Максим Галкин: «Мечтаю о встрече в верхах — я, Зеленский и Мартиросян от Армении»

Артист о юбилее Пугачевой в «Гоголь-центре», отсутствии страха перед конкурентами и собственных табу в юморе
19 марта, 23:18 Антон Желнов
71 794

В новом выпуске Hard Day's Night — артист Максим Галкин. Он рассказал о своем отношении к закону о фейковых новостях, к фильму «Покидая Неверленд» и к проблеме клеветы в адрес известных людей, о том, почему не ездил в Чечню выступать для Рамзана Кадырова, а также объяснил, почему современным ютуберам не стоит желать смерти телевидению.

Желнов: Добрый вечер. Меня зовут Антон Желнов. Hard Day's Night на Дожде, как обычно, по вторникам. Приветствуем вас, зрителей Дождя, и нашего сегодняшнего гостя, надо сказать, долгожданного, Максим Галкин, артист и телеведущий. Максим, добрый вечер.

Галкин: Добрый вечер.

Желнов: Максим, сегодня, вчера, точнее, был президентом Владимиром Путиным (мы с повестки, а потом о личном) был подписан закон о фейковых новостях, об оскорблении, я процитирую, чтобы не запутаться в этих формулировках, «человеческого достоинства, общественную нравственность и государства». То есть оскорбленных теперь все больше, то были религиозные чувства, теперь еще нельзя и государство трогать, и нравственность чью-то, не дай бог, заденешь. Вот как в этой связи быть юмору, даже сатире, я так бы сказал, поскольку сатира, понятно, должна высмеивать, реагировать, иногда, наверное, оскорблять кого-то, может быть, мы это видим на примере некоторых стендаперов модных. Что делать в этой связи, когда вот со всех сторон ограничения?

Галкин: Ждать приговоров, что. Я думаю, что этот закон изначально придуман не для юмористов, но так как у нас любой закон, придуманный для кого-то, может быть с успехом расширен на все сферы деятельности и всех людей, любых профессий, то… У нас от любого можно закона чего угодно ожидать, поэтому на моей деятельности это никак не отразится. Я как раньше о чем-то думал, когда говорил, о чем-то не думал, когда говорил, так и буду делать. А уж, до первого прецедента.

Желнов: Но вот если твоя пародия на какого-то политического лидера вдруг оскорбит его, а через него государство целое? Вот нельзя же государство теперь оскорблять.

Галкин: Это будет суперхайп. Мне кажется, каждый пародист мечтает о таком. Представляешь?

Болецкая: Так может прямо сейчас начнем?

Галкин: Нет, прямо сейчас сложно будет.

Жегулев: В том числе, вышел закон о фейковых новостях, знаете, да. Вот недавно, собственно говоря, мы с этим в какой-то степени, вы с этим, столкнулись, была новость про вас, довольно серьезная. Мы все думали, что это фейк. По данным следствия, четверо жителей Республики Дагестан планировали устроить взрыв на выступлении Филиппа Киркорова.

Желнов: В Махачкале, на концерте, да.

Жегулев: В следственном управлении МВД рассказали, что эти четверо присягнули Исламскому государству, запрещенному, (Верховный суд России признал организацию «Исламское государство» террористической, ее деятельность на территории России запрещена), а один из них назвал вас в числе заказчиков покушения на Киркорова. Конечно, вы посмеялись, вы ответили как бы, да. Все это прорефлектировали именно так, но это на самом деле свидетельское показание, которое дается, в том числе, под присягой. И когда вы про это услышали, когда вы про это узнали, как вы отреагировали?

Галкин: Посмеялся я чуть позже. Во-первых, я про этих людей знал, ну если не сразу после концерта Филиппа в Махачкале, полтора года назад, то через какое-то время, когда их задержали. То есть мы с Филиппом, я это очень хорошо помню, это обсуждали, тогда никому не хотелось распространять эту историю. Поэтому никаких сомнений, что у этих ребят были серьезные намерения, у меня не было, когда появилась вот эта новость.

