Поддержать программу
Спорт на Дожде
11:19
27 декабря 2013
Спорт

Абсолютный чемпион мира по боксу Рой Джонс-младший: «У меня уже есть одна песня про Москву»

1 893
1
Расписание
Следующий выпуск
5 декабря 20:00
понедельник: 20:00
вторник: 01:00, 08:00, 13:00

Один из самых неоднозначных боксеров современности Рой Джонс-младший всего за десять минут успел обсудить с Марией Командной все главные вопросы: когда состоится реванш с Денисом Лебедевым? Что сам Рой забыл во Владивостоке и Волгограде? Почему его дом больше похож на ферму? И действительно ли он хочет получить российское гражданство?

 Рой, совсем недавно вы сказали, что хотите получить российское гражданство.

— Да, это чистая правда.

 Зачем вам оно?

— Для меня это очень важно. Всю мою жизнь США и Россия противостояли друг другу.

 Всю вашу жизнь?

— Когда я был ребенком, да. США… Россия… Мы чуть ли не воевали. Сейчас все гораздо лучше. Меня здесь любит такое количество людей. Так почему я должен упускать эту возможность? Я могу соединить две страны хотя бы таким образом.

 Почему здесь вас любят так сильно, вы когда-нибудь задумывались об этом?

— Потому что ваши люди уважают людей, у которых не было особенной перспективы в жизни, но которые смогли чего-то добиться. Мне правда так кажется. Вы уважаете тех, кто в жизни занимается действительно чем-то важным. Я очень серьезно отношусь к своей работе, выкладываюсь на полную катушку, за это меня и любят. Я защищаю свои ценности, вы их разделяете, получается, что я защищаю ваши ценности тоже.

 А вы не думали, что, получая российское гражданство, вам придется отказаться от того, чтобы быть резидентом США?

— Я вообще пока об этом не думал. Посмотрим, что будет дальше.

 Что вы думаете о жизни в России? Вы понимаете, что когда приезжаете сюда, то видите ненастоящую жизнь. Вы живете в дорогих отелях, вас возят на дорогущих машинах…

— Да везде есть что-то хорошее и что-то плохое, не только в России. Но здесь хорошего гораздо больше. Я имею в виду людей. Везде, где я был – а я был в Сибири, в Якутске, Владивостоке, Волгограде, не только в Москве – все примерно одинаковые. Очень холодно, но люди очень теплые. Поэтому даже когда на улице было холодно, мне все равно было тепло. Я ненавижу холод! Но в России мне на него наплевать.

 Вы следите за российской политикой, вам это интересно?

— Я считаю, что всегда есть вещи, которые можно улучшить. Важно, чтобы всегда был кто-то, кто бы предлагал новые идеи. Но я же вижу, что потихоньку ваша жизнь налаживается.  

 Насколько вы поддерживаете правительство Барака Обамы?

— Он очень старается, не могу сказать про него ничего плохого. Его очень многие ругают, я с ними не согласен. Он пришел при очень непростых обстоятельствах. Не могу ни одного плохого слова про него сказать, он делает все, что может.

 В 2003 году ходили разговоры о вашем возможном бое с Виталием Кличко. Знаете, чем он сейчас занимается?

— Конечно, знаю, политикой. Я никогда не собирался с ним драться.  Это были всего лишь слухи. Тогда я хотел драться с Майком Тайсоном. Это была моя цель. Если бы мне предложили бой с Виталием Кличко, я бы отказался. Зачем мне с ним драться? Он же гигант. Он мог меня побить. Мне бы это не понравилось.

 Совсем недавно в российской прессе на полном серьезе обсуждали третий бой между Тайсоном и Холифилдом, его хотел организовать бизнесмен Андрей Рябинский. Если бы у вас была возможность выйти против Тайсона сейчас, вы бы использовали ее?

— Да, конечно! Но я уверен, что он больше не будет драться.

 18 декабря вы должны были драться в США, в Пенсильвании. Вы отменили этой бои и приехали в Москву. Насколько больше денег вам предложили здесь?

— Деньги тут вообще не при чем. Разница настолько незначительная, что про нее и говорить-то смешно. Мне важнее то, как меня воспринимают в Америке и здесь. В Америке меня воспринимают как  нечто само собой разумеющееся. В России меня ценят гораздо больше. Именно поэтому я и приехал. 

 Вы не планируете в будущем бой против российского боксера?

— Это вполне возможно.

Против кого?

— Возможно, это будет реванш с Денисом Лебедевым. Это было бы неплохо. Если мне предложат такой бой, я, разумеется, соглашусь. Потому что я дерусь и из-за денег тоже. Люди меня часто спрашивают о Джеймсе Тони. Он не смог меня победить, может попытаться еще раз. На самом деле, все зависит от того, что скажут мои фаны в России. С кем они захотят, с тем я и буду драться. Мне по большому счету все равно.  В США я бы точно не стал драться с Джеймсом Тони. В России стал бы.

 В России у вас действительно очень много поклонников. А вы сами себя считаете великим боксером? Ставите себя в один ряд с Мухаммедом Али, например?

— И да, и нет. В вашей стране-то я вообще был пионером в боксе. Люди впервые увидели боксерские шоу, как раз когда смотрели бои Роя Джонса-младшего. Они росли на моих боях. Так что я, конечно же, легенда. Это глупо отрицать. Но в моей голове я должен заблокировать эту мысль. Иначе я не смогу работать дальше. Мне надо становиться лучше. А то так можно решить, что ты уже и так всего достиг, и скатиться в никуда. Если ты не будешь развиваться – на протяжении всей своей жизни – то убирайся отсюда. Здесь тебе нет места.

