Год после Болотной: 5169 политически мотивированных задержаний, «с избиениями и больницами»

Кофе-брейк
5 февраля 2013
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Юлия Таратута

Комментарии

Скрыть

Издание «ОВД-инфо» подготовил доклад «Человек из автозака: политические задержания в Москве», подведя итоги года протестной активности. Эту тему Юлия Таратута обсудила с координатором проекта Григорием Охотиным.

Таратута: Я хочу рассказать нашим зрителям о том, что вы проделали совершенно уникальную работу, превратили весь наш протестный год, новости, за которыми мы следили, в цифры. Мы только что перед эфиром шутили, что вы выходец из газеты «Ведомости», и этот творческий метод для вас родной. Насколько, вам кажется,  целесообразно выражать в цифрах такие политические штуки?

Охотин: Я начну немного издалека. Мы, когда начинали этот проект, старались отказаться от цифр в пользу человечности, потому что когда задерживают на политических мероприятиях, всегда говорят: задержано 103 человека или 13, а нам хотелось показать, что это не 13 и не 113 человек, а это Маша, Петя, Ваня. И мы начали создавать именные списки, а потом выяснилось, что мы таким образом составляем настоящую статистику, не статистику ГУВД, которая может быть заниженной, а очень чёткую. И когда мы стали работать с данными уже на постоянной основе, стало понятно, что это статистика, статистика - это цифры и интерпретация этих цифр.

Таратута: Я посмотрела, что у вас одна впечатляющая цифра, вы посчитали просто количество задержанных за время протеста, посчитали отдельно декабрь 2011 года, на который пришлось чуть больше, чем 1 300 задержанных, и за весь 2012 год 3 857 человек. Вас самих впечатлила эта цифра?

Охотин: В данном докладе у нас 5 159 задержанных. Цифра, конечно, впечатляющая, но …

Таратута: Я, честно говоря, не ожидала.

Охотин: Это много, это целый один большой митинг оказался в отделении полиции. Нас она не очень впечатляет, потому что мы давно были знакомы с первичной цифрой декабря. Когда начинались все протестные движения, она ещё тогда была впечатляюще большой. 1 300 человек только за один месяц – это примерно то же самое, что за два года до того.

Таратута: То есть вы обрадовались, что она не росла в геометрической прогрессии, а увеличилась как-то?

Охотин: Та цифра дала понять, что  это очень масштабное явление. Поэтому, когда мы сейчас увидели, что из 5 тысяч, то мы уже немного привыкли, могло бы быть больше, могло быть меньше, но масштаб понятен.

Таратута: Есть, видимо, оппоненты ваши, которые вам скажут, что некоторое ядро активистов одно и то же. Таким образом, задерживают не суммарно по цифрам декабря 2011 года и за весь год 2012 года, а это одни и те же люди, которые проворачиваются в одном и том же колесе, или это не так?

Охотин: Так говорят люди, которые следят за протестом  по медиа…

Таратута: Злопыхатели.

Охотин: Не злопыхатели, почему же? Эти 5 тысяч – это 5 тысяч задержаний. Что такое задержание в нашей терминологии? Это факт задержания человека, то есть действительно 5 тысяч было задержано, но если брать, мы это называем «людей, прошедших через опыты задержания», то цифра действительно будет поменьше, но не значительно.  У нас есть некоторая оценочная прикидка, сколько там персоналий. Мы считаем, что это где-то 3,5 тысячи из 5-ти, то есть примерно это 60-70%.  Чтобы понять, что это не могут быть одни и те же люди, а мы это знаем, потому что у нас списки с фамилиями, достаточно понять, что эти акции очень разные по тематике, очень разные по организаторам, это не только «Другая Россия» и «Левый фронт». Это люди, которые бастуют против ЖКХ, люди-экологи. Эту группу, прошедших через этот опыт, мы считаем, конечно, это не социальная группа, но некоторая группа с единым социальным опытом, причём люди с хорошим состоянием и связями. И то, как они прошли через опыт с полицией, суда, избиения, мы думаем, что это будет актом изменений, влияния на изменения в самой судебной системе и в полиции.

Таратута: Гриша, я посмотрела у вас детализированный доклад, я чётко помню, поскольку акции были разные даже внутри белолеточного протеста, люди были разные по настрою. Помните, что были совершенно красочные задержания, когда группы людей, журналистов стояли у автобусов и ждали своего автозака, потом их через час-два отпускали. Это было похоже на праздник, и многих даже обвиняли, что этот протест совершенно несерьёзный, потому что в автозак сесть - это радость. Что ваше исследование показало на этот счёт?

