Зачем на помощь нефтяникам идут военные, на сколько еще укрепится рубль и так ли нужны России скоростные поезда

Финансовый аналитик Валерий Вайсберг о реальном секторе экономики сегодня
18 марта, 19:49 Лев Пархоменко
16 848

Финансовый аналитик Валерий Вайсберг объяснил, чем для России грозит закрытие заводов Ford в России, чем обернется строение высокоскоростных железных дорог и что будет с рублем. 

У нас сегодня масса тем, посвященных по большей части реальному сектору, мы как-то давно про него не говорили, в основном мы все как-то про рубль, да санкции, да рубль. А тем временем страна живет, что называется, и продолжает, несмотря ни на что, производить, выпускать, штамповать и прочее, где-то лучше, где-то хуже, вот попробуем сейчас разобраться.

Смотрите, начать я бы хотел с одной трагикомичной, я бы сказал, новости, которая сразу как-то возвращает всякое в памяти, а именно про возможную переориентацию нашего военно-промышленного комплекса на выпуск оборудования для нефтегазовой отрасли. Собственно, прошло совещание в правительстве, с участием Юрия Борисова, вице-премьера, который отвечает за оборонно-промышленный комплекс, и Дмитрия Козака, который отвечает, я бы сказал, за все, и там родилась такая, довольно очевидная, идея — а почему бы собственно действительно заводы оборонные, которые сейчас подходят к концу их основного оборонного заказа, не сделать так, чтобы они помогли «Роснефти», «Газпрому» и прочим, которые страдают от санкций и которые не могут получить современное оборудование. Давайте так, пока в целом, вы что вообще про это думаете, насколько это интересная и здравая идея?

Те попытки конверсии, которые у нас были в России, они в общем-то, принесли не самый очевидный и значительный результат. И на самом деле сам факт постановки вопроса о конверсии и переориентации на гражданскую продукцию, поставить его в тот момент, когда уже понятно, что гособоронзаказ сокращается, это несколько запоздало. На самом деле действительно нужно было переходить к тому, чтобы заводы производили больше гражданской продукции, сильно раньше. Грубо говоря, в тот момент, когда увеличился гособоронзаказ, уже нужно было готовиться к тому, что ….

Что будет потом.

Что часть этих денег идет на создание мощностей или ноу-хау по тому, чтобы производить больше гражданской продукции.

Вот, собственно, если я правильно понимаю, вот так, по крайней мере, пресса передает, что с 2022 года начнут падать заказы со стороны государства. В свою очередь, Путин еще в 2016 году, кстати, заранее, между прочим, говорил, что к 2030 году доля гражданской продукции должна быть 50%.

Вообще нужно смотреть шире немножко на ситуацию. То есть сейчас, если смотреть на санкционный режим и работу нефтегазового сектора, в принципе первый шок, связанный с тем, что запрещена покупка оборудования и так далее, он решен. Решен частично вопрос с IT, например. Но все равно, вопрос…

А решен, в смысле, нашли других поставщиков или как?

Нашли других поставщиков, сделали свои решения. Некоторые компании, такие как «Сургутнефтегаз», они всю жизнь большую часть оборудования и исследований проводили своими силами, то есть частично вопрос удалось закрыть. Но ситуация такая, что действительно самый главный вопрос же не в том, чтобы поставить буровую установку, ее можно поставить, можно усовершенствовать, можно купить китайскую, как покупали. Но самое важное — это совершенствовать знания о том, что в недрах находится, анализ и повышение эффективности извлечения этих самых запасов, нефти, газа. И вот в этом есть существенный совершенно задел на то, чтобы заниматься, но оборонка, к сожалению, она немножко про другое, то есть тематика и задачи, которые они решают, немножко другие, они не ITшные.

Поэтому тут такая, очень сложная вещь, что, наверное, кому-то действительно удастся локализовать, дадут зеленый свет на создание СП, но опять же, нужно понимать, предприятия режимные, каким образом на базе их можно организовывать какие-то СП, например, с участием иностранных тех же самых производителей, организовать передачу западного ноу-хау, не западного, а восточного, если мы про Китай говорим.

Иностранного, в общем, да.

Это на самом деле очень сложно, и мне кажется, это действительно такой как бы первый камень, такой вот пробный, но, конечно, мы еще сильно далеки от того, чтобы действительно этот уровень 50% гражданской продукции освоить.

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю