На какие еще сборы хватит фантазии государству

Экономист Олег Шибанов ответил на вопросы зрителей
30 марта 2016 Лев Пархоменко
33 892 3

Гостем программы «Деньги. Прямая линия» был экономист, профессор Российской экономической школы Олег Шибанов. Обсудили, надолго ли укрепился рубль, когда подешевеют кредиты, что для граждан оказалось самым болезненным в текущем кризисе, и насколько еще вырастут цены.

Я задам первый вопрос. Звучит он так. 67.94 рубля дают сейчас за доллар на Московской бирже, в общем, эта цифра выглядит несколько неожиданно. Помнится, еще в начале года многие говорили, что ниже 70 мы уже не увидим никогда, надо забыть об этом. Когда курс был ближе к 85 рублям, казалось, что 70 ― несбыточная мечта. А вот же, почти до 67 сегодня доходили, видимо, это еще не предел при том, что и нефть прекратила свое победное шествие. Как бы вы оценили сегодняшнюю ситуацию?

Здесь два основных эффекта. Если мы будем сравнивать с началом года, здесь действительно нефть, несмотря на то, что прекратила шествие, дошла до 40 и где-то там колеблется. Это все-таки больше, чем в начале года. это немножко меняет ожидания на будущее. Понятно, что когда нефть стоит 30, ожидания относительно будущего в районе 35, наверно, и вы думаете о том, что рубль должен значительно подешеветь. Когда вы видите 40, вы уже начинаете думать про 35-45, какой-то другой коридор. Это влияет на ожидания.

Второе ― то, что происходит с ликвидностью. Вы смотрите на рублевую ликвидность, там довольно интересные изменения. Минфин начинает приносить деньги, которые он получает за трату Резервного фонда, с другой стороны, Центральный Банк довольно сокращает то, что он предоставляет в качестве ликвидности коммерческим банкам. Естественно, если рублей становится в системе то немножко больше, то меньше, но все-таки незначительно больше по сравнению с началом года, то рубль не должен так сильно падать. Я напоминаю, что сейчас баррель Brent стоит где-то 2800, если мы считаем в рублях, а на минимуме был 2500. В принципе, это не то чтобы какая-то очень большая цифра. В середине прошлого года было и 3500.

Васек Беляев продолжает мой вопрос, и у него он довольно конкретный. Я думаю, что это частая ситуация сегодня. «Имеются накопления в долларах. Необходимо решить вопрос покупки квартиры в Москве с участием ипотеки. В связи с этим вопрос, как прогнозируются изменения курса рубля к доллару? Когда, по вашему мнению, желательно совершить сделку по покупке квартиры?».

Я бы обобщил этот вопрос. Что делать тем, кто имеет накопления в долларах, подсобрал их за последнее время? Не будем гадать, по какому курсу, надеюсь, не по 85. Нужно ли им задуматься о том, продолжать ли это, или спокойно сидеть и ждать своего момента, не думать о том, что происходит сию секунду?

Мне  кажется, что если люди заходят в ипотеку, берут какой-то кредит, надеюсь, рублевый, а не валютный, то мне кажется (опять же, может быть, это и не реализуется), что дно падения недвижимости вроде бы пока еще не достигнуто. Кажется, что в ближайшие 6-12 месяцев, если мы про московскую недвижимость, она будет падать еще.

В регионах ситуация немножко более трудная. Там в принципе достаточно большие проблемы со многими вещами, в том числе с занятостью. Там надо сильно думать, брать ли этот кредит. А если мы говорим про Москву, на мой взгляд, пока входить в это не стоит. Плюс надо посмотреть, что будет с субсидированием ставок.

Еще это не решили?

Там немножко расплывчато. Объем этого субсидирования пока вопросительный.

Оплата государством части процентов по ипотеке.

Совершенно верно. Может быть, в какой-то момент государство захочет еще больше поддержать не столь хорошо себя чувствующий рынок недвижимости. У нас стали и строить, и продавать меньше.

А возможности для этого есть?