 Песню про Москву вы уже написали?

— У меня уже есть одна, она называется «Сердце чемпиона». В этот раз меня пригласили, поэтому я приехал в такие короткие сроки, что не успел ничего написать. Но я напишу еще – разумеется.

 Я хотела спросить вас про российских боксеров Руслана Проводникова и Сергея Ковалева. Вы же комментировали их бои на HBO. И вообще, кто лучший российский боксер на данный момент?

— Их очень много.  Мне хочется, чтобы Ковалев подрался с канадцем Адонисом Стивенсоном. Я смотрел его бой пару недель назад, он просто поразил меня. При этом, когда они оба были любителями, Стивенс все время его побеждал.  Вообще, Ковалев и Проводников сделали в этом году огромный шаг вперед.

 Вы не только боксер, рэппер, но еще и актер. Где вы снимались в последний раз?

— Мой последний фильм называется «Реванш», он вышел на экраны 25 декабря, в Рождество. Там играют Де Ниро и Сталлоне, это очень клевое кино. Ну и сейчас у меня есть несколько новых предложений, мне нравится сниматься.

У Майка Тайсона дома живет тигр. У вас, может быть, тоже есть экзотические животные?

— У меня только куры, собака, лошади, коровы. Тигра нет.

 Так вы на ферме, что ли живете?

— Да, на ферме.

 Когда вы приезжали в Москву в прошлый раз, то брали с собой жену. В этот раз она не приехала. Здесь столько соблазнов, как это она вас отпустила?

— Да не, вообще нормально. Я делаю, что хочу. Захотел и приехал.

 А сколько у вас детей?

— Шестеро. Старшему сыну, 22, он менеджер. Другой – водопроводчик.  У меня еще есть 14-летний сын, он занимается баскетболом. Он будет великим, вот увидите. Моя девятилетняя дочь занимается футболом, а семилетняя танцует в группе поддержки. Еще у меня есть сын, которому всего пять.

 Ваш сын, который занимается баскетболом… У вас есть мечта, чтобы он играл в НБА?

— Он будет играть либо в НБА, либо в чемпионате России по баскетболу.

 Ваш отец тоже был профессиональным боксером,  но не таким успешным, как вы. Он сильно давил на вас?

— Очень сильно.

 Вы не давите на своих детей? Особенно на того, кто занимается баскетболом?

— Нет, отец давил на меня так сильно, что сейчас мы с ним больше не общаемся. Слишком сильна обида. Я не хочу, чтобы что-то подобное произошло с моими детьми. Так что я  совсем на них не давлю. У нас прекрасные отношения, и у них между собой тоже. Я стараюсь быть для них другом. Они могут попросить у меня все, что  им нужно, они могут поговорить со мной в любой момент. Именно так, на мой взгляд, и должны строиться отношения между детьми и их родителями. Я не могу сказать, что мы с отцом ненавидим друг друга, и все же.. Его всегда интересовал только бокс, он никогда не смотрел мне в глаза.

 Правда ли, что вы  хотите подраться с Андерсоном Сильвой в UFC, в смешанных единоборствах?

— Нет.

 Это всего лишь слухи?

— Нет, это не слухи. Это он хочет выйти на ринг и боксировать против меня.

 Так это меняет дело.

— Вы поймите, я лучший боксер в мире. Мне понятно его желание. Ему интересно. Если со мной кто-то хочет боксировать, то я только за.  Я могу надрать задницу любому.

 Мне даже страшно стало.

— Он хочет боксировать? Да пожалуйста.

 Сколько лет вы еще хотите оставаться в боксе?

— Один или два. На следующий год у меня очень большие планы.

 А что вы будете делать потом?

— Я хочу тренировать. Хочу сниматься в фильмах и хочу больше комментировать бокс на ТВ. Возможно,  стану промоутером. Я бы хотел открыть академии бокса Роя Джонса по всему миру. Мне бы хотелось передать свой опыт как можно большему  количеству людей.

 Вам не кажется, что вам немного не повезло? Если бы у вас был выдающийся промоутер – Дон Кинг, Боб Арум, то вы бы провели действительно великие бои, которые бы вошли в историю? Да и денег вы бы больше заработали.

— Нет, я всем доволен. Возьмите Пакьяо. Налоговая полиция Филиппин требует от него 50 миллионов долларов, американская – 18. Сейчас он понял, что должен все свои дела вести сам, решать с кем драться или нет, он тоже должен сам. Несмотря на мнение его промоутера Боба Арума. Большие деньги – это очень большие проблемы. Я рад, что я не попал к большим промоутерам в свое время. Наоборот, я показывал людям, что можно и нужно все делать самому. Если бы у меня была возможность вернуться в прошлое и что-то изменить, я бы сделал то же самое.

 Пару слов о вашем следующем бое, против Зин-Эддина Бенмаклуфа.

— Ну он думает, что у него получится меня расстроить. А это вообще не так. Он думает, что он сможет побить самого Роя Джонса , это его мечта. Но не тут-то было . Игры закончились.

 Кто самый лучший боксер вот сейчас?

— Я, Флойд Мейвезер, Геннадий Головкин, Сергей Ковалев.

 Ну а лучший-то кто?

— Я.