Что пришло на смену стабильности после присоединения Крыма.

Колонка Олега Кашина к годовщине «Русской весны»
Кашин.Гуру
14:42, 18 марта
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку
Ведущие:
Олег Кашин

Комментарии

Скрыть

Два года назад 16 марта 2014 в Крыму прошел референдум, почти 97% участников которого проголосовали за вхождение республики в состав России. 18 марта 2014 в Георгиевском зале Кремля подписан договор о принятии Крыма и Севастополя в состав России. Олег Кашин о том, что изменилось с того момента, а что нет.

Уже никто не помнит, но в нулевые у нас был культ политической стабильности. Власть считала стабильность большой ценностью, а ее достижение — своей заслугой. Во имя стабильности ограничивали политические свободы, усиливали власть Путина, фактически ликвидировали оппозицию.

Теперь кажется, что стабильность они оберегали исключительно для того, чтобы однажды ударить по ней кувалдой. Самый сокрушительный удар по политической стабильности в России два года назад нанес сам Владимир Путин со своей крымской операцией. С тех пор главный политический капитал российского государства — нестабильность. Путин торгует ею на Украине и в Сирии, и в России, кстати, тоже — все, что происходит в последний год в Чечне и вокруг нее, тоже больше похоже на искусственный кризис, а не на какую-то неизбежность.

У нашего народа есть такой популярный сказочный сюжет про могущественного злодея, заколдовавшего себя таким образом, что смерть его спрятана в иголке, которая спрятана в яйце, которое находится внутри утки, которую съел заяц. Путин производит впечатление сказочного героя, который много лет держал яйцо с иголкой в руках, и ему было неудобно, и в итоге он спрятал его в Крыму. У нас до сих пор спор о Крыме идет на уровне позапрошлой весны, когда все друг друга спрашивали, чей он, и на основании ответа делали вывод о том, с кем имеют дело — с другом или врагом. Культура территориальных споров и кризисов, от Иерусалима до Фолклендов и от Курил до Нагорного Карабаха как бы прошла мимо россиян, мы вообще почему-то не представляем, что такое территориальный спор и как на него реагировать. Прекраснодушие тех наших граждан, которые и сейчас, в 2016 году, говорят, что Крым надо отдать Украине — это прекраснодушие того же рода, что и прошлые символы наподобие «большого белого круга» или «честных выборов». Гоголевский Манилов, если бы он оказался в российской политике нашего времени, конечно, стал бы либеральным активистом, потому что всякий либеральный активист сегодня в России знает, что нужно сделать, чтобы стало хорошо — отдать Крым Украине.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.