Жегулев: И про показания вы знали, до новости?

Галкин: Нет, показания появились там же как, их арестовали, какое-то было предварительное заключение, которое достаточно долго длилось. Им сформулировали обвинение в начале марта, и как только им сформулировали обвинения, у них родилась вот такая версия. Понимаете, это не совсем фейковая новость.

Жегулев: В том-то все и дело.

Галкин: Это какая-то, какой-то странный симбиоз, с одной стороны это касается очень серьезных вещей, тут сильно не похохмишь, с другой стороны, в отношении той части, что я оплатил, и что это покушение было на Филиппа, конечно, это очень весело. И это приобрело какие-то фантасмагорические масштабы, потому что затронуло такое количество СМИ, я даже не ожидал. Я вообще не хотел на это никак реагировать, но когда все это вышло в топы новостных порталов, я, естественно, должен был как-то добавить…

Желнов: Вообще-то вас обвинили в заказном преступлении, это…

Жегулев: Это серьезно. Вы испугались вообще?

Галкин: Чего? Нет, я ничего не испугался вообще.

Жегулев: Это обвинение и свидетельские показания.

Галкин: Да нет, ну чего испугался. Просто очень были смешные реакции, мне позвонил Винокур и говорит: «Макс, я тебя умоляю, если ты меня будешь, ну чуть дороже, ну унизительно, конечно». Потом мы с ним говорили: «Ну как, ну такое не придумаешь, я вообще не помню за всю свою жизнь, чтобы такую *** новость подхватили серьезные издания, с такой охотой. Конечно, ты опять маятник качнул, снова у тебя будут полные залы. Надо мне что-то с Левой придумать».

Но больше всего мне понравилось, я заходил в аэропорт, буквально летел на концерт, заходил в аэропорт, там досмотр багажа. И какой-то кавказец передо мной прошел, лет 35 ему, и его что-то «стопорнули», типа что-то с багажом, и он ждет детального досмотра. Видит меня и улыбается: «Э, это вы?». Я говорю: «Да. Что я?». «Это вы на Киркорова покушались?». Я говорю: «Да». — «Поздравляю!». Вот эта мне реакция, «Поздравляю». Поэтому это действительно повод для шуток. То есть изначальная новость, что кто-то вообще пытался такое сделать, это не повод, а здесь…

Арно: То есть все равно на данный момент имя фигурирует пока в деле ваше?

Галкин: Да нет, меня никто же не вызвал.

Желнов: Просто решили не вызывать, потому что, как следствие считает, обвиняемые, подозреваемые затягивают процесс.

Арно: Вводят в заблуждение.

Галкин: Ну да, я их понимаю. То есть я их не понимаю в их изначальных действиях…

Желнов: То есть вам следователи не звонили даже на предмет сообщения этой новости вам первому?

Галкин: Нет. Вообще я это все из… И они бы не позвонили, это все утечка какая-то, вы же видели, ходил по телеграм-каналам этот документ, кто-то слил этот документ, так бы никто и не узнал, что это фигурировало в деле. Откуда это узнали-то? Откуда?

Желнов: А вы с Филиппом когда об этом покушении узнали?

Галкин: Я сразу ему, во-первых, Филипп об этом покушении узнал от меня.

Желнов: Готовности покушения.

Галкин: Не важно, что уж теперь. Я ему позвонил, говорю, ты вообще новости видел? «Нет, а что?». И я ему это все пересказываю. «Твою мать, почему так дешево?». Он реально был очень расстроен.

Милова: Нет, а именно о том, что пытались совершить теракт на концерте?

Галкин: За здоровье Филиппа!

Милова: Всегда! Сразу ли он был в курсе?

Галкин: Нет, ну чего это обсуждать, это грустно. Нет, он сразу не был.

Арно: Давайте к серьезным вещам тогда перейдем. Фильм Neverland, его должны были показать в эфире Первого канала, потом сняли с эфира. Тем не менее, он есть на сайте. Успели ли вы посмотреть?

Галкин: Даже не хочу смотреть.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю