Туркот: "Денег не так много"

Деньги
16 июня 2011
Поддержать программу
Ведущие:
Игорь Иванов

Комментарии

Скрыть

Специальный выпуск программы ДЕНЬГИ с Международного экономического форума. В гостях Александр Туркот, исполнительный директор IT-кластера Сколково.

Говорят о том, как работает фонд "Сколково", откуда берутся проекты для финансирования, лопнет ли новый интернет-пузырь.

Иванов: Последняя новость на сегодня – это отставка губернатора Тверской области Зеленина. Что вы думаете об этом? Отставка произошла с формулировкой «по недоверию», как был уволен в свое время Юрий Лужков. Но он, правда, без телесюжетов.

Туркот: Честно говоря, для меня это полнейший сюрприз и неожиданность, конечно. Даже не знаю, как комментировать, давайте послушаем профессиональных комментаторов, через какое-то время узнаем новости. Я очень удивлен.

Иванов: Как и все мы. Если говорить о «Сколково», о том, чем вы непосредственно занимаетесь каждый день, вот такой вопрос: если я правильно понимаю, была утверждена концепция развития IT-кластера. Иными словами, понятно, на что вы будете давать деньги. И собственно – на что?

Туркот: Давать деньги и на что – я не хотел бы сейчас перечислять, загибать пальцы. На нашем стенде перечислены примерно более-менее те направления, которые мы считаем перспективными с точки зрения будущего развития «Сколково» инновационного. Вся эта информация есть у нас на сайте, то есть просто даже времени не хватит. Их числом сегодня 15, этих направлений. Но это не значит, что этот список закрыт на века или на годы. Мы понимаем, как быстро меняется наша индустрия. То, что вчера казалось сверхажным, сверхмодным и сверхгорячим, завтра может оказаться пузырем. И наоборот – через полгода вдруг могут всплыть какие-то новые очень интересные темы, поэтому список является ориентиром, мы все время будем его апгрейдить.

Иванов: Каков у вас бюджет на инвестиции? Могли бы вы все-таки выделить 2-3 самых важных, интересных, на ваш взгляд, направления?

Туркот: Мог бы, но не буду намеренно. Мы же все-таки не инвестиционный фонд, мы – структура стимулирующая и поддерживающая. И вот выбрав эти 15 направлений, мы будем стараться, чтобы все эти 15 направлений у нас развивались более-менее равномерно и никто не был обижен. В противном случае я сейчас выберу 2-3 направления и ухну туда весь наш бюджет, а все остальные останутся на бумаге. Это неправильно, неверно. Соответственно, будем стараться нашу корзину равномерно размещать. Это первая история. Вторая история – как, куда, во что и в каких объемах мы инвестируем. Тоже будем пытаться придерживаться некоего спектра - от компаний начинающих, в которых 2-3 студента на уровне салфеточном, до крупных проектов совместных с крупными западными или российскими игроками. Диапазон нашей финансовой поддержки будет колебаться от нескольких десятков тысяч долларов до, возможно, нескольких десятков миллионов долларов даже. Через средние компании, состоявшиеся, начинающие компании. Важно, чтобы в этих проектах была инновационная составляющая, чтобы был понятен горизонт коммерциализации этих разработок, на какой рынок и зачем это делается.

Иванов: Принято считать, что в России есть большие проблемы с серьезными идеями, нет хороших, коммерчески эффективных идей. Сталкиваетесь ли вы с этой проблемой?

Туркот: Это одна из точек зрения. Я сталкиваюсь с двумя точками зрения. Точка зрения начинающих предпринимателей в области хай-тека и IT особенно состоит в том, что у нас такие прекрасные идеи, а денег мы найти не можем. А другая точка зрения противоположная. Это большое количество инвестиционных фондов, частных ангелов – людей, которые с деньгами ходят по рынку и говорят: «Ребята, так вот же деньги». А идей нет, проектов нет. На самом деле, и одно не совсем верно, и другое не совсем верно: и денег не так много, и идей не так много. Но деньги есть, и идеи есть. Наша задача как раз и есть. Мы же не инвестируем и не входим в капитал компании, мы даем гранты. И вот эти гранты предназначены для того, чтобы, с одной стороны, этим ребятам позволить, не теряя доли в компании, продвинуться вперед, с другой стороны, инвесторам и рыночным деньгам поделить риски – то есть за меньшие деньги прийти с кем-то, кто позволит им эту рисковую зону преодолеть вначале.

