Проректор МГУ Алексей Хохлов: если закон принимается в такой спешке, значит это кому-нибудь нужно

Здесь и сейчас
1 июля 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Впервые за долгие годы в политический лексикон эпохи стабильности вернулось тревожное «объявить вотум недоверия правительству», и сделали это коммунисты. События развивались стремительно.

Сегодня с утра президиум российской академии наук единодушно высказался против планов правительственной реформы – Большую академию, академии медицинских и сельскохозяйственных наук слить, всем членам-корреспондентам дать звания академиков и по 100 000 рублей ежемесячно, а за это отобрать право распоряжаться имуществом РАН и передать его в руки уполномоченного государственного агентства. Академики рассчитывают на примирение: в среду президент РАН Владимир Фортов должен встретиться с президентом страны Владимиром Путиным.

И в  среду же законопроект должен проходить первое чтение в Госдуме. «Единая Россия» говорит о том, что закон примут до конца июля, «эсеры» – «против», а коммунисты – заявили о возможности объявления вотума недоверия правительству. А пару часов назад Геннадий Зюганов официально подтвердил: процедура вотума официально запущена. Неужели так все было задумано – и реформа РАН станет поводом для отставки, о которой так долго говорят? Неожиданный поворот научной войны обсудили с проректором МГУ академиком РАН Алексеем Хохловым.

Арно: Как вам инициатива коммунистов? Поддерживаете ее?

Хохлов: Мне кажется, нам надо оставаться в поле научном, связанном с наукой и тем законопроектом, который был предложен правительством. Законопроект абсолютно неприемлем, ведет к ликвидации российской Академии Наук. Он содержит такие положения, против которых восстали абсолютно все. Я никогда не видел такого единения. Я сам принадлежу к реформаторскому крылу Академии Наук, я всегда считал и считаю, что нужно проводить много реформ в Академии Наук, но то, что было предложено в четверг, вызвало абсолютный шок.

Лобков: А какие пункты…

Хохлов: Все пункты абсолютно неприемлемы. Я председатель совета по науке при Минобрнауки, это совет, который был сформирован три месяца назад Дмитрием Викторовичем Ливановым. Как он тогда говорил, собрал ведущих ученых, которые могут что-то сказать и чем-то улучшить организацию науки. Мы точно также были шокированы, как и все остальные. С нами никто…

Лобков: То есть правительство вас предало. Вы работали рука об руку с Ливановым, а потом Ливанов с Медведевым в один день, как спецоперацию, предлагают все эти пункты, а вы…

Хохлов: Для нас это было совершенно неожиданным.

Лобков: А вы оцениваете это как предательство? Удар в спину? Ваши человеческие чувства какие?

Хохлов: Человеческие чувства были очень простые. Мы, по-видимому, первые, кто действительно… ученые, которые включены в совет, проявили свою дееспособность. Я разослал в СМИ еще в 12 ночи в четверг наше заявление, которое подписано большинством членов совета, о том, что с нами не посоветовались, мы даже не были оповещены, что такая реформа готовится, и что нужно такие вещи проводить после детального обсуждения. В субботу и воскресенье мы сидели над анализом законопроекта, потому что он поступил в пятницу. И сегодня утром все СМИ опубликовали наше заявление. И это заявление, кстати, уже не только членов совета по науке, но и общественного совета Минобрнауки, в котором говорится о том, что это неприемлемо. Неприемлемо все, на самом деле. Неприемлема процедура. Сейчас в нашей среде это называется «блицкриг», поскольку это и по времени подходит, летом это все получилось. Это такое срочное проведение через Госдуму вызывает очень неприятные чувства.

Арно: А с чем Владимир Фортов в среду пойдет к Владимиру Путину? Он с кем-то из вас советовался?

Хохлов: Сегодня состоялось заседание президиума российской Академии Наук, я являюсь членом президиума. И на этом заседании принято заявление о том, что данный законопроект неприемлем, что он ведет к ликвидации российской Академии Наук, что нужно вернуться к детальному обсуждению. Все члены президиума высказались за реформы, за то, что нужно что-то менять в устройстве Академии Наук, но то, что предлагается, совершенно неприемлемо. Сами представьте себе: во-первых, зачем их сливать? Это приведет к организационной неразберихе еще на ближайшие три года. Потом: три Академии сольются, все член-корры произведутся в академики – это вообще беспрецедентно…

Лобков: А может, вы ревнуете просто к член-коррам? Может, просто умело натравливают член-корров на старых академиков, а вы, как говорится… и затроллило вас?

Хохлов: Ничего подобного. У нас в совете по науке я один академик, по-моему, 7 или 8 член-корреспондентов, которые, наоборот, наиболее активно противодействуют этим начинаниям. И даже не это главное. А главное, что институты выводятся, Академии Наук становится просто клубом ученых. Институты выводятся и передаются некоему органу, который уже в простонародье объявили «Академсервисом», по аналогии с «Оборонсервисом», который и будет распоряжаться институтами, назначать и снимать директоров, и вообще – заниматься деятельностью по развитию науки. Но деятельностью по развитию науки, мы отмечаем это в своем заявлении, во всем мире занимается само научное сообщество.

Лобков: Вы пока излагает содержание заявления, которое есть. Появились гипотезы, что в беенфициарах этого оказались члены-корреспонденты, в том числе, некоторые член-корры, которые на прошлых выборах в 2000 году не могли попасть в академики, это, например, Михаил Ковальчук, который не скрывает своих амбиций поруководить всей отечественной наукой. В результате он становится академиком, может быть, главой этого агентства, и через это становится президентом Академии Наук. Или лицом, которое не менее важно, чем президент. Могут ли у этой всей комбинации быть конкретные бенефициары?

Хохлов: Не знаю, я не могу  в данном случае произносить что-то, чего я не знаю, но, конечно, это законопроект написан настолько второпях и безграмотно, что возникает некое предположение, что, может, тут сыграло роль чье-то ущемленное самолюбие, но я не могу тут вдаваться в подробности. Но то, что предлагается, действительно, ни в какие ворота не лезет во всех отношениях.

Лобков: Сколько людей сейчас готовы, как академии Рубаков, выйти из состава Академии в знак протеста?

Хохлов: Нас никто не может из существующей Академии вывести, потому что она существует. Там в законе написано, что чтобы вступить в новую Академию, надо написать заявление. Сейчас по тем настроениям, которые есть в президиуме, что-то никто не собирается писать заявление в эту Академию, более того, там говорилось, что некоторые директора институтов РАН получили повестки, явиться в Минобрнауки 4 июля для разговора о будущем их институтов. Я думаю, что мало кто явится.

Лобков: А можно поподробнее?

Хохлов: Не знаю. Было объявлено, что какое-то число директоров институтов получило такое извещение: подойти в Минобрнауки для обсуждения будущего институтов. Об это сегодня было объявлено на президиуме. Я сам не являюсь директором института, поэтому я таких повесток не получал. Но многие директора говорили, что им было сказано явиться с вещами.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.