом был восстановлен на госслужбе благодаря как раз Анатолию Сердюкову, бывшему министру обороны.

Да, он был чуть ли не в охране Сердюкова.

Ну, он не в охране был. И Виктору Зубкову, который тогда был тестем Сердюкова.

Говорят еще, что Ротенберги тоже имеют очень хорошие отношения.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю