«Это унизительная процедура, как желтую звезду на рукав нашить». Блогер Антон Носик, певица Любовь Успенская и юрист Елена Лукьянова о двойном гражданстве

ONLINE
6 октября 2014
Поддержать программу
Поделиться
Часть 1 (31:57)
Часть 2 (14:24)
Ведущие:
Дмитрий Казнин

Комментарии

Скрыть

В связи с законом об обязательном уведомлении о двойном гражданстве в субботу, 4 октября, миллионы россиян должны были отчитаться о наличии второго гражданства. На самом же деле отчитались меньше пятидесяти тысяч.

Чего боятся космополиты, что заставляет людей скрываться и скрывать - Дмитрий Казнин обсудил с юристом Еленой Лукьяновой, блогером Антоном Носиком, певицей Любовью Успенской и зрителями Дождя.

Казнин: Скажите, вы уведомили российское государство о двойном гражданстве?

Носик: Да. Попробовал бы я этого не сделать.

Казнин: Но большинство не сделало этого.

Носик: Может, у большинства нет еврейской мамы, которая звонит и выносит мозг: «Ты уже зарегистрировался? Ты это уже сделал? Они же привлекут тебя к уголовной ответственности, они же оштрафуют тебя на 200 тысяч рублей». Если бы эти решения мог бы принимать в одиночку, конечно, я бы показал им средний палец. Но поскольку мама беспокоится, я же не могу маму беспокоить из-за каких-то ублюдков.

Казнин: А как вы это сделали – вы куда-то написали или запрос отправили, пришли своими ногами в какое-то региональное отделение?

Носик: Я не понимаю, зачем туда ходить, если оттуда есть сообщения о хамстве, о том, что людей разворачивают, к людям цепляются, большие очереди. Зачем туда ходить? Есть же интернет, там описаны впечатления разных людей. Люди приходят на почту, там 1-2 человека у окошка, там выдают все бланки, там ксерят все документы, которые вы принесли с собой. Вы заполняете эти 8 бумажек от руки, платите 400 рублей или 433 рубля, если вам нужно много ксерить. И все, дальше это уже не ваша проблема.

Казнин: На ваш взгляд, мотивация тех, кто это не сделал, она какая-то одна? То есть почему люди не уведомляют государство? Обещают проблемы ведь.

Носик: У нас, во-первых, нет с вами сведений о том, какое количество людей уведомило государство.

Казнин: Примерно есть.

Носик: Нет. Я вам объясню почему. Понимаете, поскольку это действие не направлено ни на какой осмысленный результат, как сбор информации государству, то эта деятельность… Вообще прописана процедура максимально криворуко, потому что если бы государство действительно хотело бы знать о людях, собрать информацию, то сначала бы написали базу данных, потом через портал госуслуг отрыли бы к ней доступ. И в ту секунду, как я заполнил в единственном экземпляре три поля – данные российского паспорта, данные израильского и еще что-нибудь – ID госуслуг, в эту секунду у государства появлялась бы информация о том, что есть такой гражданин, у которого российский паспорт такой-то, а израильский такой-то.

Что сделано? Сделана ситуация, когда огромное количество народу создает огромное количество рукописных бумаг. В общей сложности людей, которые могли бы быть обязаны декларировать в России, их примерно миллионов 10. Люди эти генерируют каждый ворох бумаг, этот ворох бумаг в запечатанном виде, в рукописном отправляется по почте в отделение ФМС. Допустим, каждый пятый из тех, кто обязан, это два миллиона.

Вы понимаете, что такое разобрать два миллиона разных стопок бумаг, не увеличивая штата? Вы можете в часах эту трудозатрату посчитать? Это полный бред, абсурд и нелепость. Информация эта вообще никому на свете не нужна, эта информация в виде конвертов запечатанных в ФМС в комнате будет храниться месяцами или годами, потому что это сделано для 2014 года абсолютно неприлично допотопным способом.

Вы знаете, государство Израиль фиксировало всех въезжающих и выезжающих из него в единой компьютерной базе в 1989 году, когда я впервые туда попал. У чиновницы в израильском МВД, у тетки, бабульки перед глазами был компьютер допотопный с текстовым режимом, 8 колонок на 23 строчки, и там были отметки о всех пересечениях границ Израиля. Это был 1989 год, это было хороших четверть века тому назад. У нас сейчас мы пишем 8 бумажек от руки для того, чтобы послать это уведомление, а потом кто-то должен будет это разбирать и вбивать в какую-то базу. Причем я полагаю, что этой базы еще не существует, в которую эта информация будет вноситься.

Еще отдельно нужно найти, кого нанять, чтобы правильно откатил и занес, чтобы правильно он эту базу написал. И тогда только эта информация начнет вводиться. На сегодняшний день в государстве российском нет никакого способа знать ни про кого, подал – не подал это уведомление, потому что изначально государство российское не знает, кто обязан подавать, а кто не обязан. Может, я вышел из гражданства уже давно, они же за этим следить не могут.

Казнин: Получается, что в самой идее вы видите здравый смысл, если бы это все было сделано по-другому? Ведь это, правда, конфликт интересов для госслужащих, например?

Носик: Нет, я не вижу в этой идее здравого смысла, когда мы не ограничиваем ее случаями, которые мы в состоянии объяснить. Если мы говорим о каких-то государственных интересах, государственной тайне, должностном лице в государстве, выбранной должности и так далее, тут действительно есть конфликт интересов. И есть мировая цивилизованная практика, как этот вопрос решается. Если же мы говорим, что просто любой человек, любое частное лицо, в том числе ребенок, в том числе домохозяйка, обязан под страхом уголовного преследования пойти и на себя заявить, то это на самом деле просто привет из немецко-фашистской Германии, это 23 июля 1938 году Вильгельм Фрик, рейхсляйтер и министр внутренних дел издал постановление, которое обязывало евреев пойти и заявить на себя в органы внутренних дел, срок был 1 октября.

У нас бы тоже был срок 1 октября, потому что 1 августа этот закон вошел, и 60 дней, которые он давал, это было бы 1 октября. Просто у нас такой бардак, которого никогда не было в фашистской Германии, поэтому они 1 августа не были готовы с формой уведомления, они из-за этого подвинули срок, а то было бы у нас кругленько все, как у наших учителей. Это просто пойти и заявить о себе – унизительная процедура, такая, как желтую звезду себе на рукав нашить.

Никакой смысловой нагрузки в ней нет, никакого легитимного интереса у государства знать, у кого из граждан есть вид на жительство, не существует. Какая разница? Сегодня он есть, завтра его нет, послезавтра может любой пойти и получить. Почему государство хочет об этом узнавать в ту же секунду? Наше государство существует больше 23 лет в нынешней юридической форме, за эти 23 года возникла хоть одна проблема у России с тем, что у кого-то из ее граждан есть вид на жительство?

Казнин: Риторический вопрос.

Носик: Боюсь, да. 

Фото: www.facebook.com/nossik

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.