Поддержать программу

Дневники Берлинале: фильм, который «было бы полезно посмотреть Трампу, чтобы он узнал про Путина»

Денис Катаев о документальной ленте про Олега Сенцова и сербском артхаусе от Александра Роднянского
Ведущие:
Денис Катаев
2 940
0

Комментирование доступно только подписчикам.
Оформить подписку

К фильму про Олега Сенцова в Берлине относятся с пристальным вниманием. Его премьера приурочена к 30-летию Европейской киноакадемии, которая призвала российские власти немедленно выпустить его на свободу. Польский режиссер Агнешка Холланд, чей фильм тоже представлен в конкурсе Берлинале, назвала его жертвой политического преследования в России. На официальной премьере съемочную группу сопровождал лично директор Берлинале Дитер Косслик.

Сам фильм — это еще один портрет слишком свободного человека, который отлично вписывается в компанию к одноименной ленте про Бориса Немцова, которая скоро выходит в российский прокат. Неслучайно и в этой ленте про Сенцова возникает эпизод с маршем памяти Немцова. Сенцов же здесь глазами родственников, адвоката, архивных съемок и следственных записей ФСБ передан как несломленный герой, невинная сакральная жертва авторитарного режима, которая не сдастся без бою. Солидарность с ним здесь же выражают ведущие киноматографисты, от Вендерса до Сокурова. И снова про то,как оставаться человеком даже в самой безысходной ситуации, за решеткой. Тебе объявляют приговор, а ты смеешься, потому что страх — самое главное зло, как говорит в фильме сам Олег Сенцов в своем последнем слове, самой эмоциональной части картины. Это послание, которое передается российской части аудитории, пример всем смирившимся и отчаявшимся. «Они думают, что ничего нельзя изменить, что все будет как есть, что систему не сломаешь… Единственное, что я могу пожелать этой информированной части населения России, – научиться не бояться!» - говорит Сенцов. А это и есть манифест, который представляет Аскольд Куров. То же самое произносит и сын режиссера: «терпеть, главное — терпеть» Терпеть, в смысле выстоять, но не терпеть унижение. Вот и главный посыл. А еще это, конечно, очередной эмоциональный призыв к гуманизму, то, о чем так по-русски, по-христиански Сокуров просил Путина на том знаменитом заседании. Но услышит ли его кто-нибудь, пока непонятно, о прокате фильма в России пока ничего известно. Хотя автор, естественно, надеется показать его соотечественникам.

Этот реквием — сказочная и очень витальная притча про любовь к жизни в обертке мрачного трагифарса. Женщина средних лет, безработная мать двоих детей, впадает в депрессию после смерти мужа, военного музыканта. Дети на нее кричат и не замечают, сама она превратилась в серую мышь, а жизнь потеряла всякий смысл. Потому остается одно — самоубийство. На приготовление — всего неделя. Решение принято в понедельник, а в пятницу она должна умереть. Но такое фатальное решение оборачивается фантасмагорической одиссеей в кафкианском стиле, то есть очередным кошмарным похождением по постсоветским реалиям, в котором и помереть спокойно не получится, сначала заполучи нужную бумажку о том, что еще жив. Никакого отчаяния, только черный юмор, который и побеждает уныние. Вот она имя свое на могиле уже выбила и дату поставила, и последнюю сигарету купила и пивом для смелости запаслась, правда, все это в долг, потому что даже на это денег не нет. Осталось только понять как. Добрый человек предлагает заменить пулю по гуманным соображениям на барбитурат и амфитамины, но чтобы выписать лекарства, придется пройти все круги так знакомого нам бюрократического и коррупционного ада. Чтобы получить нужный рецепт, надо бы сначала разобраться в прошлом и как-то наладить отношения с близкими. Очень смешное и одновременно отчаянное кино в итоге оказывается очередной очень грустной социальной зарисовкой не про смерть, а про жизнь, в которую надо верить. Так что в итоге надежда на возрождение даже в таких серых декорациях спальных районов побеждает. Финальная песня главной героини как искупление и решение всех проблем возносится над этой рутиной и депрессией, и все, даже самые безликие персонажи, как, например, вечно молчащая и никому не нужная бабушка, тоже оживают. А в ее глазах есть огонь. И желание жить вопреки. Единственный раз, когда героиня наряжается и приходит в себя, это и есть день ее самоубийства. Эта сербская камерная и жутко социальная история в итоге оказывается такой же мощной по посылу, как и соседнее румынское кино. Потому Александр Роднянский и решил помочь своим восточноевропейским коллегам закончить этот фильм и стал сопродюсером. Чутье не подвело.

На превью: кадр из фильма «Процесс»