Марат Хуснуллин: «Мы решили не сносить «Лужники», опасаясь народных волнений»

Hard Day's Night
4 сентября 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Исполняющий обязанности заместителя мэра Москвы Марат Хуснуллин о проекте сноса Лужников и исторической ценности стадиона. 
 Белоголовцев: Хотел продолжить про «Аркс», но отойти от дорог. Появлялась информация, что именно эта компания будет заниматься проектом реконструкции «Лужников». Правда ли это? И если неправда, что же будет с «Лужниками»? Потому что об этом вообще ничего неизвестно.

Хуснуллин: Чтобы развеять все домыслы и слухи, я вам официально рассказываю, что происходит с «Лужниками». Когда мы подписывали заявочную книгу, это было 5 лет назад, никто внимательно, наверное, не смотрел техническое задание, и все подписали, что стадион должен быть 89 тыс. мест, там, где «Лужники». Все радостные, 89 тыс. мест.

Белоголовцев: Как не знали? Об этом все знали.

Хуснуллин: Нет-нет, что это именно там, где «Лужники». Когда мы подошли к конкретному проектированию и стали смотреть, мы поняли, что 89 тыс. мест в сегодняшние 78 тыс. существующих «Лужниках» не уместится. Тогда встанет вопрос сноса «Лужников». Я говорю честно, как строитель, не знаю, у кого могла подняться рука, подписать постановление о сносе «Лужников». Во-первых, это архитектурный, строительный шедевр… 

 Душкина: Просто аплодисменты. А надо было ломать. Мы вспоминали имена архитекторов, бывшего главного архитектора.

Хуснуллин: Вы считаете, что ломать надо было?

Душкина: Нет, конечно, как я могу?

Хуснуллин: А то вы меня испугали.

Душкина: Я аплодирую вам, вашей фразе.

Хуснуллин: На самом деле я пришел к мэру и сказал: «Сергей Семенович, я вам как профессионал заявляю, что 89 тыс. вместить в «Лужниках» невозможно». Он говорит: «Что делать?» Я говорю: либо сносить его, либо менять требования ФИФА. Сергей Семенович очень активно в эту работу включился. Он обратился к Блаттеру, он поднял министра, пошел к президенту и сказал, что мы не можем допустить сноса «Лужников». А ФИФА – очень жесткая, мирового уровня бизнесовая структура. Они говорят: «Ребята, вами подписано, вы выиграли конкурс, у нас желающих еще две страны стоят. Не хотите? До свидания». После этого мы подготовили техническое задание на то, как можно в пределах существующих «Лужников» уместить, сохранив основное требование ФИФА, кроме…

Дзядко: Вместить еще 11 тыс. мест?

Хуснуллин: Как можно в существующие стены, сколько можно создать мест. Мы посчитали, получилось, что мы можем создать 81 тыс. мест. Это максимум, что можно было выжать.

Натанзон: 8 тыс. все равно не хватает.

Хуснуллин: В это время на наше счастье происходила подготовка чемпионата мира в Бразилии. Я полетел в Бразилию. А там тоже старый стадион, который нужно было переделать. Я приехал на встречу после обращения мэра к Блаттеру, нас там приняли, и на наше счастье или несчастье, там были серьезные волнения в связи с чемпионатом мира, с тем, что подорожало движение общественного транспорта. Это было все очень серьезным аргументом. Мы говорим: у нас тут книга подписана, мы, конечно, раз подписались, можем построить 89 тыс., но вы можете получить такое же недовольство, как в Рио-де-Жанейро. Вам это нужно?

Белоголовцев: А вы правда верите, что из-за реконструкции «Лужников» могли начаться волнения?

Хуснуллин: Я хочу сказать…

Белоголовцев: Мне интересно, вы  в это верите или это просто дипломатическая уловка?

Хуснуллин: Конечно, волнений бы не было. Но недовольство населения было бы много. Когда мы сели, подсчитали, с проектами показали, что готовы с 81 тыс. соблюсти все их требования, кроме 89 тыс., надо отдать им должное, они сказали: «Окей, дайте нам проект, мы его посмотрим, мы, в принципе, согласны». Они две недели назад прислали нам письмо, сказали, что согласны на 81 тыс., но хотят увидеть проект. Мы за один месяц закончим уже окончательную стадию проекта. Поэтому мы считаем, что мы эту победу практически получили, нас поддержало и министерство спорта… все поддержали. «Лужники» сохраним.

Белоголовцев:  Ключевой вопрос – кто будет заниматься «Лужниками», и когда там что-то начнется?

Хуснуллин: Все разговоры о том, что кто-то там из подрядчиков на сегодняшний день не определен, это болтовня. Мы до конца года сделаем стадию «П», поймем стоимость этого проекта, после этого объявим конкурс. По условиям конкурса…

Натанзон: Почему тогда уже сейчас на сайте компании «Аркс» висит на титульной странице «стадион «Лужники»…

Желнов: Елена Батурина рассказывала нам полгода назад об этом.

Хуснуллин: Все компании любят пиариться. У компании «Аркс» хорошая группа, которая занимается монолитным железобетоном.

Натанзон: Видимо, еще хорошая группа, которая занимается получением подряда.

Хуснуллин: Я совершенно точно говорю, что будет конкурс, что в конкурсе будет участвовать не менее 5-ти компаний, потому что все уже крупняки, они приходили, спрашивали, когда мы выдадим стадию «П» для обсуждения, чтобы они начали считать. Мы, безусловно, пропишем жесточайшие условия – это опыт работы. Я как человек, который много занимался строительством объектов, я занимался всеми объектами Универсиады в Казани, я построил за свою жизнь как госзаказчик более 300 спортивных объектов, могу сказать, что построить «Лужники» за оставшиеся три года может сильная профессиональная компания. Из кого мы выберем, к концу года будет понятно.

Желнов: Правильно мы поняли, что «Аркс» поспешили поставить «Лужники» в портфель своих проектов?

Хуснуллин: Конечно, поспешили. Я официально заявляю, что никаких у них оснований для этого не было.

Белоголовцев: Последний уточняющий вопрос. А как же так получается, что стадион сначала закрывается, потом по нему принимаются какие-то решения, и еще неизвестно, когда там начнутся какие-то работы. Стадион сейчас закрыт.

Хуснуллин: Стадион не закрыт.

Белоголовцев: Там не проводятся спортивные мероприятия, он официально был закрыт. Там ничего не происходит.

Хуснуллин: А как вы представляете? Там только закончился чемпионат мира. Мы начали заниматься разборкой сидений, подготавливать стадию «П», технические моменты. Вы понимаете, что только чтобы «Лужники» в усеченном варианте разобрать, нужно 6 месяцев.

Белоголовцев: Физически кто там находится сейчас, какая компания? Может быть, как раз это «Аркс».

Хуснуллин: Сейчас находится департамент строительства города Москвы.

Натанзон: У вас же нет в штате разборщиков трибун, вы кого-то нанимаете.

Хуснуллин: Коллеги, я вам просто удивляюсь. Почему у вас такое мнение, что в правительстве все дураки? Мы специальное казенное предприятие под это создали. На время управления проектом, как делается во всем мире. Я вам хочу сказать, что очень внимательно посмотрел Рио-де-Жанейро, я слетал в Киев, посмотрел, я прекрасно знаю, как строился стадион в Казани, я сам его начинал строить. Я все эти проекты знаю, поэтому мы создали специальное казенное предприятие, выделили финансирование на подготовку территории, разборку сидений, вынос мебели, ту работу, которую нужно делать. Они пока это несколько месяцев делают, мы подготовим стадию проекта.

Душкина: Мы заговорили про стадионы. Во-первых, стартовая точка защиты стадиона в  «Лужниках» было заявление представителя официальной власти. Господин Мутко сообщил, что мы сносить стадион «Динамо» будем.

Хуснуллин: «Динамо» или «Лужники»?

Душкина: «Лужники», прошу прощения. И после этого началась кампания в защиту «Лужников». Но это было заявление вполне официальное министра спорта. Я не зря оговорилась. У меня вопрос по «Динамо», который является в отличие от «Лужников» официальным памятником регионального значения. Там должен был проходить чемпионат мира, хотя был сделан проект, который испытывал большую критику, и конечно, это жертва непродуманной политики, стратегии в отношении и проведения чемпионата мира в историческом сооружении, и в этой точке Ленинградского проспекта, где клубок неразрешимых транспортных противоречий. Как вы объясните, что произошло с «Динамо», что его, несмотря на статус памятника, на две трети полностью снесли, подложив массу документов и манипуляций. Это постыдная история для Москвы, мне кажется.

Хуснуллин: Во-первых, я не знаю, что делался какой-то подлог документов. Это не совсем моя тема, это историческое наследие.

Душкина: Как вы к этому относитесь?

Хуснуллин: Я считаю так, что мы уменьшаем объем строительства «Динамо» - это большой плюс.

Душкина: Но сносили-то для того, чтобы увеличить вместимость.

Хуснуллин: Увеличить, но не настолько, насколько планировали вначале.

Душкина:  Он будет меньше. Вместимость будет меньше, чем вмещал «Динамо» исторически.

Хуснуллин: Насколько я знаю, все барельефы, которые, как мне докладывал подрядчик, когда я там был, что они сохранили и складировали, они их восстановят. В-третьих, насколько я знаю, они часть трибуны, то, что нельзя на сегодняшний день восстановить, по-моему, оставили в том виде, в котором это есть. Я не сам этим проектом занимаюсь, «Лужниками» занимался сам, детали знаю, а про «Динамо» не всех деталей знаю.

Натанзон: А зачем тогда было разбирать?

Белоголовцев: Не разбирать. Сносить.

Хуснуллин: Он не соответствовал требованиям, никаким требованиям не соответствовал.

Белоголовцев: Требованиям чего, простите? Это был приличный стадион.

Хуснуллин: Требованиям ФИФА для проведения международных…

Белоголовцев: Так там не будет чемпионата мира. Стадион снесли, но чемпионат мира проводиться на нем не будет.

Хуснуллин: Во-первых, у меня есть ощущение, что там все-таки будут проходить игры чемпионата мира.

Белоголовцев: Нет. У вас сейчас либо супер-инсайд от Блаттера, либо это не так.

Хуснуллин: Это раз. Во-вторых, даже если не будет проводиться чемпионат мира, это не значит, что в Москве после того, как мы готовились к чемпионату мира… Имея такую футбольную базу, Москва будет городом, где будут постоянно проводиться международные соревнования ФИФА, УЕФА, различные кубки, потому что у нас достаточно много сильных команд, и стадионы востребованы.

Белоголовцев: Если вы говорите, что на «Динамо», может быть, будут играть чемпионат мира, это значит, в Москве будет три стадиона или со стадионом «Спартак» что-то пошло не так?

Хуснуллин:  Стадион «Спартак» точно будет, у меня сомнений никаких нет, я много раз был на стройке, я понимаю, что там происходит. Он будет в 2014 году. Стадион «Лужники» будет вне всякого сомнения. Если у нас появится еще один стадион, я считаю, что нам нужно иметь еще один стадион, соответствующий международным требованиям. Я этот вопрос обсуждал с ВТБ, если уж они взялись реконструировать его, пусть доводят до международных стандартов, чтобы его всегда можно было использовать.

Белоголовцев: По последнему проекту стадиона «Динамо», который презентовала группа ВТБ, вместимость значительно меньше той, которая необходима для проведения этапа матча чемпионата мира. Либо надо менять проект, либо там все-таки нельзя играть.

Душкина: Меньше исторической вместимости «Динамо».

Хуснуллин: Коллеги, прочитайте внимательно заявочную книгу ФИФА. Там все прописано. Вместимость стадиона зависит от уровня проводимой игры.

Белоголовцев: Минимум 40 тыс. человек. По последнему проекту на «Динамо» - 25 тыс.

Хуснуллин: 40 тыс. – для проведения игр четвертьфинала, полуфинала.

Белоголовцев: Любой игры групповой стадии. Поэтому не проводят на «Локомотиве».

Хуснуллин: На сегодня по УЕФА, кстати, менее жесткие требования. Думаю, что «Динамо» в техпрограмме реконструкции и изменении проекта будут подводить под международные стандарты. Это мое личное мнение.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.