«Это не коридор, это у них снаряды кончились». Репортаж Тимура Олевского из Дебальцева

Репортаж Дождя
2 февраля 2015
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Как уехать из Дебальцева, самой горячей точки на востоке Украины в эти дни, и остаться живым? Смотрите в репортаже Тимура Олевского «Град обреченных». 

Олевский: А вот эта дорога опасна сама по себе или в Дебальцево опаснее?

Коршенко: В Дебальцево опаснее, там можно ехать и нарваться на мину. Я знаю, чем я рискую и почему.

Олевский: Артиллеристские обстрелы Дебальцево и соседних поселков не прекращаются ни на минуту уже больше 2-х недель. Батальоны «ДНР» и «ЛНР» начали наступление в надежде окружить крупную группировку украинских военных и сделать новый, самый большой с начала войны Дебальцевский котел.

Онищенко: Никто никаких коридоров не создавал. Это, очевидно, затишье, у сепаратистов боеприпасы закончились. Они просто из «Града» раз лупанули по нам – и пока в городе тихо. Сейчас тихо, надо выехать на мост и послушать. Если тихо – значит, у вас есть 10 минут, чтобы ехать домой. А так вам никто ничего не может гарантировать. За себя я отвечаю, что если зайдут сепаратисты, у меня будет 5-10 минут, чтобы уехать из города, потому что я заочно приговорен к смертной казни.

Женщина: У нас ни газа, ни света, мы идем к родителям. Закрыла, все выключила.

Онищенко: Коммуникации – легче сказать, что у нас осталось. Из города повыезжало, у энергетиков осталось 10 на работе, у газовиков еще столько же и у водянников человек 10 осталось. Если еще 4-5 дней побомбят, можно прогнозировать, что на предприятиях не будет людей, некем будет пытаться восстановить коммуникации.

Олевский: А это от чего воронка?

Коршенко: Это от «Града», видишь, кусок «Града» даже торчит.

Онищенко: Сейчас мы подготовили два автобуса, но они неполные уехали, потому мы эвакуируем в никуда. У них в подвале находится 10 детей и 8-9 взрослых. Детки маленькие, мы не знаем, куда можно вывезти маленьких детей. Я им предлагаю, у меня есть детский сад рядом с городским советом, есть две безопасные группы, которые находятся с северной стороны, куда не прилетает. Я предлагаю, давайте вас и деток туда переселим, там все условия:  тепло, светло и можно готовить питания. Люди боятся уходить с убежищ.

Коршенко: Родственники обратились, чтобы вывезти из села Дебальцево мирных жителей.

Олевский: А сколько их человек?

Коршенко: Человек 5 будет. Вчера было больше, но никто не захотел. Вчера организовали две машины, люди побоялись уезжать.

Женщина: Ужас, у нас-то ничего, пластиковые окна, а у соседей и рамы, и стекла – все. Все, поехали. Посмотрите, как там дом разбит.

Олевский: Живы? А где хозяева, уезжаете? Вы так и живете.

- Живы. Отец – тут, сестру вывез с детем.

Олевский: А почему отец не уезжает?

- А кому это бросить? Вы с той стороны зайдите, там ничего нет живого. Кухни нет, стена в доме вся потрескалась.

Олевский: А откуда стреляют?

Женщина: А кто его знает, откуда стреляют?

Олевский: Все, что мы видим, мы видим из окна автомобиля на довольно большой скорости, водитель едет так быстро, как позволяют его старенькие «Жигули», чтобы дотемна доехать до крайнего блокпоста, где уже не обстреливают, где уже не так страшно.

Коршенко: Кто мог себе представить? XXI век, центр Европы. Кому надо было это все?

Олевский: Жители Дебальцево, кажется, пребывают в некотором шоке, некоторые боятся выйти из подвалов, чтобы добежать до спасительного автобуса – можно не дойти, но и дальше невозможно оставаться.

А где вы живете?

- Здесь, проходи. У меня ребенок на костылях, прошу моего ребенка не снимать.

Коршенко: Видел, как ложится? В шахматном порядке, если залп делают.

Олевский: Вся дорога прострелена, выходит.

Коршенко: Да. Дорогу в городе тяжело прострелять, они стреляют наугад, просто в город стреляют, куда попадет. Чтобы остальные города боялись и сдавались.

- Сегодня утром двоих убило. Были в подвале у нас, в 6 часов поднялись, пошли домой покормить животных. И не дошли ерунду, двоих сразу, молодые.

Олевский: В городе есть позиции военных какие-то?

- Кто его знает, непонятно. Вчера танк загорелся возле нашего дома, он остановил его и бросил, а мы вышли 0: «Тягайте отсюда подальше, у нас полный снарядов».

- Какого черта он стоит на поле и лупит с миномета? 8 утра, 10-30 и в 12. Вот сейчас полчаса назад опять отработал – 9 залпов. Пожалуйста, наглядный пример: здесь живут мирные жители, никто сюда не стреляет.

Олевский: Около 3 тысяч человек вывезли за несколько дней волонтеры и администрация Донецкой области, больше 5 тысяч остается в городе. Администрация Донецкой области открыла горячую линию, но чтобы записаться на автобус, надо найти, откуда позвонить, связь почти не работает. Проще обойти подвалы, в каждом сидят люди и в каждом кто-то хочет  уехать.

Олевский: А что с электричеством у вас сегодня?

- Я не знаю, перерубили, наверное.

- Да, центральная линия ЛНП, которая подходит к городу Светлодарску, ее перебило, теперь город полностью обесточен. Станция работает в полном режиме, но она же город не запитывает. В этой ситуации можно полностью вымереть.

Олевский: Вы не думаете уезжать?

- Я – нет.

- А я – да.

Онищенко: Наши перспективы от нас не зависят. Я сейчас смотрел новости, там Мариуполем занимаются, Авдеевкой, Луганскую область вообще не называли.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.