Охотин: Это сложно сказать, эмоцию не вложишь в доклад и в цифры. Но у нас есть качественная часть доклада, которая строится на интервью задержанных. Да, действительно в мае перед «Оккупаем» был период, когда всех задерживали массово, тогда было задержано около тысячи человек. Все наши знакомые журналисты побывали в УВД, но Колокольцев сделал тогда заявление, что всех отпустят без заведения дел. Действительно всех очень мягко отпускали, это была пиар-акция, все главные редактора побывали в УВД и сказали: «Оказывается, это весело!». Остальные 4 тысячи задержаний проходили немного не так, они проходили с избиениями, с больницами, это не тот опыт, который хотелось бы перенять.

Таратута: Очень интересно, что вы говорите, что была такая акция для журналистов, которые напишут о том, как хорошо в отделении полиции. Это такой забавный политтехнологический приём. У вас там даже есть глоссарий  слов, которые вы водите в качестве основных понятий, там есть такое словосочетание «политически мотивированное задержание» и считаете именно их. Расскажите критерии, по которым вы задержания относите именно к политически мотивированным.

Охотин: Очень просто, в наш мониторинг, который проходит каждый день, мы включаем только те задержания, которые проходили на политических митингах, пикетах или на агитации по политической теме. Во-вторых, это очень незначительно, но мы их тоже включаем в свой мониторинг, это активисты, известные активисты движения «Солидарность» или «Другой России», которых задерживают вне акций по непонятным причинам.

Таратута: Это, наверное, случай с Болотной и с петанком, вы имеете в виду.

Охотин: Это тоже, но это отдельный случай, это у нас категория «Другое». Таких случаев за год было штук 7, когда просто задерживают известного активиста и говорят, что на него есть ориентировка и везут в УВД, там три часа держат, а потом отпускают. Мы это тоже считаем некоторым сортом репрессий, это капает людям на мозги. Есть совсем экзотика, например, задержали просто прохожих, которые шли по Арбату с плакатом «С Днём Рождения». Поскольку это был май, «Оккупай Арбат» и т.д., ОМОН тут же среагировал, потому что предупреждал, что если они будут просто так тут сидеть, то хорошо, а как только они достанут плакаты, они задержат, вот они задержали людей с плакатами «С Днём Рождения». Другой случай всем известный - с петанком, когда адвоката «Агора» задержали…

Таратута: На месте, ассоциирующемся с белыми лентами.

Охотин: Это так и происходит, когда практика какая-то входит, когда полиция получает рефлекс, что вообще-то можно задерживать людей, это безнаказанно и хорошо, у неё случаются искривления и начинает задерживать, и рано или поздно мы увидим, как людей на Арбате будут задерживать за то, что они пускают мыльные пузыри. Мы уже видим это в Питере, где задерживают людей на традиционном бое подушками. Поэтому такая транспорация политических репрессий в социальные будет.

Таратута: Скажите, а миссия этого проекта в чём заключается?

Охотин: Изначально мы заметили, что наши коллеги-журналисты, а я журналист, неправильно пишут про задержанных, они неправильно дают число задержанных. С другой стороны, есть родственники, друзья, и когда начались эти массовые задержания, люди растерялись, а где, кто, и мы поняли, что с помощью информации это можно наладить. Мы всю эту информацию собираем, другие используют, адвокаты общаются, помогают, а родственники понимают, куда вести еду и так далее.

Таратута: А сейчас говорю именно об этом докладе.

Охотин: Во-первых, социологи и журналисты могут использовать это для анализа протеста. Для нас важнее всего то, что там собрано огромное количество информации по нарушениям, и типолизированно, как эти нарушения происходят, почему, на базе каких законов они происходят. Мы надеемся, что этот доклад ляжет в основу каких-то законодательных изменений, мы оптимисты, да.

Таратута: Это вообще серьёзное дело - то, что вы делаете, и довольно опасное по нынешним временам. Вы предлагаете альтернативную статистику, она уже заинтересовала правоохранительные органы?

Охотин: Мы правозащитный медиа-проект, таких проектов на такую тематику много. Опасно это или не опасно, я не знаю, я считаю, что это моя профессия, и никакой проблемы в этом не вижу. Я думаю, что они пользуются нашей информацией, за ней следят, но на контакт не выходили.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.