Инициатор штурма на Чистых прудах Пахолков: выступление Собянина в день тишины тоже будет нарушением, но полицию туда мы вызывать не будем

Кофе-брейк
14 августа 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Павел Лобков обсудил вчерашний штурм квартиры на Чистопрудном бульваре с его активным участником – председателем Совета регионального отделения «Справедливой России», депутатом Госдумы Олегом Пахолковым. 
Лобков: Вы принимали вчера активное участие в мероприятиях на Чистых прудах. Вы демонстрировали круглые листовки нелегальные. У вас их нет сейчас с собой случайно?

Пахолков: Нет, с собой нет.

Лобков: Чем они отличаются от легальных?

Пахолков: Любая листовка должна быть проплачена из избирательного фонда и на ней должна быть подпись, что проплачена из избирательного фонда.

Лобков: На каждом кружочке?

Пахолков: На каждом, даже на самом маленьком кружочке. Какой бы ни был кружочек, должно быть хоть меленько-меленько, может быть, под лупу, но должно быть обязательно написано, с каких средств это проплачено.

Лобков: А если они размножаются на цветном принтере или с помощью сканера?

Пахолков: Это профессионально сделано. Как сегодня выяснилось, там их порядка двух тонн оказалось.

Лобков: Сколько это грузовиков заняло?

Пахолков: Это не грузовики, потому что наклейки очень тяжелые. Я так понимаю, что это 20-30 коробок. Находясь в коридоре, заглядывая в квартиру, я увидел порядка 10 коробок. Потом в видеосюжетах я видел, что они были и в шкафах. Сегодня, по сводкам УВД, это было около двух тонн.

Лобков: А как вы обнаружили эту квартиру?

Пахолков: У нас был звонок на горячую линию Левичева, что какие-то незаконные действия, явно связанные с выборами, происходят в данной квартире, потому что кто-то поздно вечером что-то привозит и увозит от одного из жителей этого дома.

Лобков: А дальше вы поехали туда, потому что вы опередили полицию?

Пахолков: Да, мы не просто опередили, мы оттуда ее вызвали. То есть мы увидели этот дом, эту квартиру и оттуда сделали звонок на 02.

Лобков: Вы убедились, вы пытались войти?

Пахолков: Нет, мы не пытались войти. Как мы можем войти?

Лобков: Позвонить в дверь.

Пахолков: Мы не пытались позвонить в дверь, мы понимали, что нам ее никто не откроет. Мы подошли туда и позвонили оттуда на 02. Мы убедились, что такая квартира существует, что такой адрес существует. Мы туда приехали достаточно оперативно, практически всем штабом.

Лобков: Это первая квартира, которая проверяется таким образом?

Пахолков: Вы имеете в виду в рамках этой предвыборной кампании?

Лобков: Да.

Пахолков: Первая. А в рамках вообще предвыборных кампаний таких квартир много. Я политтехнолог и могу сказать, что их существует десятки, сотни.

Лобков: В вашей партии тоже есть?

Пахолков: Нет таких.

Лобков: Квартир, в которых кто-то может хранить агитационный материал.

Пахолков: Я вообще не понимаю, зачем. Что им мешало проплатить с предвыборного счета? Мне до сих пор не понятна позиция Навального, юрист грамотный. Мне кажется, что ему как никогда надо чистоплотно себя вести. Это небольшая сумма денег.

Лобков: Чистоплотно ли себя вела партия, выставив своего кандидата? Вы выступили как орудие власти, сейчас вас воспринимают как людей, которых использовали с какими-то непонятными целями. Вы сыграли свою роль, может быть, даже подорвали авторитет своей партии.

Пахолков: Мне сегодня многие журналисты сказали, что мы подорвали авторитет партии. Мы сегодня много и с Николем Владимировичем на эту тему дискутировали, я сказал ему, что избиратели Навального никогда не будут за него. У нашей партии есть своя ниша избирательная, для которой мы четко работаем. Увы, но это и не аудитория телеканала «Дождь» или в большей степени не аудитория телеканала «Дождь». То, что там происходило, если это происходила незаконная акция в рамках избирательной кампании, это плохо. Если это делает господин Навальный – это плохо. Так, как себя вели молодые люди, которые находились за дверью,  впервые в жизни столкнулся с активистами Навального, я был в шоке…

Лобков: Вас били? Говорят, что других избили.

Пахолков: Да нет. Те, кто находился в квартире, когда милиция зашла в квартиру… Стоял участковый, объяснял права, что он имеет право досмотреть, он просит предоставить документы. Пропустили их не одного, а двух адвокатов, которые стояли там же, были штуки четыре камеры, которые туда прорвались и все это снимали. Участковый сказал: «Я имею право осмотреть. Вы можете предоставить документы?», - «Нет», - «Вы можете предоставить договор на квартиру, что вы здесь находитесь?», - «Нет». И шла постоянная провокация.

Лобков:  Почему они пришли, разве был ордер?

Пахолков: Было записано заявление. Был звонок на 02, что является для милиции заявлением. Этот звонок поступил от нас, что там что-то происходит. Мы хотели узнать, так это или нет. Если бы они оттуда вышли сами…

Лобков: Никто по звонку не может войти без ордера.

Пахолков: Правильно. Если с этой квартиры никто не отвечает…

Лобков: Вы провели практически там обыск…

Пахолков: Никто там обыска не проводил.

Лобков: Как это?

Пахолков: Подождите. Если из этой квартиры никто не отвечает, никто не отзывается, есть заявление о правонарушении, если люди, находящиеся в квартире, никак не хотят идентифицировать, пытаются хватать сотрудников милиции за погоны…

Лобков: Они не могли хватать их за погоны через железную дверь…

Пахолков: Когда уже зашли внутрь, они продолжали провоцировать.

Лобков: Сам факт вскрытия двери при помощи болгарки…

Пахолков: Если вы напишете заявление в 02, скажете, что вы знаете, что в этой квартире лежит бомба…

Лобков: Пожар.

Пахолков: Или пожар, какая разница, и там в течение нескольких часов явно кто-то находится, но не хочет открывать дверь, милиция все равно войдет.

Лобков: А почему вы сначала говорите, что пожар, а потом, что нелегальные мигранты, а не сразу полиция сказала о том, что листовки? А мы звонили по всем службам.

Пахолков: Не знаю. Это были домыслы всех сторон. У нас было одно-единственное заявление, мы знали, что там находятся незаконные агитационные листовки, и, как ни удивительно, мы это там нашли.

Лобков: А копия этого заявления у вас есть?

Пахолков: Мы сделали по телефону это заявление. Согласно современному порядку милиции любое заявление в 02 является официальным заявлением. Потому что если вам когда-то нужно будет воспользоваться, потому что все это записывается, любой звонок в 02 является официальным заявлением.

Лобков: Вы считаете законным проникновение в квартиру с помощью режущих инструментов при отсутствии ордера и при наличии живых хозяев?

Пахолков: Подождите, если никто не знает, что там происходит. Есть заявление о правонарушении, если есть там люди, которые не хотят представиться, ни выйти, ни показать паспорт. Притом, мне очень понравилась циничность этих людей, они полностью провоцировали милицию, когда они начали препятствовать сотрудникам милиции в осмотре квартиры, там были четыре видеокамеры, в том числе и я могу предоставить эти данные, когда их начали выносить, они начали кричать: «Я им паспорт показывал, я им показывал документы».

Лобков: Так это обыск, а не осмотр.

Пахолков: Как обыск?

Лобков: Вы сказали, что в шкафах обнаружили.

Пахолков: Это уже было потом, мы уже оттуда все уехали.

Лобков: Сейчас санкции есть на обыск?

Пахолков: Я не знаю. Я увидел людей с двумя совершенно циничными лицами, которые только что провоцировали сотрудников милиции, а через десять секунд я увидел бедных блеющих овечек, которые кричали, что их били, что они давали паспорт.

Лобков:  Их там били?

Пахолков: Никто никого не бил.

Лобков: А ваш помощник по фамилии Татаренко?

Пахолков: Это не помощник, это руководитель аппарата партии - Татаринов.

Лобков: Он не применял, по вашим словам, никакой физической силы.

Пахолков: Это однозначно, это все есть на видео. Там есть один журналист, который был в этой потасовке, это была потасовка между журналистами.

Лобков: Два человека задержаны, их фамилии – Дворецкий и другая фамилия. Как сказали они, что они голосовали за «Справедливую Россию». Вам не обидно? Вы собрали столько протестных голосов в 2011 году, а теперь ведете себя вот так.

Пахолков: Давайте сейчас посмотрим… Мне очень нравится, когда такие господины, как Гудков, начинают нас лечить, кто и почему за нас голосовал. Я выбрал более двухсот оппозиционных депутатов от нашей партии в самом страшном противостоянии с административным ресурсом. Я вот эту тему очень хорошо знаю. А то, что сегодня господин Навальный клеит свои стикеры на столбы, на магазины и так далее, я думаю, так он не приобретает себе голосов. Так делали выборы в 90-ые, я думаю, что он большой непрофессионал в выборах.

Лобков: Честно говоря, я могу вам признаться: я на лабораторном ксероксе размножал листовки за Собчака и клеил их на Васильевском острове.

Пахолков: И вы их клеили на людские магазины?

Лобков: Я клеил их на водосточные трубы на Васильевском острове.

Пахолков: Водосточные трубы - это не самое страшное. Когда вы приклеите их на витрины, пойдите и отдерите этот стикер.

Лобков: Сегодняшние дебаты будут по поводу ЖКХ, правильно я понимаю, насчет железной двери и болгарок?

Пахолков: А вы мне сейчас хотите сказать о том, что данные ребята были просто блеющие овечки? Я убедился, что это не блеющие овечки, настоящие провокаторы, они вели себя очень грамотно и профессионально, они провоцировали и милицию, провоцировали вообще всю ситуацию. Лично для меня Навальный стал другим человеком, из правозащитника, хорошего человека он оказался таким человеком, который жестко и четко рвется к власти.

Лобков: Жестко и четко хочет стать мэром Москвы.

Пахолков: Он не мэром Москвы хочет стать. Он хочет навести большую смуту, а мне лично в моей жизни смут хватило. Я помню смуты 90-ых, которые привели, что именно эти ребята окажутся теми же ребятами, которые когда-то взяли власть 90-ых. Мне они очень не нравятся.

Лобков: Такое ощущение, что ваш главный противник – это не кандидат от правящей партии…

Пахолков: Да вы почитайте нашу агитлитературу всю, там мы все говорим про Собянина, про каждую конкретно бабушку, про каждый конкретно случай.

Лобков: А есть нарушения в избирательной кампании Собянина?

Пахолков: Конечно, есть. Я думаю, он сегодня использует административный ресурс.

Лобков: Например, мэрия выдает городские события с присутствием мэра…

Пахолков: Совершенно верно, идет мощнейшее использование…

Лобков: Вызываете ли вы полицию на такие встречи?

Пахолков: Полицию на такие встречи? Давайте вы возьмете наш агитационный листок…

Лобков: Я бы хотел, чтобы вы ответили на вопрос.

Пахолков: Если штаб Собянина где-то будет делать черные листовки, и я об этом узнаю, я буду первый там стоять.

Лобков: Не листовки, есть ведь другие способы нарушения.

Пахолков: Вы хотите сказать, что мы боимся штаба Собянина, что ли?

Лобков: Например, будет седьмое число, день молчания, в этот день будет День города. Как вы считаете, является незаконной агитацией?

Пахолков: Я считаю, что является.

Лобков: Будете ли вы обращаться в правоохранительные органы для отмены Дня города?

Пахолков: Мы у москвичей должны его отобрать? Мы будем обращаться в правоохранительные органы, чтобы господин Собянин, как кандидат, не участвовал в этом процессе.

Лобков: А он будет участвовать как действующий мэр.

Пахолков: Вы хотите сказать, что надо бороться? Надо бороться.

Лобков: Вы будете подавать заявление о том, чтобы господин Собянин не появился в течение дня на публике, под телекамерами, в прямом эфире?

Пахолков: Если вы хотите услышать лично мое мнение…

Лобков: Да.

Пахолков: Я считаю, что это так.

Лобков: Нет. Вы будете это делать?

Пахолков: Вы меня спрашиваете как кого? Я всего лишь руководитель агитационного направления.

Лобков: Вы равноудаленно будете бороться со всеми вашими соперниками?

Пахолков: Я хочу сказать, что в 90% случаев наша агитационная кампания, мы критикуем действия Собянина, причем очень неласково. Одни карикатуры Собянина, посмотрите, чего стоят.

Лобков: Вы критикуете Собянина, Дегтярев критикует Собянина, Жириновский - глава партии, которой принадлежит Дегтярев…

Пахолков: Критикует лидера гонки, а как вы хотели?

Лобков: Дегтярев, который является кандидатом в мэры, этого не делает, но по инициативе Жириновского проверяются счета Навального, по вашей инициативе, формально оппозиционной партии, проверяются квартиры. Вы не думаете, что вы работаете на власть?

Пахолков: У Навального своя партия, у нас - своя. Я считаю, что наша партия социалистической направленности, это более правильный выход для нашей страны. Я в отличие от господина Навального только за последние четыре года у этого административного ресурса, через гораздо большие по шее от милиции, выиграл 200 выборов. А эти ребята, которые думают, что они революционеры, они московская тусовка, которая по клубам тусует и делает из себя революционеров. У меня есть аналитика, в том числе и моя, кто сегодня поддерживает…

Лобков: У всех есть аналитика, у всех есть соцопросы. Мы соцопросы вообще не публикуем, потому что никакие соцопросы…

Пахолков: А я вам отвечу, кто сегодня за господина Навального - сверхбогатая молодежь, которая сегодня тусует в клубах, а потом ходит на площади.

Лобков: Вернемся к событиям ночи. Почему вы играли активную роль там? Почему господин Левичев не взял на себя смелость появиться перед телекамерами и показать это?

Пахолков: Он с самого начала был там перед телекамерами, потом он поехал на эфиры и работу. Вообще-то он кандидат в мэры и руководитель нашей партии, он должен был там 6 часов вместе со всеми?

Лобков: Как вы думаете, образ интеллигентного Левичева изменится после сегодняшних событий?

Пахолков: Интеллигентным Левичев был и интеллигентным Левичев будет. Но это не значит, что интеллигентному Левичеву можно давать по роже.

Лобков: Прошу прощения. По роже там давали двум людям, которых арестовали.

Пахолков: Господину Навальному давали, бедному, несчастному, который делал свою незаконную агитацию.

Лобков: Я имею в виду в прямом смысле. Били людей…

Пахолков: Кто там бил кого? Там никто никого пальцем не тронул.

Лобков: Поступили заявления уже в полицию об избиениях.

Пахолков: Ну и что? Давайте мы, может быть, в частной беседе сядем и посмотрим все видеозаписи, слава Богу, там были сотни камер. Единственная потасовка, которая была, была между двумя журналистами. Я вам хочу сказать, что когда я выходил и напоследок давал интервью, несколько десятков журналистов хотели мне кинуться в лицо, что-то меня подергать. Ребята, если мы демократы, то давайте…

Лобков: Кидались к вам, чтобы услышать ваши комментарии.

Пахолков: Да нет. Те, кто хотели услышать мои комментарии, они задавали вопросы. А все остальные, я видел гигантское количество ненависти в их глазах. Что же мы за такие демократы? Другого мнения не существует? А у меня есть другое мнение, оно мое, и у вас есть ваше мнение, я готов ваше мнение защищать. Так будьте добры…

Лобков: Мы с вами дискутируем, сегодня теледебаты предстоят и по каждому поводу вызывать полицию – это не очень по-джентельменски, мне кажется.

Пахолков: По какому каждому поводу? Когда кто-то печатает две тонны агитационной литературы совершенно незаконно, где-то ее хранит, по ночам расклеивает на витрины, это не повод?

Лобков: Бороться с листовками - это обычно последний вариант. Борис Немцов в свое время издавал тиражи «Путин. Итоги», «Лужков. Итоги», потом на выезде из типографии тоже были анонимные звонки, тиражи конфисковывались. Это работало на пользу Немцова. Вы не думаете, что это сейчас может сработать на пользу Навального?

Пахолков: Давайте закончатся выборы в мэры, и мы там посчитаем цыплят по осени. Я считаю, что господину Навальному очень много подкинули, то сажая, то отпуская его. В моем понимании он не набирал более 2-3% так же, как и господа Гудковы великие, которые проиграли все выборы внутри партии, какие только можно. И после этого только такой телеканал, как «Дождь», говорит: «Чего вы потеряли!». Ничего не потеряли.

Лобков: Сейчас мы увидим кадры видео обыска, может быть, вы сможете прокомментировать нам.

Пахолков: Может быть, когда они увидели в момент осмотра эти листовки, может быть, они дальше делали обыск. Я не знаю. С того момента, как я убедился, что вся литература там была, в принципе, мы оттуда все и уехали.

Лобков: Как вы относитесь к тому, что есть заявление на вас, что вы являетесь соучастником взлома квартиры?

Пахолков: Ради Бога, пусть. Будем решать это все. В чем я помогал участвовать? В том, что я заявил, что это там есть и оно там оказалось? В чем я плох? Ребята, я вообще не понимаю, почему господину Навальному было сложно проплатить 50-100 рублей через счет. Мы видим, какие у него сегодня деньги лежат на избирательном счете. В чем была проблема? Создать провокацию?

Лобков: Вы видите, а у Собянина вы многого не видите - там административный ресурс, правильно?

Пахолков: Еще раз говорю: почитайте нашу агитационную литературу, там 90% - это критика правительства Москвы и лично Собянина. Наш один из основных лозунгов сегодня – «Нас достали эти хозяйственники». У нас не Навальный сидит на нашем флаге. Нас достали эти хозяйственники. Я считаю, что это искренне так.

Лобков: Свидетели того, что вчера там происходило, опубликовали фотографии с некими людьми в сером, которые приехали вместе с вами и уклонялись от съемки. Об этом, в частности, пишет блогер Николай Левшиц, на вопрос нашего корреспондента Егор Максимова, были ли сотрудники ФСБ на этом мероприятии, вы сказали, что не исключаете этого.

Пахолков: Почему очень долго не вскрывали эту дверь, потому что пошла большая битва непонятных мне служб, вскрывать эту дверь или нет.

Лобков: А какие службы там были?

Пахолков: Первое: когда мы туда приехали, появились два крепких молодых парня, которые нам попытались перекрыть дорогу в эту квартиру. Когда приехала милиция, мы сказали, что не понимаем, что это за люди стоят, их милиция скрутила и утащила в автобус…

Лобков: Так они и корреспондентам перекрывали.

Пахолков: Это уже позже было. Корреспонденты приехали туда не сразу. Это все заснято на видео, на блоге Дмитрия Носкова лежит. Этих ребят милиция скрутила, утащила в автобус. Мы снимали действие их в автобусе, в автобусе эти ребята предъявили непонятные удостоверения, у одного был пистолет в кобуре, и их выпустили. Милиция перед ними извинилась и выпустила сразу. Зайдите к Дмитрию Носкову в блог, это видео мы там выложили. Кто эти два человека? Почему они перекрывали дорогу нам и милиции, которая приехала туда?

