Осторожно: ученые развенчивают главные мифы о вреде ГМО. Этот текст ведет к «мировому коллапсу, голоду и мраку»

Заметки
1 июля
12 856
18

В конце июня Госдума приняла закон, запрещающий выращивание в России генетически модифицированных растений и животных. Решение раскритиковали представители российского научного сообщества – вред ГМО научно не доказан ни одним исследованием. В разгар дискуссии больше сотни нобелевских лауреатов подписали письмо, в котором призвали прекратить кампанию против ГМО.

В то же время фермерский кооператив LavkaLavka в своем фейсбуке горячо поддержал новый закон, заявив, что «ГМО – это путь к мировому коллапсу, голоду и мраку». Последовавшую критику и обвинения в некомпетентности и мракобесии в LavkaLavka назвали спланированной информационной атакой, а противников нового закона обвинили чуть ли не в работе на международные корпорации. Все это спровоцировало новую дискуссию о вреде и пользе генной инженерии. 

Мы попросили Михаила Гельфанда, доктора биологических наук, профессора факультета биоинженерии и биоинформатики МГУ, члена Европейской Академии, и Александра Панчина, кандидата биологических наук и автора книги «Сумма биотехнологии. Руководство по борьбе с мифами о генетической модификации растений, животных и людей» прокомментировать самые распространенные мифы о ГМО.

«ГМО — это ненатурально, а значит вредно»

Александр Панчин:

«Идея, что натуральное полезно, а полезное — обязательно натурально, ошибочна, но она сильно засела в голове у людей. Бледная поганка, к примеру, совершенно натуральна, но есть ее не стоит. Или оспа —  натуральный патоген, который вызывает серьезные заболевания, а вакцина от оспы была придумана искусственно, чтобы оспу победить. Или вот хвалят натуральные органические продукты, которые возделываются на фермах, но при этом есть примеры массовых отравлений продуктами с таких ферм. Тысячи людей погибают от инфекционных заболеваний, вызванных совершенно натуральными патогенами, кишечными палочками и сальмонелами, а от «страшного ГМО» ни один человек не погиб.

В то же время есть масса примеров пользы ГМО с точки зрения потребителя. Например, помидоры, богатые антоцианами, веществами, содержащимися в чернике и в черной смородине. Эти вещества, по данным исследований, снижают риск раковых заболеваний и диабета. Другой известный пример полезного ГМО — золотой рис, богатый витамином А, который вывели специально, чтобы восполнить дефицит этого витамина у жителей развивающихся стран. Или картофель, который вырабатывает при обработке меньше канцерогенов. 

«ГМО вызывают аллергию, рак и бесплодие»

Михаил Гельфанд:

«В тезисе о том, что у человека может быть аллергия на генномодифицированный продукт, как и на любой другой, минимальный смысл. Такой пример был один — ген бразильского ореха пересадили в сою, чтобы она стала богаче жирами. И на эту сою могла быть аллергия у тех, кто чувствителен к бразильскому ореху. Если у человека есть аллергия на какой-то белок, а пересаженный ген кодирует этот белок, то аллергическая реакция будет и на новый продукт. 

Но поскольку эта проблема давно известна, при апробации сорта побочные эффекты проверяются: этот сорт сои с геном ореха не прошел проверку. Есть и обратный эффект. Представим, что у кого-то аллергия на яблоки, на конкретный белок, который в них содержится. Соответственно, если удалить гены, которые кодируют этот белок, то получится неалергенный сорт яблок, люди его смогут есть.

То, что ГМО провоцируют развитие рака — бессмысленное вранье, которое распространяют недобросовестные люди. Нет никаких научных свидетельств этого, и, наоборот, есть и экспериментальные и наблюдательные работы, в которых показано, что употребление ГМО к раку не ведет. 

Откуда эта легенда взялась? Есть два источника. Во-первых, исследование — статья Жиль-Эрика Сералини в журнале Food and Chemical Toxicology. Он кормил крыс генномодифицированной кукурузой, и у них появилась опухоль. Работа была сделана на низком научном уровне, и статья была в итоге отозвана из журнала, ее раскритиковали в научном сообществе. Дело в том, что Сералини работал с линией крыс Sprague-Dawley, которая выведена специально, чтобы исследовать на них противоопухолевые препараты, у этих крыс вырастают опухоли вне зависимости от того, чем их кормить. Но по телевидению или в интернете любят показывать фотографии этих крыс с опухолями в качестве доказательств того, что употребление ГМО ведет к раку. 

