Комментатор Владимир Гендлин: Поветкин проиграл, потому что его сделали символом страны и оказывали беспрецедентное давление

Здесь и сейчас
6 октября 2013
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Павел Лобков
Теги:
спорт, Бокс

Комментарии

Скрыть
Украинский супертяжеловес Владимир Кличко накануне в «Олимпийском» одержал победу по очкам над россиянином Александром Поветкиным. В студии ДОЖДЯ – легендарный спортивный комментатор, эксперт в области бокса Владимир Гендлин.

Лобков: Антураж ваш впечатлил? Кобзон на ринге, золотые трусы, с другой стороны — певица Джамала исполняет гимн Украины. Была какая-то эстетическая разница между ними?

Гендлин: Я не заметил никакой эстетической разницы. Я всегда был против излишней помпы перед матчем, потому что попытка размахивать национальными флагами перед боем между двумя парнями, которые представляют только самих себя и больше никого – это излишество. Мне кажется, педалирование символики, пафоса всегда потом отыгрывается очень плохо. Саша проиграл этот бой, и все знатоки сейчас начинают объяснять, что произошло. Если бы их это уязвило…

Лобков: Россия против Украины — эпический поединок. Если бы это был матч между двумя обычными боксерами, никого бы не волновало, какой они национальности и какие непростые отношения сейчас между нашими странами.

Гендлин: Абсолютно. Я только сейчас распрощался с братьями Кличко. У них в мыслях не было того, что это противостояние Украины и России. Они настолько далеки от этого всего, что их история немножко шокировала. Эти ребята родились в Советском Союзе. Они не делят Россию и Украину. У них не было такого ощущения. Когда давят именно на эту стезю…

Лобков: Могло сказаться то, что завышенные ожидания Поветкина его нервировали, что он представляет страну, и этим частично объясняется поражение?

Гендлин: Я убежден, что это так и было. То, что делал Саша в ринге, было вызвано чрезвычайным психологическим давлением. От него требовалось невозможное. Для человека выдержать это давление, стресс и не делать ошибок во время боя очень сложно.

Лобков: Николай Валуев упрекает Кличко в том, что он делал запрещенные приемы и что рефери подсуживал. Вы согласны?

Гендлин: Конечно, нет, потому что нарушений там было достаточно с обеих сторон. Конечно, больше было со стороны Кличко, но для танго нужно два танцора. Если один человек позволяет с собой так обращаться, лезет головой под мышку и дает возможность давить, толкать, почему этим не воспользоваться? Нарушений правил как таковых практически не было. Мы сегодня обсуждали с Виталием Кличко, что то очко, которое было снято с Владимира, — это была попытка рефери оправдаться перед публикой, потому что раньше пару раз он обязан был сделать это. Но все это никак не повлияло на результат. Бокс был не очень красивый, далеко от того, что мы ожидали. Но он шел по сценарию Кличко. Бокс многим не понравился по своему качеству.

Лобков: Как бы вы этот сценарий охарактеризовали?

Гендлин: Это было выработанная тактика — примитивная, но очень действенная. Нужно было — зная, что Поветкин ниже ростом, будет стремиться к сближению, — нужно было его связать, утомить, заставить потаскать эти 109 килограмм по рингу несколько раундов, потом уйти на дистанцию и раздолбать его со страшной силой. В 7-ом раунде это у Кличко почти получилось — 3 нокдауна в раунде было, Саше крепко досталось. Почему он не развил успех, я ему сам задал вопрос. Он ничего не мог мне ответить. Чего только не пишут. Говорят, что Кличко приплатили, чтобы он не использовал правую руку в этом бою. Такой бред иногда можно прочитать. Кличко не мог мне объяснить, почему он отпустил, почему он полюбовался на свою работу и пошел гулять опять. Вопрос в другом: было много разговоров, как выиграть у Кличко.

Лобков: У него было три поражения в карьере, а у Поветкина вроде ни одного.

Гендлин: Надо вспомнить, кто с кем встречался за свою карьеру. У Володи были серьезные противники. Ему крепко доставалось от некоторых. Мы помним бой с Кори Сандерсом, с Леймоном Брюстером. Бои с тяжелыми противниками человека закаляют, приносят ему нужный опыт.

Лобков: А у Поветкина были слабые соперники?

Гендлин: В основном да. Я думаю, что проблема была не в том, что Саша не хотел встречаться с сильными соперниками, а в том, что промоутерская компания вела его осторожно. Точно так же вели и братьев Кличко в свое время: оберегали их, поставляли им посредственных противников.

Лобков: Чтобы сделать боксера-национального символа?

Гендлин: Профессиональный бокс — это антреприза, точно такая же, как в шоу-бизнесе. Человек хочет на этом заработать: он вкладывает деньги в раскрутку бойца, создает шоу. Если он ведет звезду, он хочет его в этом качестве как можно дольше сохранить, оберегает. Но в спортивном плане боец деградирует, пока ему не начинают попадаться действительно серьезные препятствия. Братья Кличко вовремя спохватились. Они уехали в Америку, и там все было.

Лобков: Новый тренер Зимин очень многообещающий у Поветкина. Говорили, что благодаря ему он мог воскреснуть в новом качестве.

Гендлин: Я думаю, что Зимин – один из лучших тренеров профессионального бокса в России, потому что он создал двух классных профессионалов — чемпионов мира Арбачакова и Назарова. Но нельзя за короткий срок для человека уже созревшего выстроить новую концепцию подготовки.

Лобков: Не кажется ли вам, что спорт стал некой частью государства — это и спортсменов немного деморализует из-за слишком большой ответственности. Спорт превращается в государственную религию, и это и спорту нехорошо, и государству не очень.

Гендлин: Это же не только сейчас возникло. В советские времена спорт стал вопросом государственного престижа. Именно это подвигло Международный олимпийский комитет, который превратил олимпийское движение в коммерческое предприятие. С одной стороны, коммерция, с другой — государственный престиж. Победа любой ценой. Кеннеди еще говорил, что олимпийские медали – это престиж страны. Приравняли занятие для здоровья к космическим достижениям. Естественно, у некоторых спортсменов возникает несколько преувеличенное представление о своей роли в обществе. А когда этот человек терпит поражение, это трагедия не только для него, но и для всех болельщиков, которых убедили в том…

Лобков: Вспомним ситуацию с Аршавиным на прошлогоднем чемпионате Европы по футболу.

Гендлин: Это уже говорит о человеке прежде всего. Я знаю много достойных ребят в спорте, которые никогда бы не позволили себе такие слова.

Лобков: Что бы вы сейчас пожелали Александру Поветкину?

Гендлин: Ему нужно просто понять одну вещь: трагедии, драмы какой-то фантастической не произошло. Не было ни одного великого боксера в истории, который бы не проигрывал. Если он собирается строить свою карьеру дальше, нужно пережить это все, внимательно разобраться, почему все так было. С одной стороны, причина — колоссальное психологическое давление, которое он не выдержал, он уже слишком вкладывался, рвал и метал, а с другой стороны была элементарная тактическая ошибка, которую многие совершают в боях против Кличко — неумение подойти к этому огромному верзиле с огромными руками. Многие считают, что это вообще невозможно. Был один товарищ, который доказал, что эти большие ребята элементарно падают. Звали его Майкл Джеральд Тайсон. Сколько он таких гигантов перевернул за свою карьеру, это любители знают. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.