Там не очень большие суммы. Где-то 50 миллиардов рублей. Это все-таки не те деньги, которые они не могут перераспределить. Кроме того, все прекрасно понимают, что это большая поддержка российской экономики. Здесь мультипликаторы, вся эта смешанная ерунда очень помогает. Поэтому я думаю, что ее продлят и даже, может быть, будут расширять. Поэтому, на мой взгляд, надо немножко подождать.

А вот на счет того, надо ли менять доллары на рубли в этой ситуации… Знаете, на первичный взнос ― возможно. А так, чтобы все снимать… Мне кажется, что если это субсидированный кредит, лучше взять как можно больше в рублях и дальше спокойно расплачиваться, не тратя все свои доллары. Мне кажется, что лучше иметь подушку безопасности.

В последнее время мы видели очень размашистые прогнозы, от 60 до 85 на конец года. Кажется, мнения экспертов совсем разошлись в этом смысле. К чему ближе вы лежите? Даже не к конкретной цифре. То, что мы видели, это были некие пики, и так сложилась конъюнктура или то, что было в начале года, было больше похоже на правду?

Здесь можно ориентироваться на разные вещи. Я напомню, что произошло в прошлом году, когда спрашивали аналитиков зарубежных банков, что будет к концу 2015 года. там была вилка 48-85. Вы прекрасно понимаете, что по такой вилке играть невозможно. Причем все они считают себя правыми!

В этой ситуации, мне кажется, стоит ориентироваться на прогнозы кого-то достаточно адекватного, скажем, Минфина, который считает, что средняя цена нефти в этом году где-то 40. Соответственно, если к концу года мы думаем про 40, это будет примерно тот же доллар и рубль, что и сейчас. Мне кажется, что ориентироваться на цифру около 70 вполне разумно.

Хорошо, тогда перейдем к сегодняшним заявлениям Алексея Улюкаева. Министр экономического развития проводил сегодня прием граждан, довольно странное мероприятие, оно проходит раз в год. Аж четыре соотечественника пришли к Алексею Улюкаеву! Каждый со своим конкретным вопросом. Отдельный вопрос ― как устроен этот механизм. Например, обсуждался вопрос прав на землю в Крыму, реставрации усадьбы.

А сегодня мы прошли по улицам Москвы и спросили у москвичей и гостей столицы, что волнует их на самом деле, что самое болезненное в кризисе, что бы они спросили у Алексея Улюкаева. Вот какие ответы они нам сегодня дали.

― Кошелек чувствует.

― В стране он действительно есть. Идет реальное падение доходов.

― Все подорожало, в магазинах вообще. Раньше на эту тысячу что-то можно было принести, а сейчас ничего.

― По барам ходить болезненно. Действительно ощутился.

― Сигарет с утра нет, тоже болезненно.

― Можно было куда-то чаще сходить, наверно. Сейчас меньше.

― У меня просто личные обстоятельства изменились, поэтому я сейчас не очень чувствую экономический кризис. Работу найти сложнее.

― Не найти работу. Четыре месяца уже не могу найти работу.

― Я просто оставил жену без подарка на 8 марта, подарил ей цветы, выращенные на Белой Даче.

― Больнее всего, наверно, учеба платная и лечение, конечно, обследования.

― Пока мы не можем съездить отдохнуть.

― Я, допустим, ездила в Лондон или куда-то на море, а прошлое лето я провела в Москве.

― Больше ездим по России теперь.

― Пожалуй, я особо ни от чего не отказываюсь.

― На самом деле да, может, как-то аккуратнее, меньше откладывается.

― Главное, как говорили наши родители и деды, лишь бы не было войны.

― Сокращают везде, и в деньгах сокращают, а вы знаете, какие цены. Я вообще не представляю, куда мы идем. А потом говорят, что войны не будет! Еще как будет!

Часть этих вопросов мы еще обсудим сегодня подробнее. Я хотел спросить в целом о Минэкономразвития. Действительно, возникает вопрос к Минэкономразвития по части экономразвития, по части действий, которые предпринимает или не предпринимает это ведомство. Вы видите какой-то эффект от его работы?