Иванов: Вы говорите – не такие большие деньги, а все-таки какой бюджет находится в вашем распоряжении?

Туркот: Вопреки расхожему мнению, денег не так много, и так вот сеять налево и направо широкой горстью мы, к сожалению, не можем. Денег считанные десятки миллионов долларов, небольшие десятки миллионов долларов в год – это размер среднего или даже ниже среднего инвестиционного фонда. Мы планируем наш портфель, по нашим приблизительным расчетам, так, как дело развивается и продвигается сегодня, планируем к концу года раздать несколько десятков грантов в диапазоне от нескольких десятков тысяч долларов до нескольких миллионов долларов.

Иванов: А это бюджетные средства или средства частных инвесторов?

Туркот: Те средства, о которых говорю я, часть средств выделены государством на развитие фонда «Сколково». У каждого кластера есть свой непосредственный бюджет, который направлен на такую грантовую поддержку. Наши условия финансирования почти всегда таковы, что мы требуем внешних денег рыночных. Если к нам приходит проект и говорит, что ему нужно 5 тысяч человеко-часов и 5 тысяч кв. метров площади и $5 млн., мы смотрим на проект и говорим: «Да, хороший проект, мы вам дадим половину или 30% в виде гранта, но остальные деньги, пожалуйста, покажите свои». Важно, чтобы это деньги были умные рыночные – венчурных фондов, любых инвесторов, частных, банковские деньги. И мы тогда с удовольствием будем поддерживать.

Иванов: А ваши гранты не подразумевают возвратности?

Туркот: Не подразумевают.

Иванов: Бюджет дарит эти деньги предпринимателям?

Туркот: Совершенно точно.

Иванов: Нескольким десяткам проектов ежегодно.

Туркот: Да, на этот год несколько десятков. Дальше будет видно.

Иванов: Сейчас очень много говорят о том, что на рынке IT надувается новый пузырь. Известно, что капитализация Facebook-a, говорят уже о $100 млрд. Прослеживается такая периодичность, цикличность? Предыдущий пузырь сдулся в 2000 году, этот, вероятно, сдуется в ближайшие годы. Проекты, в которые вкладываете, которым дарите деньги вы, они как раз выйдут на коммерческую эффективность в межпузырье и, вероятно, будут не так инвестиционно эффективны вложения в них?

Туркот: Вы так аккуратно говорите – пузырь сдулся. Они не сдуваются, они лопаются в одночасье, оставляя массу пострадавших за собой, при этом частных людей, пенсионные фонды и т.д. Не нам анализировать, наверное. Действительно, я считаю, что во многом ситуация на сегодняшний день напоминает ситуацию конца 90-х. Произойдет ли такой однодневный взрыв, с чем это будет связано, не могу предугадать. То, что какие-то активы явно переоценены, то, что называется не надо быть макроэкономистом или доктором наук по экономике. Понятно, что по экономическим показателям компании простым множителем видно, что не может компания столько стоить. А когда они говорят: «А мы триллион будем стоить» - это разговоры, рассчитанные на тех, кто собственные денежки из кармана несет на биржу и вкладывает в такие компании. Я считаю, что перегрев определенный есть, не исключено, что не взорвется, а просто постепенно температура упадет, стоимость компаний по-другому будет рассчитываться. Что касается нас. Во-первых, IT – это не только интернет, а пузырь сегодня в первую очередь в интернет-зоне. У нас интернет – одно из наших направлений. Стараемся в те зоны, которые сегодня наиболее перегреты, оп нашему мнению, все-таки не идти.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия