Чем грозит казнь шиитского проповедника.

И какие изменения ждут исламский мир. Объясняет профессор Андрей Зубов
Здесь и сейчас
15:48, 3 января
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку

Комментарии

Скрыть

Верховный лидер Ирана Али Хаменеи выступил с жесткой критикой властей Саудовской Аравии в ответ на казнь сорока семи человек, среди которых был шиитский проповедник Нимр аль-Нимр: «Без сомнения, то, что кровь этого невинного мученика была пролита незаконно, будет иметь последствия, священное возмездие не минует саудовских политиков».

 

Севрюгин: Эта казнь всколыхнула весь исламский мир, в ряде стран прошли акции протеста. Вы сказались и главы стран, и европейские чиновники. Почему эта казнь, на ваш взгляд, была так воспринята?

Зубов: Одно дело, когда в странах, где разрешена смертная казнь, казнят террористов, которые кого-то убили или готовили убийство. Это неприятно, мы отвыкли от смертной казни, но это, по крайней мере, понятно. Но казнить человека за его слова, за его убеждения, за его активную деятельность проповедника — это невозможно даже с точки зрения мусульманских законов. На слово надо отвечать словом, на меч надо отвечать мечом. Когда на слово отвечают мечом, то это означает, что человек, который убивает проповедника, он исчерпал свои аргументы, ему больше нечего сказать. Поэтому это действие, безусловно, снизит уровень уважения к королевскому дому Саудовской Аравии во всем мусульманском мире, не только шиитском, но и суннитском. Потому что и сунниты прекрасно понимают, что слово не наказуемо смертью.

Кроме того, не надо забывать, что с точки зрения строгого ислама, сам режим в Саудовской Аравии сомнителен. Это так называемый мульк, королевская власть, монархическая власть, которую осуждал пророк и считал, что истинная власть должна быть выбранная, это власть наместника посланника, которого мы называем халиф Аллаха, наместник посланника.

Но это, тем не менее, еще говорит об одной очень важной вещи — вещи, которая пока плохо учитывается мировым сообществом, Западом, еще хуже учитывается в России, русским МИДом. Дело в том, что мир ислама пришел в движение. Причем это движение неслучайное. Дело в том, что на протяжении последних 40, а то и 80 лет повышался уровень образования — знакомство с Западом, обучение в европейских и американских университетах, сформировался культурный мусульманский класс. Он, в отличие от культурного европейского класса, не отошел большей частью от религии, но он вполне соизмерим с европейцами по уровню культуры. И вот этот класс теперь требует демократии. А что такое демократия на Переднем Востоке в рамках религиозного общества? Это значит, что доминирующая конфессия будет управлять страной. А вся беда в том, что во многих очень странах Переднего Востока у власти находится не большинство, а меньшинство. Или находилось. Например, в Сирии находится у власти алавиты, а три четверти населения страны — сунниты. Долгое время в Ираке большинство населения— шииты, а властвовали и короли, и потом диктаторы — Баас, Саддам Хусейн, властвовали сунниты. То же самое в какой-то степени в Саудовской Аравии.

Дело в том, что восточная часть Саудовской Аравии и прилежащие к Саудовской Аравии Эмираты, остров Бахрейн населены большей частью шиитами. А основная часть Саудовской Аравии населена суннитами, власть династии саудитов — это суннитская династия. Демократия тут же изменила бы структуру государства, значительная часть его была бы представлена, особенно восточная область, шиитами. Этого боятся допустить властвующие саудиты.

Сейчас мы должны понять, что для нового положения Переднего Востока, где проснулся народ и где народ продолжает себя ассоциировать не с гражданской нацией, как в Европе, а с конфессией — шиизмом, суннизмом, алавизмом, христианством — в этой ситуации должна быть совершенно другая система организации государства. Государство должно быть, как когда-то в Ливане, организовано по сложной системе этноконфессиональных представительств, но в системе демократии. Тогда будет какая-то стабильность. Если это поймут, а все теоретические разработки были сделаны давно, просто их не знают политики, то тогда есть перспектива. Если Запад и Россия будут грубо вгонять Передний Восток в какие-то нормы демократии или диктатуры, как в Сирии сейчас, следуя каким-то своим привычным лекалам, то, естественно, политический строй Ирана, Ближнего Востока будет все больше и больше расшатываться, и этот регион уже стал и тем более станет главным взрывоопасным регионом мира.

Так что казнь шиитского проповедника — это знак того, что саудовский режим исчерпал свою политическую легитимность, он прибегает к грубой силе.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.