Новая пенсионная реформа ударит по среднему классу

Здесь и сейчас
9 августа 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Правительство решило притормозить темпы пенсионной реформы, хотя еще недавно в высоких кабинетах говорили о необходимости упразднить накопительную часть пенсии.

Как выяснилось, на днях состоялось совещание у помощника президента, Эльвиры Набиуллиной, которая, как раз, и курирует этот вопрос. И именно там было принято решение не спешить, и начать широкое обсуждение этих предложений, в том числе и с экспертами, которые категорически против большинства предложений чиновников Минтруда и Пенсионного фонда России.

Сегодня на круглом столе в РИА Новостях, сторонники и противники реформы поспорили публично, замглавы правления Пенсионного фонда Николай Козлов объяснил, что отчасти в проблемах виноваты и сами будущие пенсионеры.

Кроме того в Пенсионном Фонде не видят других способов повысить эффективность работы, кроме как поменять правила выплаты пенсии и рассчитывать ее по новой формуле, сейчас ПФР только констатирует накопившиеся проблемы.

Между тем, эксперты, среди которых есть и авторы нынешней солидарной системы, предупреждают о политических рисках пенсионной реформы и других подводных камнях, которые власти не спешат представить публике.

О грядущих пенсионных баталиях мы поговорили с руководителем Экономической экспертной группы Евсеем Гурвичем и президентом Центра стратегических разработок Михаилом Дмитриевым.

Казнин: Говорят, это третья реформа за последние 15 лет. Объясните, что предложено, и в чем опасность этого?

Дмитриев: Пенсия - это судьба каждого человека, это дело всей жизни. Человек начинает работать в молодости, но он уже должен понимать, что с ним будет в старости, когда он не сможет зарабатывать деньги. А мы всего лишь трижды за 10 лет меняем правила пенсионной игры. Причем то предложение, которое вносит сейчас Минтруд, - самое радиальное за всю историю российских  пенсионных реформ. Я этим занимаюсь с 1995 года и ничего подобного раньше не видел.

Монгайт: Что предлагает Минтруд?

Дмитриев: Он предлагает изменить все: ликвидировать накопительные пенсии, существующие форматы добровольный пенсионных накоплений - там без малого 6,5 млн. человек и 750 млрд. денег. Они все оказываются вне закона.

Казнин: То есть, все эти частные, негосударственные формы?

Дмитриев: Частные не должны превратиться в хозяйственное общество по замыслу разработчиков реформы, а они сейчас некоммерческие организации. Это значит, такую организацию надо закрыть, все существующие пенсионные схемы прекращают прием новых участников и действуют только для исполнения своих обязательств. Начинать добровольные накопления можно только «с нуля» по новым правилам, которых нет и в ближайшее время не появятся. Это сложнейшая задача – разработать такие  правила.

Казнин: Из чего теперь должна складываться пенсия?

Дмитриев: Пенсия, по замыслу чиновников Минтруда, по сути, должна складываться из существующей пенсии, в которой тоже все будет изменено. Потому что сейчас она формируется на основе страховых взносов, которые попадают на личный счет гражданина,  и чтобы посчитать размер пенсии, он делит количество на счете на остаток лет жизни. Это  параметры, которые известны каждому человеку. Один из них утвержден законом, а другой - это справка, которую ему присылает Пенсионный фонд. Теперь предлагается новая формула, которая состоит из коэффициентов. Ни один из этих коэффициентов не имеет прямой связи ни со статистическими показателями, ни с данными пенсионного фонда, ни с персональными данными граждан.

Монгайт: Зачем государству менять правила игры?

Дмитриев: Это хороший вопрос. Я такой вопрос задал одному из высокопоставленных чиновников, мне в ответ сказали: «Вы что нам угрожаете?». Интересы граждан здесь отсутствуют. Чиновники понятно объясняют, зачем им менять пенсионную форму, но зачем это гражданам, я это не понимаю.

Казнин:  Евсей Томович, вы согласны?

Гурвич: Я считаю, что нам нужно менять пенсионную систему, потому что хорошая пенсионная система должна быть рассчитана на срок действия 50-60 лет. Это как раз срок от начала работы человека  до завершения его жизненного пути. Последняя пенсионная реформа, которая была в 2010 году, просуществовала недолго. Прошло  два года, и мы уже вынуждены искать новый пенсионный вариант реформы. Это, отчасти, оттого, что реформа не прошла обсуждения экспертов, и в результате она решает сиюминутные задачи. Весь мир сейчас бьется над тем, как должна быть устроена пенсионная система, чтобы решить проблему старения.

Монгайт: Есть оптимальные  решения, которые есть смысл освоить и нам?