Мне нужно быть чуть более аккуратным, потому что он входит в Совет директоров нашего учебного заведения. Я очень уважаю господина министра. Знаете, когда он в начале этого года уволил часть своего стратегического отдела, когда тридцать человек ушли на выход из тех, кто должен был писать стратегии, разрабатывать, что делать дальше российской экономике, меня это очень напугало. Я понял, что в ближайшее время, видимо, мы будем воевать с очень краткосрочными проблемами, а стратегиями будут заниматься какие-то другие люди, той же Стратегией 2030.

Мне кажется, что у нас многие вещи все-таки не делаются, скажем аккуратно. Наверно, многие проблемы не решаемы на уровне министерств, потому что это выходит куда-то выше. Это связано с тем, что у нас есть циклическая компонента кризиса: у нас падает нефть, а потом как-то колеблется, но есть и какие-то стратегические вопросы, которые тоже надо решать. Вроде бы в последнее время президент начал задумываться об этом как об основном источнике решения проблем и вопросов. Он начал думать о взаимодействии бизнеса и силовиков, о тех встречах, которые стали проводить на площадке РСПП и Администрации президента.

В этом смысле президент что-то делает, а Минэкономразвития, безусловно, пишет прогнозы. С ними интересно ознакомиться, каждый раз испытываешь небольшую фрустрацию: я такой пессимист, а они все-таки хорошие оптимистичные люди.

Здесь у меня лично возникает вопрос мандата на подобные действия и постановки задач ведомства. Может быть, в этом часть проблем? Так как никто не требует, не говорит, что надо от Минэкономразвития, то оно решает насущные вопросы типа земли в Крыму, ремонта усадьбы и так далее.

Действительно, меня не приглашают на совещания, я не знаю этой кухни, но если вы посмотрите, что происходит в целом, Минфин и Центральный Банк делают гораздо больше вещей. Очень многие решения, которые проталкиваются, придуманы именно ими. Если вы смотрите на прогнозы Минфина, они же написали стратегический прогноз до 2030 года. Они говорят об инерционном сценарии российской экономики, о котором вообще-то Минфин, наверно, думать не обязан. У него есть бюджет, он должен его как-то складывать из налогов и расходов. Но приходится в некотором смысле. Видимо, потому, что другие органы власти не очень делают эту работу. То ли мандата там нет, то ли достаточной политической власти для того, чтобы они могли что-то там делать. Эта кухня мне совершенно не ясна.

Если завершать этот блок, министерство должно писать стратегии или это должен быть какой-то отдельный клуб экспертов, может быть, мировых специалистов, которые пишут, а министерство дальше это выполняет?

Я не думаю, что мировые эксперты здесь сделают что-то уникальное, отличающееся от того, что могут сделать наши люди. Не потому, что мы такие гениальные, а просто потому, что сами рецепты относительно известны, что именно делать. Как их применить в российских реалиях ― уже немного другой вопрос. Как и всегда, это очень сложно.

Министерство, наверно, должно что-то писать, Минфин должен что-то писать. Потом это надо комбинировать, обсуждать с кем-то. Я думаю, что они особо не хотят обсуждать.

Хорошо, давайте тогда обсудим проблему нашего слушателя, который звонит нам в прямой эфир.

Виктория: Периодически ходят слухи и появляется информация в интернете о том, что могут вывести из наличного обращения стодолларовые купюры. Как вы оцениваете, насколько это вероятно?

Виктория, поясните, речь про нас или про весь мир?

Виктория: Про нас. Америка периодически рассматривает вопрос о том, что она может упразднить стодолларовые купюры.

Удивительные вещи вы рассказываете, если честно.

Страшные.

Ничего подобного я не слышал, вспоминается 25 лет павловской реформе, когда как раз вывели из обращения сторублевые купюры! Это буквально на этой неделе.

А если серьезно, американцам совершенно не нужны доллары, которые копятся где-то там. Есть проблема с тем, что в криминальном обороте участвует много наличных. В этом плане стодолларовые купюры ― хороший способ сберегать, обменивать на разные товары теневой экономики.

Но я подобные вещи слышал про пятисотевровые купюры, которые имеют гораздо большую ценность. Их можно таскать в маленьком чемоданчике, а не в большом, как стодолларовые. Я не думаю, что что-то будут отменять. У американского Центрального Банка нет никакой причины этим заниматься, поэтому этого не нужно бояться. А вот то, что наши могут запретить, это уже будет более интересный вопрос.

Тут уже, наверно, не ограничатся стодолларовой купюрой. Я недавно услышал про существование купюры в 1000 швейцарских франков. Совершенно в голове не укладывается.

Ничего себе! Это отличная купюра.

100 тысяч рублей одной бумажкой. Как ей за кофе заплатить?

Как раз по поводу роста цен, о котором много говорили участники нашего уличного опроса, сегодня была довольно интересная статья в «Ведомостях» со ссылкой на ВШЭ, ваших коллег, оппонентов.

Друзей.

Все вместе, одновременно. В статье идет речь о том, что инфляция снизилась ниже 8%, очень похоже, что мы попадем в прогноз Минфина и ЦБ в 6,5%. Я уже даже не могу вспомнить, когда последний раз мы попадали в официальный прогноз по инфляции.

В 2013 году. Это было не так давно. С одной стороны, это правда, инфляция существенно замедлилась. Что важно, в феврале она показывала темпы больше 10% в год. Именно март очень сильно сыграл против инфляции, что замечательно, на самом деле. Но надо понимать, что это связано с очень сильным замедлением деловой активности. Люди рассказывают, как у них снижаются доходы, они не могут покупать столько товаров, как раньше. Из-за инфляции цены поднялись, а реальные единицы товаров, которые вы можете купить, упали очень сильно.

Это в некотором смысле горе от ума, такое снижение инфляции именно из-за этих проблем в экономике. Может быть, достигнут цели, это было бы очень приятно. Но это зависит от колебаний нефти, поэтому большой вопрос.

Можно ли будет надеяться, что в связи с этим будет понижена ставка, подешевеют кредиты?

Безусловно. Я думаю, что ЦБ начнет это делать довольно скоро. Подешевеют ли кредиты, больше зависит от коммерческих банков, но ключевая ставка будет снижена через заседание, если не на следующем. Я даже надеюсь на следующее.

Мы сегодня провели опрос на наших страничках в различных социальных сетях, спросили у людей, как они чувствуют рост цен. Надо сказать, что там получились результаты, во-первых, совершенно удивительные своим разбросом во все стороны.

Начнем с твиттера. Мы предложили участникам опроса четыре варианта ответа на вопрос «Насколько, по вашим ощущениям, выросли цены с прошлого марта?»: 8%, 12%, 20% или выше. Больше всего участников в твиттере считают, что на 8% ― это 58% человек. 5% ответили, что на 12%, 13% ― что на 20%. Что цены выросли больше, чем на 20%, считают 24% опрошенных. Две трети опрошенных в твиттере считают, что 8%, это даже меньше, чем инфляция по итогам года.

Если вы опрашивали прямо сейчас, то это очень близко к той цифре, которая реализовалась, если брать помесячную инфляцию. Меня, конечно, четверть, которая сказала, что больше 20%, удивляет. Интересные цифры.

Так ответили 36-37%.

Это означает, что у нас очень разные потребительские корзины. То, что Росстат рапортует, включает в себя очень многое: ЖКХ, автомобили, бензин. У меня корзина отличается от обычной росстатовской, я больше ем и покупаю одежду, чем пользуюсь другими вещами. В этом плане моя инфляция, конечно, выше 8%. Но 20% я бы все-таки не ответил, наверно.

При этом одновременный опрос в социальной сети «Вконтакте» дал совсем другие цифры. Здесь больше 50% говорят нам, что инфляция выше 20%, больше 30% ― что 20%. Остальные ответы дают в общей сложности 12%. То есть для пользователей «Вконтакте» цены улетели куда-то в космос.

Это, конечно, совершенно фантастика. Этого нет, но я думаю, что люди, когда вспоминают, вспоминают и январь 2015 года, и февраль. Может быть, здесь есть ощущение, что надо вспоминать весь первый квартал. А там действительно был чудовищный рост цен, именно там на предыдущий год и пришлась основная инфляция. Поэтому, в принципе, в целом было порядка 7% за первые два месяца. Если приложить к 8%, будет 15%, но это опять же скорее потребительские корзины.

