Ярмольник и Тодоровский столкнулись с очередями в элитной школе, а соседний участок заполнили военные

Здесь и сейчас
4 марта 2012
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Мария Макеева

Комментарии

Скрыть
Корреспондент ДОЖДЯ сегодня также обошел несколько избирательных участков, но адресно посетил участки в элитных школах Москвы, начав со знаменитой школы №57.

Катаев: Я переживал, что не пошел наблюдателем, пришлось работать, но я совсем не пожалел. Хочу сказать, что посетил я, в первую очередь, элитную 57-ю московскую школу. Она, действительно, выглядит как образцово показательная: встречает музыка, на стенах висят творчества детей, которые там учатся. Это одна из частей 57-й школы, которая находится в районе Хамовники, там учатся первые классы, не старшеклассники, поэтому много всего детского я там увидел. Ну и, конечно же, отличается публика, которая голосует. В основном, я увидел интеллигентных бабушек в норковых шубах и солидных мужчин, которые проголосовали и явно пошли дальше работать. Я пришел туда посмотреть на каких-то элитных гостей, которые придут туда голосовать, но получилось так, что мы с Анной Монгайт стали свидетелями скандала. Там сотни людей не смогли проголосовать, потому что не были внесены в списки избирателей. В результате они были вынуждены стоять в часовой очереди. Многие скандалили и уходили.

Монгайт: Избирательный участок №175 в районе Хамовники славится своим высоким культурным уровнем. Здесь уже с утра поет Магомаев, сейчас мы слышим песню группы «Песняры» «Беловежская пуща». В этом районе очень много административных домов, связанных с Большим театром, с разными культурными учреждениями. Видимо, по традиции, им приятно послушать такой набор стабильных 70-х. А если зайти внутрь, там прекрасное художественное оформление 57-й школы, которая славится как самая престижная школа Москвы, и кто только ее не заканчивал.

Меня, конечно, поразила гигантская очередь людей, которые не внесены в списки. Как объясняют сотрудники избирательного участка, их не внесли в списки в управе, но парадоксально, что их большинство и очередь очень длинная, она идет крайне медленно и шансов проголосовать у них немного. Конечно, еще удивительно, что нет никакого разъяснительного материала по муниципальным выборам. Вот случайно я узнала, что, оказывается, можно проголосовать аж за пять человек.

- Граждане, которых нет в списках домовладений, мы ни в коем случае не будем ущемлять правами, они могут проголосовать, но внести в список их может только секретарь комиссии. Пожалуйста, наберитесь терпения.

Монгайт: Сколько вы стояли в очереди?

- Я только встал. Я не знаю, сколько люди простояли. Я уйду, просто не пойду голосовать и все.

Катаев: На этом участке голосовало много известных лиц. Я встретил там, в частности, доверенное лицо одного из кандидатов в президенты – Леонида Ярмольника.

Ярмольник: О какой честности, прозрачности можно говорить, когда налицо просто беспорядок? Если это сделано нарочно, то мы не имеем право верить честности и в правильности этих выборов. Я настолько поражен этой очередью в самом центре Москвы на своем участке, что я тогда не понимаю, как можно верить в то, что происходит в глубинке или в труднодоступных местах, или, скажем, где народ менее информирован, менее социально активен, если хотите. Что-то у нас все не так.

Катаев: Побывал на этих выборах впервые, как поделился с нами, и режиссер Валерий Тодоровский, который проживает в этом районе.

Тодоровский: Я не могу ничего ожидать, я не знаю, что в итоге получится. Я впервые за 20 лет пришел голосовать. Я пришел голосовать, потому что я понял, что, кажется, начинается какая-то жизнь, в которой от нас начинает что-то зависеть опять. Вот и все.

Катаев: Думал я пойти в другую элитную школу, как мне сказали: «Срочно идите на участок рядом, который расположен в здании «Росстройэкспорт» - там что-то такое невероятное происходит». Действительно, там выстроились толпы военных и люди, которые пришли также голосовать, просто не могли через них пробраться. Там был полный кавардак. Мы еле-еле зашли на этот участок.

Подскажите, из какой части?

- Нет, нельзя.

Степаненко: 50% этих людей нет в списках.

Катаев: А вы есть?

Степаненко: Мы в дополнительных.

Катаев: Вы проголосовали?

- Нет.

Степаненко: На прошлых выборах нас не было в списках.

Катаев: Почему?

Степаненко: Не знаю, нам не объяснили.

Катаев: Что делать будете?

Степаненко: Мы звонили независимому наблюдателю, но нам ответили, что все законно.

- Здесь аномальное количество людей, которых нет в списке, но у которых есть регистрация. Аномальное не потому, что мы ожидали или не ожидали, а потому что они должны были быть в списке.

- Нам приходится по 2-3 часа стоять для того, чтобы зафиксировать свое присутствие.

- Давно жду, часа 2, наверное.

Катаев: А было такое на думских выборах?

- Мы в другом месте по открепительному голосовали. Там такого не было.

Катаев: Действительно, там все люди стояли на ушах, в том числе и председатель этой участковой избирательной комиссии №177, которая расположена на Фрунзенской набережной, то есть, недалеко совсем от 57-й школы.

- Мы должны действовать в соответствии с законом. То есть, люди, конечно, хотят, чтобы было удобно. А иногда «удобно» - не всегда по закону. Это военная часть. Мы сами удивляемся, сколько тут народу.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.