Гурвич: Есть много подходов, но, к сожалению, все они политически тяжелые. Это меры непопулярные. Например, повышение пенсионного возраста. Только что на Украине началось повышение возраста женщин, вы слышали что-нибудь о демонстрациях, протестах в Украине? Все прошло совершенно спокойно. В некоторых странах это стало постоянным процессом: по мере увеличения продолжительности жизни, повышается пенсионный возраст, что логично. Сохраняется пропорция между длительностью работы и пребыванием на пенсии.

Казнин: Люди в старости хотят получать хорошую пенсию, а с зарплатой в 30 тыс.рублей, например, это достаточно сложно.  С другой стороны, появились  те, кто зарабатывает 150 тыс.рублей, и они хотят получать на пенсии соотносимые деньги. Будет это возможно?

Дмитриев: Собственно, в этом и проблема предлагаемых реформ. Граждане у нас все разные, в каждой группе и ныне работающих, и пенсионеров, и тех, кто только вступает в трудовую жизнь, нужно предлагать решения, которые отвечают их интересам. Это возможно в пенсионной системе. Например, у нас много  граждан, которые вообще в жизни мало работали: домохозяйки, люди с не очень хорошим здоровьем, которые всегда зависели от родственников, сельчане, которые жили за счет приусадебного хозяйства. Для них принципиально выйти хотя бы на какой-то пенсионный минимум, потому что заработать взнос на более высокую пенсию они не могут. Их пенсия будет больше их доходов, которые они получали на протяжении трудовой жизни. А есть, как вы сказали, люди, доходы которых на уровне среднего, а то и 2-3 раза выше среднего. Такие получают пенсию в размере 10-12 % их заработной платы. Только накопительная система для людей с зарплатой выше среднего дает до 12 % их заработка, не считая распределительный компонент. Правительство хочет это убрать то, что нанесет удар по интересам среднего класса.

Казнин: Наверное, из-за молчунов, в том числе, проваливается реформа? Люди не несут деньги ни в государственный фонд, ни в любой другой?

Дмитриев: Это неправда. 3-4 года назад, возможно, мы и могли об этом говорить, но за последние 4 года число людей, которые перенесли свои накопления в негосударственный пенсионные фонды, выросло в 10 раз. Сейчас их почти 15 млн. Это очень серьезная цифра, примерно треть всех работающих на крупных предприятиях.

Монгайт: Что будет дальше? Какие у нас перспективы?

Гурвич: У нас очень мало времени осталось, потому что осенью правительство должно принять решение. А с 1 января 2014 года уже должна заработать новая система, то есть обсуждение с экспертами должно было начаться еще полгода назад. Но тогда были выборы, не время обсуждать острые и непопулярные вопросы, как пенсионная реформа. Основа для альтернативных вариантов есть, например, в рамках разработки стратегии

«20-20» были подготовлены предложения по пенсионной реформе, которые заслуживают обсуждения. Но пока они отложены в сторону.

Казнин: Получится как всегда: примут решения, а потом будут пытаться что-то исправить?

Дмитриев: У нас не было пенсионной реформы, которая все меняла бы в принципе, но при этом решение принималось бы без широкого публичного обсуждения, всего за три месяца. Все другие пенсионные реформы  готовились по 1,5-2 года с достаточно широким публичным обсуждением.

Казнин: К чему это приведет?

Дмитриев: Реально - мы получим пенсионную систему, которая по уровню своего развития скатится на первую половину 1990-х годов. В ней не будет ни добровольного, ни обязательного накопительного элемента, и останется уравнительная формула, которая приближает большинство пенсий к прожиточному минимуму пенсионера. Более того, это будет не очень прозрачная формула, поэтому никто заранее не скажет, какую пенсию он получит по этой формуле.

Монгайт: То есть, не зависимо от заработка?

Дмитриев: Она отрывается от реальных заработков и взносов, там появляются некие мнимые величины, смысл которых будут трактовать чиновники Пенсионного фонда. Если посмотреть на те варианты формул, которые предлагались, то в них нет реальных экономических социальных параметров, указывающих на положение человека.

Гурвич: Все предложения, которые сейчас подготовлены, против тенденций пенсионных реформ, и результат в том, что пройдет еще два года, и мы вернемся в ту же самую точку, и будем здесь сидеть и обсуждать новую формулу пенсионного фонда.

Монгайт: То есть, наша старость не будет счастливой?

Дмитриев: Если само общество не включится  в диалог. Потому что на основе диалога можно подготовить предложения по пенсионной системе. Год назад мы в диалоге их разработали с профсоюзами, работодателями, они были одобрены бюро РСПП. Голосовали консенсусом. Там не было даже голосования, по сути, пока они  договаривались, мы не принимали решения. Обо всем этом правительство не хочет знать. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.