Если мы говорим про статистику Росстата, кому она ближе всего? Для кого она точнее всего показывает реальную ситуацию?

Для репрезентативного покупателя. Просто такого нет! Если вы будете думать, кто такой этот репрезентативный человек, вы такого просто никогда не найдете. Мы сегодня смотрели веса этой корзины, там четверть ― это услуги, остальные проценты примерно пополам разбиты между едой и другими непродовольственными товарами. Зависит от того, как воспринимают люди. Может быть, люди во «Вконтакте» больше тратят на еду, а она в принципе в прошлом году выросла сильнее. В зависимости от той корзины, которую они покупают, могут быть разные цифры.

Но как Росстат насчитал такую корзину, я не до конца понимаю. Это, казалось бы, честные расходы нашего населения, но как получаются эти проценты? Кого ни спрошу, ни у кого таких нет.

Но при этом мы отталкиваемся от них, ориентируемся на них.

Это то, что мы видим по расходам в российской экономике. Такая потребительская корзина появляется из-за того, что мы как россияне в целом 9% с небольшим тратим на мясо. Вот эти проценты и сидят там как вес в дальнейшем подсчете инфляции. Но у меня в корзине вообще нет мяса, у меня рыба, а она дорожает сильнее, чем мясо.

Трудные вопросы, это все очень индивидуально. Жаль, что Росстат пока не дает нам считать нашу индивидуальную инфляцию, я не видел такого калькулятора на сайте. Это было бы очень интересно.

Да, я думаю, все бы играли в эту игрушку с удовольствием.

Недавно Сбербанк опубликовал свое исследование. Они анализировали расходы с 6 миллионов карт, то есть примерно 10%, даже меньше, от общего количества их клиентов.

Они утверждают, что выпущено 100 миллионов карт.

То есть это даже 5-6%. У них получилось, что россияне проедают почти треть семейного бюджета.

Тратят на еду.

Да.

Это очень близко к цифрам Росстата.

А насколько это критичный уровень?

Это совершенно нормальный уровень. У нас исторически были примерно в этом диапазоне. Мы относительно бедная страна с точки зрения ВВП на душу населения.

Поясню для наших зрителей: чем вы беднее, тем больше вы тратите на еду.

Чем вы становитесь богаче, тем больше вы сберегаете и инвестируете. В этом плане мы относительно бедные. У нас в стране средняя зарплата с учетом Москвы и Петербурга порядка 35-36 тысяч рублей в месяц. Это не такие большие деньги, если взять семью из четырех человек. Тратить треть на еду в этой ситуации совершенно нормально, это еще не такие большие деньги.

Давайте перейдем к вопросу по телефону.

Марина: Наше КГБ-шное руководство вообще собирается аннулировать частную собственность и перейти к государственной? Банки постоянно аннулируются, а сейчас вообще посадили миллиардера за то, что в одном из его ресторанов пришла контрафактная водка, как будто он сам руководит.

Это будет второй Ходорковский или это просто тенденция на уничтожение частной собственности?

Спасибо, Марина. У вас эмоциональный вопрос. Речь про господина Михальченко, довольно известного в Петербурге предпринимателя. Я даже не успел посмотреть повод, за что его арестовали.

Какой-то левый алкоголь.

Насколько я понимаю, наверно, в конечном счете там претензии какого-то другого характера.

Да, скорее всего другие. У меня большая надежда, что никакого передела частной собственности это не подразумевает. Раз администрация президента на их площадке собирается разговаривать с бизнесом и силовиками, то это перегибы на местах, которые будут решены каким-то образом. Мне кажется, что господин президент очень хорошо понимает: если давление на бизнес будет продолжаться, то мы получим очень большой удар по экономике. У нас и так очень сильно падают инвестиции. Если еще и частную собственность задевать, все может кончиться плохо.

Что касается отмены частной собственности, например, приватизации квартир, в это я совсем не верю. Это не имеет смысла.

С другой стороны, ощущается встречное движение. С одной стороны, продолжающийся рост доли государства в экономике. Было 50%, сейчас я уже видел оценки 60% и выше. Они всегда очень приблизительные. С другой стороны, приватизация. Как это может существовать одновременно? Кто победит?

Я надеюсь, что приватизация будет. Пока она только анонсируется. Мы смотрим, тот же Сбербанк не будет продаваться в 2016 году. Аркадий Владимирович Дворкович уже объявил это. Мне кажется, что движение желательно развернуть в сторону приватизации. Понятно, что даже если вы руководство страны, у вас нет возможности повлиять сразу на все силовые органы. Вы не можете приказать сразу им не делать того или этого.

Я не знаю, что там с алкоголем, как говорится, суд разберется, но у меня есть тайные подозрения, что это не те ошибки, за которые нужно человека сажать в тюрьму. Может быть, имеет смысл таких людей выпускать под залог с ограничением перемещения сразу же после того, как появляются такие вопросы. Но действительно, тенденции все время противоречивые. К чему мы выплывем, давайте посмотрим. Пока не ясно.

Татьяна: Хотелось бы узнать мнение уважаемого специалиста по поводу санкций. Как нам это понимать? Мы знаем из всей этой истории ссылок на пресловутые санкции, что это, с одной стороны, арест счетов определенной группы чиновников, с другой стороны, блокировка кредитования госкорпораций, а третье ― прекращение поставок продукции двойного назначения. А что еще?

Если позволите, Татьяна, я доформулирую ваш вопрос. Вы назвали все.

Не совсем. Опять же, мы думаем о размещении российских еврооблигаций. Это то, что только что Минфин испытал на своей шкуре.

Но про это же нет никаких санкций.

Это как раз имеет прямое отношение к санкциям. Что нам говорят наши европейские и американские партнеры, чем они мотивируют эти действия? «Понимаете, вы продадите евробонды, а на что пойдут деньги? Может быть, они достанутся тем людям, которые попали под санкции».

Я поясню. Речь о том, что мы хотели взять взаймы на европейском рынке с помощью европейских облигаций. Ничего пока не получилось, потому что европейские и американские банки отказались быть организаторами этого процесса, как это обычно происходит.

Еще раз уточню: формально на это нет никаких ограничений, это личное решение.

Нет, это как раз американские и европейские власти попросили свои банки все-таки этого не делать, не помогать нашему Минфину размещать. Это важно, не размещение того же Сбербанка, который находится под санкциями. Не в этом история, а именно в том, что они государственные бумаги не помогают размещать. Это действительно мотивируется санкциями, и это очень странно. Почему это происходит? Это большое движение в сторону того, что нам еще больше ограничивают доступ к финансовым рынкам.

Там был не такой большой объем, это больше для того, чтобы Минфин имел разные инструменты, но это неприятно.

Означает ли это, что мы на государственном уровне фактически отрезаны от внешнего финансирования с Запада?

Наверно. Возможно, азиатские рынки могут нам в этом до некоторой степени помочь. Видимо, в данный момент времени у нас такие сильные противоречия, что мы не можем занимать даже как государство.

Есть ли, куда еще пойти с этим вопросом?

У нас есть внутренний рынок, там Минфин активно занимает. Мы пытаемся обсудить вопрос, как мы разместимся на азиатских рынках. Скорее всего, ставки будут повышенными, но не настолько высокими, чтобы нас это испугало. А так, по большому счету, не очень много где. Есть Гонконг, и почти все.

Да, боюсь, одним Гонконгом сыт не будешь. У нас еще один вопрос на эту же тему.

Роман: В случае, если все-таки внешних источников финансирования, азиатских рынков не хватит для покрытия трехпроцентного дефицита бюджета, который Путин установил в качества ориентира правительству, каким образом наше правительство будет выходить из этой ситуации? Где Минфин будет размещаться, если западные рынки будут закрыты, а источников на внутренних и азиатских рынках будет не хватать?

И в дополнение вопрос по поводу того, как Олег относится к идеям Столыпинского клуба по поводу накачки дополнительной ликвидности российской экономики.

Ни одного эфира не удается нам провести без Столыпинского клуба! Пожалуйста, Олег.

Начну со второго. Столыпинский клуб прекрасен, я обожаю всех людей, кто туда записался. Сегодня я опять чатился в фейсбуке с разными представителями и любителями этого клуба. Та дискуссия, которую Мовчан имел с Титовым, произвела на меня неизгладимое впечатление. Я теперь использую ее как учебный материал в своих курсах. Разобрать 33 страницы текста очень интересно! Я показываю своим коллегам и слушателям то, как интересно можно поменять денежно-кредитную политику в стране.

Я плохо отношусь к этим идеям, потому что 1,5 триллиона рублей в год кому-то с какими-то целями… Мы видим это на примерах разных стран, включая Бразилию, Белоруссию и Россию девяностых, это заканчивается довольно плохо. Это если кратко ответить.

Что касается дефицита бюджета, то у него две стороны: большая расходная часть и маленькая доходная. С точки зрения расходов можно их сокращать, чем госбюджет постепенно и занимается. У нас сокращаются разные статьи бюджета. Многие эксперты говорят о том, что оборонка в этом году будет тоже постепенно сокращаться. Судя по тому, что происходит, если нефть не залезет выше 45, то у нас будут дефициты на уровне до 6% ВВП, хотя целевой показатель ― 3%.

Что касается доходной части или размещения каких-нибудь бондов, то пока Минфин все это закрывает за счет продажи Резервного фонда из одного кармана в другой. Он, владея этим Резервным фондом, продает его Центральному Банку, напрямую эмитируя деньги. В этом плане много интересных изменений происходит в том числе на рынке коммерческих банков. У Минфина появляются свободные денежные остатки, он приносит их в банки. Пока это помогает покрывать дефициты бюджета.

На этот год этого хватит, потому что есть еще Фонд национального благосостояния, а дальше будем смотреть. Нам бы простоять эту ночь.

Вопрос, что будет за этой ночью. Ситуация того, что закрыть дыру в бюджете нечем, надо резать и других вариантов нет, уже выглядит реалистичной.

Это правда. Единственная проблема, во что вы верите, насколько у нас снижение цены на нефть, это печальное сырьевое изменение надолго. Если вы верите, что цены поднимутся хотя бы до 45-50, то срезать не очень осмысленно, потому что вы сегодня срезали, а завтра опять нужно повышать. Кроме того, во время рецессий часто бывает нужно помогать экономике. Здесь государство должно вставать на позицию частного бизнеса, замещать его своими госрасходами.

Это всегда очень сложная вещь. Тут очень трудно угадать, но если угадать хорошо, человеку будет медаль.

Что касается сокращения расходов, которое уже происходит в основном по довольно неприятным для граждан направлениям социального обеспечения, об этом у нас видеовопрос. Вопрос про льготы.

― Льготники платили 50% от нагоревших киловатт, а теперь ввели норму 1994 года ― 50 кВт льготнику. У него что, не должно быть стиральной машины, посудомоечной машины? Почему он не может приобрести ее за свою жизнь и пользоваться?

Да, это очень печально. Я не знаю, от кого пошла эта идея, но она была поддержана Дмитрием Анатольевичем. Хотели ввести социальные нормы потребления электроэнергии. До воды, видимо, дело тоже дойдет, но пока электроэнергия ― гораздо более важная часть расходов и льгот. Это очень смешные нормы, эти 50 кВт я сжигаю очень быстро. Я посмотрел свои расходы за месяц, они существенно выросли с прошлого года, здесь я вижу очень большую инфляцию.

Понятно, что можно такие нормы вводить для людей, которые могут платить за себя, работают. Но для льготников это было очень странно. Я не понимаю, зачем так делать.

Здесь вопрос, насколько большой там еще запас ползучего сокращения социальной поддержки. Не сокращают пенсию, а вот здесь отменили льготу, здесь, тут отменили какой-то порог. Много чего еще осталось отменять?