Лобков: А вы не исключаете, что ваша партия и ваши активисты сработали по наводке спецслужб?

Пахолков: Аноним мог сработать по чьей угодно наводке, но когда мы для себя принимали решение, мы поняли, что совершенно очевидно, что кто-то слил информацию. Мы для себя приняли решение, что для нас это правильно. Если это там есть, мы не сомневались в источнике, что это там есть, мы должны были это остановить.

Лобков:  А почему вы не сомневались в источнике? Кстати, у нас есть видео с обысками, давайте посмотрим. Вот это квартира, там вы были?

Пахолков: Да, я где-то был между квартирой и журналистами.

Лобков: Что это все за толкотня, что это за люди?

Пахолков: Там, наверное, были все сторонники Навального, ближние люди из его штаба. Наших человек там было 20 или 30. Я, наверное, в чем-то пользуясь удостоверением депутата Госдумы, мог доходить до квартиры и до журналистов.

Лобков: Вот это обыск, это не называется осмотром квартиры, это обыск.

Пахолков: Если милиция в результате осмотра увидела, что что-то есть, я не знаю, брали они дальше санкцию на обыск или нет.

Лобков: … совершение тяжкого преступления.

Пахолков: Вы считаете, что господин Навальный слегка нарушил выборы, слегка наплевал на закон?

Лобков: Тяжкое преступление – это преступление, угрожающее жизни или здоровью человека, либо это стихийное бедствие или это авария, взрыв бытового газа или пожар.

Пахолков: По вашей логике, если господин Навальный накакает на Красной площади и все его сторонники возьмут себе по коробочку – это будет действительно честно и хорошо?

Лобков: Это мелкое административное правонарушение, в крайнем случае.

Пахолков: Давайте скажем, что в этой ситуации господин Навальный сделал достаточно мелкое административное нарушение, но очень плохо пахнущее с точки зрения его имиджа. Потому что он всегда у нас за правду, за закон, а в данной ситуации закон был нарушен его штабом. А как действовала милиция - это дело и право милиции.

Лобков: В Мосгоризбирком поступила жалоба от господина Левичева, она принята к рассмотрению, Валентин Горбунов уже прокомментировал ситуацию, сказал, что в извлеченных оттуда документах есть часть легальных, есть часть нелегальных. Как вы считаете, после этого господин Навальный может быть снят с выборов?

Пахолков: Нет, ему может быть вынесено предупреждение, потому что сумма незаконной агитационной продукции должна превысить 5%. Расходы избирательного штаба должны превысить 5%.

Лобков: А вы тоннам считали, превышает или нет?

Пахолков: Избирательный счет сегодня достаточно большой у мэра, даже если это было две тонны наклеек, с точки зрения общего избирательного фонда. Все, что может сделать избирательная комиссия - это сделать ему предупреждение.

Лобков: Если вы понимали…

Пахолков: Мы не понимали, что там. Когда мы туда приходили, мы не понимали, что там.

Лобков: Ваш прогноз, как политтехнолога, что с выборов его не снимут?

Пахолков: За это правонарушение нет. Это четко прописано, что должен быть превышен 5%. То, что такая квартира, скорее всего, не одна, они из этой квартиры не могли накрывать всю Москву. Это накрывался какой-то участок, скорее всего, таких квартир от 10 до 20. Я не могу тут о чем-то говорить, но точно, что она не одна.

Лобков: У нас есть видео, где журналиста Павла Никулина избивают. Давайте посмотрим.

Пахолков: Подождите, кого здесь избивают?

Лобков: То есть господин Татаринов не принимал участие?

Пахолков: Нет. Этот молодой человек гораздо крупнее господина Татаринова. Вот потасовка, а вот господин Татаринов только что ушел из нее. Там была потасовка между журналистами. Я знаю, что там был один журналист, который был настроен за партию «Справедливая Россия», и был журналист за Навального. И слово за слово привело к потасовке между ними. Но это были два человека одной профессии.