Второй источник — лекции Ирины Ермаковой [российский биолог]. В каких-то вариантах генной инженерии использовалась агробактерия, которая показалась удобным механизмом генетических манипуляций с растениями. Эта бактерия у растений вызывает разрастания, которых выглядят как шишки на стеблях, похожие на опухоли. Ермакова показывает картинки с этими растениями и пытается доказать, что те сорта, которые получены при помощи этой бактерии, будут вызывать опухоли и у животных. Но разрастания в растениях ничего общего с онкологическими опухолями не имеют, у растений вообще не бывает раковых опухолей. 

Вероятно, заблуждение о том, что ГМО могут вызвать бесплодие, основано на опытах на крысах той же Ирины Ермаковой. Про эти опыты нужно понимать, что они не были опубликованы ни в одном серьезном научном журнале. Есть напротив довольно много опытов, которые проводились над существующими генно-модифицированными сортами, когда кроликов и грызунов наблюдали в нескольких поколениях. Никакого бесплодия не было зафиксировано. 

«Поля с ГМ-продуктами обрабатывают токсинами (гербицидами), есть такие продукты нельзя»

Михаил Гельфанд:

«Есть статистика, что доля гербицидов [химические вещества, применяемые для уничтожения сорняков] на полях с ГМО и на полях без ГМО примерно одинаковая. А вот употребление пестицидов на полях с ГМО в среднем на 40% меньше, и это заметно еще и потому, что биоразнообразие на полях с ГМО выше, чем на обычных, потому, что меньше «химии» льют. А употребление в пищу продуктов с пестицидами для человека гораздо хуже, чем с гербицидами: больше шансов, что от них будет какой-то вред.

Александр Панчин:

«Даже в так называемом органическом хозяйстве используются гербициды. Гербициды, которыми поливают поля с ГМО, не опаснее тех, которые используются в других видах сельского хозяйства».

 

«ГМО вредны для окружающей среды»

Александр Панчин:

«Самый большой вред, который среде наносит сельское хозяйство — это превращение естественных экосистем в пахотные земли из-за роста населения. Например, было болотце со своей живностью — лягушками, например, это была их природная экосистема. Болото высушили, экосистему разрушили, превратили в сельскохозяйственные земли. А вот генная инженерия в том числе позволяет экономить пространство, повышая урожайность одного участка земли. Есть масса применений генной инженерии для защиты окружающей среды. Это можно было бы использовать, если не было бы сильного движения «зеленых» против генной модификации». 

Михаил Гельфанд:

«Вполне вероятно, что выращивание ГМО может негативно повлиять на какие-то виды насекомых. Но пока что все публикации, даже в приличных журналах, про отрицательное влияние ГМО на насекомых, в итоге не находили подтверждения. Поднимался шум в прессе и среди «зеленых», а потом выходило несколько статей о том, что этот эффект не подтвердился: что-то не учли или плохо посчитали. Но само опровержение уже это сенсацией не становилось про это уже так активно не писали».

«Все исследования о безвредности генной инженерии куплены крупными производителями ГМО-семян» 

Александр Панчин:

«Нужно понимать, что ГМО — это не только транснациональные корпорации. В России, Китае, Иране, в Великобритании и вообще в любой нормальной стране есть ученые, которые занимаются разработкой ГМО, и далеко не все из них работают на корпорации. 

Многие из исследований о пользе или вреде ГМО проводятся за государственный счет. В России НИИ питания РАН проведено больше десятка исследований на средства из государственного бюджета, а не на деньги производителей семян. Есть документ Еврокомиссии, в котором представлены результаты более чем десяти исследований о влиянии ГМО на организм и окружающую среду. Сотни ученых вместе работали и пришли к выводу, что ГМО не опаснее, чем их аналоги. Вообще вся современная молекулярная генетика говорит, что никаких принципиальных отличий между ГМО и не-ГМО нет. Гены есть во всех живых организмах». 

«В конце-концов вред ГМО доказан множеством исследований»

Михаил Гельфанд:

«Нет никаких свидетельств вреда ГМО. В культуру вредные сорта не попадают. Проходят очень жесткие испытания, генно-модифицированные продукты строго лицензируются. К тому же, это целенаправленные изменения и последствия предсказуемы, вероятность того, что случайно в потребление попадет вредный продукт, ничтожно мала».

Александр Панчин:

«Ни одна серьезная научная организация не считает ГМО опаснее аналогов. Единственное, что перспективно обсуждать сейчас — то, какие ГМО» были бы полезны потребителю. И что нам нужно делать дальше, какие новые модификации нам нужны и что нужно сделать такого, чтобы они эффективно попадали на рынок. Чтобы они были хорошие, нравились всем и народ их не боялся». 

Фото: depositphotos

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.