Вы же помните про капитальный ремонт? Идут сборы, а через 30 лет какие-то дома, может быть, все-таки будут починены? Мне кажется, что можно придумать очень много неналоговых сборов, которые вы будете с населения просить. Вот «Платон», приятная история, тоже можно немножко денег собрать. Правда, там в итоге странно для бюджета получилось, но тем не менее.

Очень странно, правда.

Деньги на капитальный ремонт тоже кто-то использует. В принципе, понажимать на население еще можно, наверно. Есть обходные пути, не налоговые и не ЖКХ. Плюс акцизы можно повышать, пошлины на иностранные товары. Вы можете обкладывать покупки из китайских интернет-магазинов большими налогами. Здесь, в принципе, простор для творчества есть.

Грубо говоря, не урезать льготы, а просто больше забирать.

Да, все хорошо, остается на месте.

Понятно. У нас вопрос про большую расходную статью нашего бюджета и экономики вообще.

Виктор: Я хотел спросить, на сколько бюджет съедает Крым и что там с этим Крымским мостом? Когда его начнут строить?

Виктор, его уже строят, Владимир Владимирович съездил и посмотрел. И даже уже турецкий сухогруз успел что-то снести.

Вот, уже нашли злодея, который нам все разрушил.

Да, нашли саботажника.

Действительно, я недавно сам задался этим вопросом и понял, что не смог найти ничего более конкретного, кроме федеральной целевой программы на 700 миллиардов рублей за несколько лет. Есть бюджетные переводы в разной форме. У кого-то есть эта информация?

Вы видите, конечно, трансферты федерального бюджета региональным. В этой информации вы видите в том числе трансферты Крыму. Обещано на развитие территорий было очень много, а денег сейчас нет. Все предполагаемые расходы существенно сократились. Я не помню точные цифры, я видел то ли 50, то 70 миллиардов рублей, что им достанется в ближайшее время.

Нельзя сказать, что это много. Они развиты гораздо слабее, чем многие регионы России. Если мы хотим сделать там здравницу, как это было в прошлом, надо вкладывать очень много. Но денег нет, частный инвестор сразу подпадет под санкции, значит, это очень ограниченный круг лиц. Тот же мост строит очень ограниченный круг лиц, прекрасных во всех отношениях. Видимо, в ближайшие годы просто не смогут так активно развивать Крым. Может быть, к президентским выборам как-то все изменится.

Насколько это реально ощутимая статья?

Она не очень большая. Сильно погоды не делает.

Это приятно слышать и нам, и крымчанам, и, наверно, даже Виктору из украинского города Николаев.

Я хотел задать вопрос по поводу вашей статьи на портале Slon. Она очень интересная, на основе исследования, что люди вообще не очень любят менять свои решения, в том числе экономические. В связи с этим они чаще всего согласны на то, что им предложено. Это можно по-всякому использовать в нашей экономике. Вы приводили пример в части пенсионных накоплений: если поставить по умолчанию, что вы столько-то отчисляете на накопительный счет, то столько отчислять и будут. Вам приходили в голову какие-то идеи, где бы еще это можно было использовать?

В страховании абсолютно так же. Если вы думаете о каких-то опциях, связанных со страхованием жилища, это очень важно. У нас действительно многое не достраховано. Это больше не в финансовой, а в экономической сфере, когда вы понуждаете людей делать что-то полезной, условно говоря, заниматься фитнесом. Если вы сможете предложить им такую опцию, которая будет по умолчанию очень удобной: фитнес рядом с работой, у вас приятный тренер, который даст вам пирожок после того, как вы позанимаетесь, очень некалорийный, здоровый пирожок, то в этом плане можно изменять многое и улучшать привычки людей.

Я вспомнил платежку ЖКХ, где нужно отдельно поставить галочку для того, чтобы отчислить какие-то 100 рублей на страхование квартиры. Я никогда не ставлю в итоге, потому что ее нужно поставить.

Там очень смешное покрытие и смешные условия.

Я всегда думаю: «Было бы неплохо, вдруг пригодится». Но надо поставить галочку, я не ставлю ― и не страхую квартиру. 

Другие выпуски
Популярное у подписчиков дождя за неделю