ФСБ — наследница КГБ? Почему спецслужба сейчас еще свободней, чем в СССР

Спорят генерал-майор ФСБ в отставке и автор книги о спецслужбах
28 февраля, 16:04 Анна Немзер
18 454

В новом выпуске исторических дебатов «Время, назад!» Анна Немзер пытается понять: является ли современная ФСБ прямым продолжателем дела КГБ? Что изменилось после того, как в результате краха Советского Союза силовые структуры были реорганизованы? Спасла бы силовое ведомство люстрация по примеру Штази в ГДР? Почему современная спецслужба имеет больше свободы, чем ее предшественник и занимается темами, выходящими за рамки контрразведки, такими как театр и финансы? И, наконец, можно ли победить систему, при которой сотрудники спецслужб систематически превышают свои полномочия? В эфире Дождя на эти и другие темы поспорили генерал-майор ФСБ в отставке Александр Михайлов и журналист, автор книги «Новое дворянство. Очерки истории ФСБ» Андрей Солдатов.

Так вышло, что когда я готовилась к этой программе, я посмотрела фильм «Юморист». Дело происходит в 1984 году, там есть сцена, когда героя, сатирика, среди ночи двое в штатском уводят куда-то в неизвестном направлении. Мы потом узнаем, куда, но там есть сцена, которая произвела на меня сильное впечатление. Вот после того, как его уводят, камера крупным планом берет лицо актрисы Алисы Хазановой, которая играет его жену, и прямо видно, что она в этот момент думает. Она думает, примерно, что это уже 1984 год, и вообще-то так уже не забирают, и он не диссидент, он сатирик, конечно, это какое-то недоразумение. А с другой стороны, у нее в глазах такой дикий, животный страх и беспомощность.

Пожалуй, в нашей стране было года два или три, когда мы этого страха и этой беспомощности перед спецслужбами не испытывали вообще, это вот рубеж 1990-1991 года, это вот когда открыты архивы КГБ, и сотрудники «Мемориала» начинают туда ходить, и все возвращаются с одной байкой, как их встречает полковник КГБ, и говорит: «Здравствуйте, проходите. Куда вас посадить?», и они все хохочут, это шутка такая, казалось бы.

И в этом же году, в 1990, с Соловков привозят камень, который становится памятником жертвам политических репрессий, и академик Сахаров сообщает об этом шефу КГБ Крючкову в уведомительном порядке. И он говорит ему: «Мы сейчас его здесь поставим, здесь, на Лубянке, рядом с Феликсом». И тот не может ему протестовать, это просто невозможно.

Мы так прожили совсем недолго, два или три года. За пределами этих двух лет все те же страх и беспомощность, так убедительно сыгранные Алисой Хазановой. «Пошутил не так, и ты попал в blacklist», как поет Face в 2019 году, и мы понимаем, о чем он. Я хочу знать, когда это закончится.

И об этом я хочу поговорить с гостями нашей сегодняшней программы. Александр Михайлов, здравствуйте, генерал-майор ФСБ в отставке.

Михайлов: Здравствуйте.

И Андрей Солдатов, автор книги «Новое дворянство. Очерки истории ФСБ».

Солдатов: Здравствуйте.

Здравствуйте, коллеги, спасибо большое, что вы сегодня с нами. Я хотела бы начать с недавних новостей, с ареста Майкла Калви и дела Baring Vostok, и с некоторого комментария Владимира Путина, который на все вопросы, не должно ли было это дело, например, разбираться в арбитражном суде, сказал «ФСБ считает иначе».

То, что ФСБ считает иначе, становится традиционным, уверенным и увесистым аргументом против всех других возражений. Я хотела задать вам первый общий большой вопрос. Как вам кажется, роль ФСБ сейчас, относительно роли КГБ, мы берем для начала андроповские времена, больше она, меньше, в чем отличие в этих полномочиях? Как вы видите динамику? Александр Георгиевич.

Михайлов: Я все-таки считаю, что сегодня она немножко больше, потому что нет управляющего органа. Ведь Комитет государственной безопасности подчинялся Центральному комитету Коммунистической партии, был ее вооруженным отрядом, и по большому счету, без зеленого свистка из ЦК практически Комитет госбезопасности ни одну операцию не проводил. Даже по некоторым делам решение о возбуждении уголовных дел рассматривалось на Секретариате ЦК КПСС, поэтому говорить о том, что КГБ была достаточно самостоятельной структурой в те годы, наверное, не приходится, это был орган исполнительной власти.

Что сегодня происходит? Сегодня появился новый заказчик в лице президента Российской Федерации. Я хотел бы заметить, что очень часто пытаются говорить о власти в целом, но должен подчеркнуть, что Федеральная служба безопасности подчиняется только президенту России, докладывает все материалы только президенту России. Причем президенту, который вышел из этой же системы, которому лапшу на уши не повесишь, он рассматривает, скажем, исходные данные при принятии решений, то есть при одобрении и неодобрении решений руководства ФСБ. И в принципе сегодня, мне кажется, мы вернулись в то русло, в которое должны были вернуться, потому что в последние годы, в период Ельцина, это было вообще, конечно, что-то, цирк с конями, когда я там служил.

Сейчас мы вернемся к цирку с конями. Андрей, вы, как я понимаю, согласны с этой трактовкой, то есть действительно, КГБ был подотчетным органом, ФСБ обладает гораздо большей свободой. С вашей точки зрения, это дает ФСБ нынешнему преимущество? Ему так свободнее?

Солдатов: В какой-то степени да. Если мы говорим о бюрократической логике, то у ФСБ отсутствует контролирующий орган. Раньше, как правильно сказал Александр Георгиевич, действительно существовал партийный контроль, это был орган партийный, в каждом подразделении, в каждом управлении, в каждом отделе КГБ был партийный орган, который не просто следил, но был обязан следить за ситуацией внутри.

Сейчас такого контроля нет, попытки Ельцина поменять его на что-либо другое, например, ему нравилась первоначально идея разделить все это на несколько ведомств и создать конкуренцию, но в таком несколько средневековом стиле, ему казалось, что это позволит поставить эти спецслужбы под контроль.Это не удалось, и мы знаем, что и Владимир Путин тоже приложил к этому большие, скажем так, усилия, потому что он сделал ФСБ главной и самой могущественной спецслужбой.

Но любые методы контроля над ФСБ, как над институтом, отсутствуют. То есть существуют некий формальный прокурорский контроль, но это касается очень узкой сферы, совершенных преступлений сотрудниками ФСБ, и то, честно говоря, и здесь ограничения очень большие, например, сотрудники прокуратуры имеют право смотреть вообще на материалы ФСБ только в здании ФСБ, что было оговорено еще в начале двухтысячных. Парламентского контроля так и не появилось, что было открыто признано в свое время и главой Комитета по безопасности Государственной Думы.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю