Михаил Барщевский про необходимость сообщать властям о двойном гражданстве: это очень удобно для налогообложения

ONLINE
31 марта 2014
Поддержать программу
Поделиться
Часть 1 (26:07)
Часть 2 (14:43)
Ведущие:
Тимур Олевский

Комментарии

Скрыть

В вечернем шоу Online Тимур Олевский обсудил с юристом-экспертом Михаилом Барщевским и правозащитником Павлом Чиковым законопроект об уголовной ответственности за сокрытие двойного гражданства.

Олевский: Михаил Юрьевич, вы могли бы объяснить, что такое двойное гражданство? Почему, как вам кажется, есть необходимость, чтобы граждане, которые имеют несколько паспортов, куда-то об этом сообщали?

Барщевский: Почему вы решили, что мне кажется, что об этом нужно сообщать?

Олевский: А вы считаете, что не нужно?

Барщевский: Вы просто заранее предвосхитили мою позицию. Прежде всего, я хочу объяснить, что я выступаю перед вашей аудиторией не в качестве полпреда правительства, а в индивидуальном качестве.

Олевский: Как эксперт-юрист, да.

Барщевский: Да, излагаю юридическую точку зрения. Прежде всего, давайте разберемся, то, что предлагает Луговой, это уголовная ответственность, насколько я понимаю, Клишас – это административная ответственность. Думаю, что проект Лугавого запущен, чтобы проект Клишаса легче прошел. Не думаю, что кто-то всерьез будет говорить об уголовной ответственности. Но главное – надо понять за что. За факт двойного гражданства или за сокрытие двойного гражданства, потому что вводить ответственность за двойное гражданство в принципе по нашим законам можно, но думаю, что это нецелесообразно. А вот вводить ответственность за сокрытие двойного гражданства, с моей точки зрения, вполне было бы можно.

Вопрос можно или нужно я сейчас не обсуждаю. Но юридически можно, потому что российское законодательство разрешает двойное гражданство только в отношении тех государств, с которыми у нас подписан договор о признании двойного гражданства. Такой договор, как я помню, есть у нас только с Туркменистаном или с Таджикистаном, могу путать.

Олевский: По-моему, с Туркменистаном.

Барщевский: Люди, имеющие гражданство Туркменистана, имеют право иметь  российское гражданство и наоборот. В отношении всех остальных и так уже наш закон не разрешает двойное гражданство. Та формула, которая написана в законе, она не разрешает двойное гражданство. На это 20 лет все смотрят сквозь пальцы. Правда, надо заметить, что не так давно в законе о госслужбе и соседствующих нормативных актах появились прямые запреты на государственную муниципальную службу для лиц, имеющих двойное гражданство. Что, в общем, вполне объяснимо, потому что, когда человек работает на государство, является государственным служащим, развивается его особая лояльность, то есть отсутствие второго гражданства, иначе непонятно, на какое же государство он работает. Такой запрет есть, и он, с моей точки зрения, реально обоснован.

А вот теперь возникает вопрос: в чем проблема, что, скажем, школьная учительница или врач или журналист имеет двойное гражданство. Кому от этого плохо? Я уже не говорю про индивидуального предпринимателя, у которого ларек на каком-то рынке. Вот тут, мне кажется, что если мы ищем «пятую колонну» или создаем видимость «пятой колонны», то это не тот путь. Если «пятая колонна» и есть, то она в другом месте находится.

Олевский: Это удобный способ для поиска: раз у тебя есть паспорт, значит, ты, наверное, не очень лояльный гражданин.

Барщевский: Не думаю, что об этом идет речь. У меня есть несколько знакомых, у которых есть двойное гражданство, но они являются гораздо большими патриотами России, чем те, у кого только российское гражданство. Так опыт показывает. И очень многие те, кто уехал из России в начале 90-х, по крайней мере, подавляющее большинство интеллигенции, кто уехал в начале 90-х, не отказываясь от российского гражданства, получили гражданство американское, австралийское, канадское, европейское, подавляющее большинство из них – 99,9% – сегодня живут опять в России и весьма патриотично настроены.

Олевский: С юридической точки зрения, если российское законодательство не разрешает двойное или второе гражданство, насколько я понимаю, это несколько разные вещи, если оно не разрешает, и появляется закон, который обязывает людей об этом сообщать, то в некотором смысле такие люди на таком крючке оказываются. А уже как дернут за этот крючок и в какой момент, это, называется, остается на воле государства самого.

Барщевский: А вы что, полагаете, что наши спецслужбы и так не знают, у кого двойное гражданство?

Олевский: Я уверен, что знают. Тем более есть очень много анкет, в которых необходимо это отмечать.

Барщевский: Абсолютно. Я думаю, что здравое зерно во всем этом в другой плоскости лежит – в налоговой. Об этом еще никто не говорит, а на самом деле двойное гражданство очень удобно с точки зрения налогообложения. Для кого-то очень удобно, а для тех, у кого американское гражданство – второе, оно неудобно, потому что граждане Америки являются, что называется worldwide taxpayers, то есть они обязаны платить налоги в Америке из всех доходов, полученных в любой точке мира вне зависимости дней, пробытых на территории США или в другой стране. Например, человек, имеющий американское гражданство и 365 дней находящийся в России, получающий зарплату в России, должен платить налоги в Америке.

Олевский: В отличие от граждан Франции, которые иногда получают российские паспорта и могут не платить налог, если там не живут.

Барщевский: Да, но меньше 183 дней, там правило 183 дней. Поэтому если брать юридический смысл, то юридический смысл в декларировании второго гражданства заключается в чистоте налогообложения. С политической точки зрения мы с вами знаем, что ни на госслужбу, ни в политику с двойным гражданством пройти невозможно. Поэтому лично у меня ощущение, что это такая немножко пиаровская акция, не несущая особой смысловой нагрузки. Другое дело, что надо понимать, что сегодня происходит достаточно резкая поляризация в обществе, причем не бедные против богатых, интеллигенция против простолюдинов, а внутри сообщества.

Олевский: Меня это лично очень тревожит. Мне кажется, что это самое неприятное, что может с нашим обществом происходить.

Барщевский: Я совершенно согласен. Это реально очень большая опасность, опасность не только для микро, но и для макроклимата в стране, потому что, конечно, да, патриотический подъем, который был связан с Олимпиадой, с Крымом – это все прекрасно, я двумя руками за, но при этом не надо искать врагов внутри самих себя. Да, они есть, но они всегда были известны. По делам надо судить, а не по гражданству. Известный факт, что у Познера три гражданства: и американское, и французское и российское.

Олевский: Просто возникает ощущение, что если вопрос ставится именно так, как Андрей Луговой его ставит, и как обсуждается в прессе, то уже как бы предлагается аудитории, которая это читает, воспринимать людей с двойным гражданством с некоторым недоверием. Может быть, я параноик, но я, вспоминая жизнь в Советском союзе, могу сказать, после того, как я прочитал, мне сразу кажется, что, наверное, они не очень хорошие люди или та ли у них пуговка пришита, не шпионы ли они.

Барщевский: Да-да. Не могу исключить такой реакции у большого количества людей. Я хочу закончить с Познером. Я не знаю на нашем телевидении более большего, искреннего, уверенного патриота России, чем Познер. Хотя французское и американское гражданство совершенно ему не мешает в этом. Другое дело, если человек на госслужбе, тут вопросов нет. На госслужбе ты должен быть вне подозрений и вне возможности вербовки.

Фото: Официальный сайт коллегии адвокатов "Барщевский и партнеры"

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.