Павленский: «Я требую обвинять меня в терроризме».

А также главред МК Гусев и блогер Варламов о том, как вести себя журналистам во время освещения таких акций
Вечернее шоу Здесь и сейчас
11 ноября 2015
Поддержать программу
Поделиться
Вы смотрите демо-версию ролика, полная версия доступна только подписчикам
Скидка 16%
4 800 / год
5 760
Попробуй Дождь
480 / месяц
Уже подписчик? Войти Купить подписку

Комментарии

Скрыть

Есть подозреваемые в организации акции художника Павленского. И это не сам художник Павленский, а блогер Илья Варламов. Проверить его на экстремизм попросил до сих пор не известный широкой общественности член «Единой России», глава муниципального округа Бабушкинский Алексей Лисовенко. Муниципальный чиновник написал сегодня, 10 ноября, об этом на своей странице в Facebook.

Чепель: Павел Николаевич, где кончается работа журналиста и в какой момент журналист становится соучастником мероприятия, которое в дальнейшем может быть признано противоправным?

Гусев: Я бы слово экстремизм убрал бы полностью из действий журналистов, которые находятся при выполнении своих служебных обязанностей. Дальше наступает очень тонкий момент: является ли он соучастником или же он выполняет свой профессиональный долг. Это очень тонкий и важный момент, и здесь, к сожалению, всегда возможны, я думаю, действия, направленные против журналистов, структурами, которые занимаются правопорядком или следователями, или различными силовыми структурами. Дело в том, что Павленский, которого я не считаю художником, он — человек-мазохист, я бы его назвал…

Макеева: Но эта, наверное, для отдельной дискуссии тема в данном случае.

Гусев: Да. Вы знаете, вы видели хоть одну картину Павленского?

Макеева: Художник не только тот, кто пишет картины. Я не хочу даже сейчас начинать эту тему, не суть. Есть такое общественное явление, которое активно обсуждается, и мы его тут же начали обсуждать.

Гусев: И я тоже не хочу, но тем не менее. Хорошо, так каждый может назвать себя гением, неважно. Он человек-мазохист, который то приколачивает, то зашивает, то еще что-то, протестует — все это замечательно. Вы знаете, для меня идеалом являются ребята, вышедшие, когда в Чехию вошли наши войска, на Красную площадь, приковали себя и оставили навсегда в истории Советского союза след как диссиденты, как люди, которые отстаивали права человека, как люди, которые пронесли знамя борьбы именно с тем режимом, уехали, вынуждены были уехать, работали...

Макеева: Минуточку, кто-то из них сначала отсидел, а кто-то отлежал в психушке. Их называли больными и все такое.

Гусев: Это понятно. Я же пропускаю этот момент, вы все правильно добавляете. Так можно рассказывать, если по каждой минуте, то они много всего еще делали, но они оставили свой след в истории диссидентства. Этот человек — мазохист, он издевается все время над своим телом, это очень важно.

Макеева: Надо это освещать? Это ваша оценка, да, но надо ли это освещать?

Гусев: Подождите, вы журналист, я журналист 33 года, главный редактор, поэтому вы меня все время пытаетесь поправить, каким я должен быть и как я должен отвечать.

Полный текст доступен только нашим подписчикам
Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.