Судей превращают в следователей. Госдума за, адвокаты – против

Здесь и сейчас
30 января 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

В Государственную думу внесен давно обещанный законопроект об объективной истине. На законодательном закреплении этого принципа настаивал глава Следственного комитета Александр Бастрыкин.  Смысл законопроекта таков: судья получит право сам доказывать, виновен подсудимый или нет, вне зависимости от выводов следствия и доводов защиты. 

В первую очередь здесь, очевидно, к законодателям возникает вопрос: а бывает ли, например, необъективная истина? Об этом ДОЖДЬ узнал у заслуженного юриста России, члена комитета ГД по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Юрия Синельщикова.

Юрий Синельщиков, член комитета ГД по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству: Объективная истина…Слово «объективная» здесь существенной роли не играет, это просто истина. Потому что есть истина, которая в мозгах у одного человека, он строит всякого рода силлогизмы и говорит: «Вот это истина». Объективная – та, которая подтверждена доказательствами, имеющимися в деле. Истина – это то, что было на самом деле. Это то, что существовало объективно, то, что существовало в реальной жизни. Закон-то нынче не требует этого,  а закон нынче говорит, что надо присоединиться к мнению одной из сторон, которые могут быть обе далеки от истины. Оба мнения могут быть далеки от истины. Вот о чем речь-то идет.

Статья 123 Конституции России гласит, что Судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. То есть на деле это должно происходить так: стороны обвинения и защиты представляют суду доказательства, соответственно, виновности и невиновности подсудимого. И судья, оценивая эти доказательства – их достоверность, качество, количество и так далее – принимает решение. То есть кто лучше доказал, тот и выиграл процесс. Именно этот принцип собственно отражает Фемида, взвешивающая представленные в суде факты.

Адвокат Мурад Мусаев рассказал ДОЖДЮ, как соотносится с конституционным принципом состязательности законопроект о поиске объективной истины:

Мурад Мусаев, адвокат: Что касается состязательности сторон, то я не могу сказать, что она на практике мешает нашим судам, потому что этот принцип де-факто игнорируется. Но они решили сделать уголовный процесс чисто инквизиционным. Это будет значить не то, что суд будет искать объективную истину. У него будут развязаны руки в том, чтобы, во-первых, поддерживать обвинение всеми средствами, то есть превращаться из арбитра в один из органов уголовного преследования. И, во-вторых, субъективно обосновывать приговоры, не концентрируя внимание на количестве и качестве исследуемых доказательств.

Истина – понятие философское. Искали ее многие философы, от Аристотеля до Декарта. Теперь решили поручить это российским судьям. Кроме принципа состязательности сторон, в этом случае им придется нарушить еще и презумпцию невиновности, полагает Федеральный судья в отставке Сергей Пашин.

Сергей Пашин, федеральный судья в отставке: Закон, даже советский, никогда не требовал установить. Закон требовал другого: если не доказана виновность человека, он должен быть оправдан, хотя, может быть, он и совершил это деяние. То есть, закон ориентируется, прежде всего, на права человека. Что касается внутреннего убеждения истины, все судьи в независимых странах решают дело по своему внутреннему убеждению. Это означает, что судье никто не может приказать, никто не может навязать своего мнения, судья сам принимает решение, самостоятельно, как ему подсказывает совесть и его правопонимание. В этом и смысл, собственно говоря, этого законопроекта, что в случае сомнений судья должен применять не конституционный принцип презумпции невиновности, а должен ориентироваться на обвинения. Если он сомневается, виновен человек или нет, он должен искать истину, либо поручить прокурору, чтобы он поручил следователю. И вот они вместе найдут эту самую истину. А фактически это означает, что сроки пребывания под стражей будут многократно увеличены, сторона защиты, вместо того, чтобы получить оправдательный приговор, будет обрекать своего доверителя на новые мучения в следственном изоляторе. Значит, количество сделок о признании должно увеличиться и, соответственно, уменьшиться число оправданий.

Сейчас принцип состязательности сторон наилучшим образом осуществляется в арбитражном процессе. По крайней мере, так было до объединения Высшего Арбитражного и Верховного судов. Что касается уголовных процессов, то, как известно, в России один из самых низких показателей, один из самых низких процентов оправдательных приговоров – около 1%. Соответственно, с закреплением в законе обязанностей за судьями искать объективную истину, очевидно, оправдательных приговоров станет еще меньше, чем 1%.

Фото: РИА Новости/Александр Дружинин

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.