Лобков: Татаринов не толкал его в автозак?

Пахолков: Нет, тем более не в автозак.

Лобков: Если говорить об общих вещах, вы считаете, это переломный момент в ходе выборов?

Пахолков: Я считаю, что это рядовой момент. Он переломным может быть для кого-то, для какой-то шумихи, конечно, он сегодня шикарный информационный повод для либералов и для Навального. Мы посмотрим по социологии, кто из этого больше пряников заберет - господин Левичев, господин Навальный или Собянин.

Лобков: А вы не стали орудием в руках спецслужб, которые втемную вас используют для того, чтобы поработать на действующую власть?

Пахолков: Я еще раз говорю: в этой ситуации господин Навальный получил на своем белом пиджаке большое пятно лично в моем жизненном понимании.

Лобков: А поставили его вы.

Пахолков: То есть сегодня можно делать легкие правонарушения, потому что я такой? Милый ты мой, дорогой, если ты назвался груздем, так и полезай в кузовок, и будь от начала до конца тем, кто ты есть. И тогда мы тебя будем уважать, будешь Нельсоном Менделой и всем остальным.

Лобков: А вы готовы к тому, что начнется такая же война и против вас?

Пахолков: Я – человек, который 20 лет избираю депутатов и сам постоянно выбираюсь против административного ресурса по одномандатке. Вы можете зайти и посмотреть мою историю. Я ужас административного ресурса везде, куда я прихожу. Я ничего не боюсь. Я знаю, что законными методами можно побеждать даже этот административный ресурс. И не просто так я сегодня нахожусь в штабе Левичева, потому что я один из лучших политтехнологов нашей страны, я вхожу в десятку, по крайней мере, по мнению настоящих профессионалов. Я знаю, как бороться с административным ресурсом. И как это ни увы, сегодня выборы по всей стране идут достаточно неплохо. А то, как обращалась милиция с господами Навальными, они бы съездили в какой-нибудь Тамбов, им бы сразу там выписали, как выписывали нам.

Лобков: Сегодня будут теледебаты, как вы думаете, это станет основной темой теледебатов?

Пахолков: Я думаю, что наверное. А куда они от этого уйдут?

Лобков: И куда вы теперь от этого уйдете?

Пахолков: Собака лает - караван идет. У нас другая предвыборная платформа, мы сегодня говорим о социалке, о пенсии, о комфорте жизни в нашей стране. Вот ваши либеральные СМИ…

Лобков: Только я боюсь, что больше вас об этом никто не будет спрашивать.

Пахолков: Мы сами диктуем повестку для своих избирателей с помощью своих агитационных методов. Не надо говорить, о чем нас будут спрашивать, о чем не будут, потому что наша агитационная кампания идет. Сегодня даже все остальные источники говорят, что рейтинг Левичева растет.

Лобков: Давайте напоследок ответим на наш вопрос дня. Мы сегодня всех спрашиваем: штурм квартиры на Чистый прудах - что это было? Вариант первый – обычный эпизод предвыборной борьбы. Второй – провокация против Навального. Третий ответ – провокация против Левичева. Четвертый – борьба с нарушениями в предвыборной кампании. И пятый вариант ответа – много шума из ничего. Подавляющее большинство считает, что это была провокация против Левичева, что именно вас подставили. 34%– много шума из ничего, 18% - провокация Навального.

Пахолков: То есть они готовы поддержать Левичева на выборах?

Лобков: Нет, таким образом, кто-то скомпрометировал вас этим поступком.

Пахолков: Вы хотите сказать, что это как-то скажется на избирательном процессе? Согласно этому вопросу я вижу, что скажется очень положительно. Я считаю, что то, что произошло, это точно на пользу штабу Левичева. А вот на пользу ли это штабу Навального? Посмотрим 8-го числа.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.