Руслан Гаттаров: То, что происходит на Чистых прудах, называется «скрытыми митингами»

Здесь и сейчас
11 мая 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
По митингам оппозиции ударят штрафами. Депутаты от «Единой России» решили наказать организаторов акций протеста рублем и принять поправки к закону о митинге. Уже до конца весенней сессии Госдума может увеличить штрафы за нарушения на массовых мероприятиях в десятки раз.

Сейчас максимальное наказание – 5000 рублей. По мнению единороссов, такие несущественные штрафы только провоцируют нарушителей, и сумму необходимо увеличить до полутора миллионов. Они ссылаются на западный пример – мол, в США и странах Европы организаторы платят штраф от 100 тысяч долларов, если по их вине на массовых акциях происходят какие-либо беспорядки. Кроме того, законопроект вводит и альтернативное наказание – обязательные работы сроком до 240 часов в свободное от работы или учебы время.

Поддерживают идею и в Совете Федерации, там одним из наиболее активных сторонников инициативы выступает сенатор Руслан Гаттаров. По его мнению, штраф в полтора миллиона рублей – это «адекватная для Москвы цифра, которая может заставить людей задуматься, стоит ли нарушать закон».

Руслан Гаттаров сегодня в студии ДОЖДЯ. 

Арно: Скажите, такая инициатива возникла после 6 мая? Или вы давно задумывались?

Гаттаров: На самом дела Александр Сидякин внес, то есть, это внес депутат, мой коллега – Александр Сидякин, он внес его до 6 мая, но там было порядка 100 тысяч рублей. То есть, он предлагал с тысячи, с двух тысяч поднять до 100 тысяч за нарушение во время шествий или массовых митингов. Но я тогда, в том числе, и ему говорил, что это мало, для Москвы это мало. То есть, нужно поднимать. Потому что – вот что происходит? Происходит безнаказанность. Люди выходят на митинг, провоцируют людей на беспорядки, страдают как мирные граждане, так и полицейские, страдают женщины, мужчины, сотрудники. А ведь у них есть дети, семьи. Хорошо, что никого не убивают.

Но организаторы после 5-6-ти часов в отделении полиции, идут спокойненько домой, платят 1000 рублей за то, что в автозаке прокатились, и идут домой. Это неправильно. Нужно, вот чтобы не говорили, что у нас полицейское государство, - нарушил закон, в законе написано: «полтора миллиона рублей», - заплатил один раз, или бегай всю жизнь от приставов, за границу не сможешь выехать, еще что-то, еще какие-то вещи, ограничения; либо отработай 240 часов общественных работ – улицу подмети, убери то, что, извините, нагадили во время митинга несанкционированного те люди, которые пришли.

Ведь люди приходят, когда идет митинг санкционированный, оставляются места для того, чтобы люди справили нужду, а когда этого не делается – где это происходит? В соседнем дворе, в соседнем подъезде, на нашей с вами лестничной клетке. Вот это заставит людей убрать. Раз уберут, уже по-другому будет.

Казнин: Это и без митингов происходило многие десятилетия, я имею ввиду - про дворы и подъезды. Почему-то, не повышали до полутора миллионов рублей штраф. Может быть, и этих людей тоже наказывать? Мне неприятно было бы, если б в моем подъезде это происходило.

Гаттаров: Я с вами солидарен.

Казнин: Почему вы не внесете такой законопроект?

Гаттаров: А почему вы считаете, что я не внесу? Вот мы с вами сегодня поговорим, а я завтра внесу.

Казнин: То же самое - есть штрафы, что люди матерятся в общественных местах, громко выражаясь.

Гаттаров: Меня это очень беспокоит.

Казнин: Никто не повышает до полутора миллионов.

Гаттаров: Вы поймите, что адекватность мер должна быть, раз. На данный момент вот эти все гуляния, хождения – ведь по факту это митинги. Вроде как, нашли в законодательстве пробел, что можно собраться, вроде как, на гуляния, вроде как, это митинг, но это не митинг. Так вот надо устранить эти пробелы.

Казнин: А если человек прогуляться действительно хочет? Как вы будете определять-то?!

Гаттаров: Если человек прогуляться хочет, он прогуливается, а не приглашает всех: «Приходите все. Здесь сегодня соберемся, будем кричать, будем обсуждать. Но не берите плакаты, не берите кричалки».

Казнин: Это его право – собраться. Есть Конституция, есть законодательство, как вы говорите, с пробелами.

Гаттаров: А почему мы когда собираемся, я «Молодой гвардии» много лет отдал, мы всегда, ну, почти всегда, - было у нас пару раз несанкционированное мероприятие, было, но нас забирали в тюрьму, мы платили штрафы.

Казнин: Когда вы платили штрафы и вас забирали? Ну, просто интересно. Какой год, я имею ввиду.

Гаттаров: Это был 2008-2009 год. Так вот ребят забрали, и я всю ночь занимался тем, чтобы их оттуда вытащить.

Казнин: А вы готовы были бы полтора миллиона рублей отдать?

Гаттаров: Еще раз: если б я понимал, что будет полтора миллиона, никогда мы бы этого не сделали.

Казнин: То есть, а так вы решили: а почему бы и нет, похулиганим?

Гаттаров: Мы не успели подать заявку, решили: почему одним можно, а нам нельзя? Но нас тогда милиция жестко, как говорят, «свинтила», ребят увезли в отделение полиции, а я занимался тем, что их вытаскивал.

Один раз неповиновение полиции у меня тоже было в жизни. Я был депутатом законодательного собрания, меня не забрали, но мне официально ФСБ сделало предупреждение.

Казнин: То есть, вы знаете, о чем говорите?

Гаттаров: Конечно.

Арно: Как вы считаете, кто эти люди? И как вы к ним относитесь? Раздражают они вас, вы не обращаете на них внимания? Что говорят ваши коллеги и друзья?

Гаттаров: Если бы они были у моего двора, если б я жил на Чистых прудах, то, скорее всего, я бы по этому поводу, мое личное мнение, как именно гражданина, они бы мне мешали. На данный момент мне от них фиолетово. Я живу на Можайке.

Кто эти люди? Это граждане. Там разные люди. Как и везде – есть добропорядочные люди, которые действительно приходят, чтобы выразить свою гражданскую позицию; есть люди, которые делают на этом свой политический капитал; есть различные телеведущие скандальные, которые приезжают после работы, 3-4 часа тусуются, призывают всех оставаться ночевать, а сами, забрав всю политтусовочку, уезжают вкусно поужинать в ресторане, а потом едут спать. Потому что им на следующий день надо работать, деньги зарабатывать.

Там разные люди. Я не считаю, что там одни маргиналы, маргиналы там есть; там разные люди. Но важно, все-таки, жить по закону.

Я не знаю, где вы живете, но представьте – у вас во дворе, не на Чистых прудах, а у вас во дворе…

Казнин: Во дворе не размещаются они.

Гаттаров: Почему? Вот я завтра возьму и приглашу всех своих фолловеров, и мы у вас во дворе проведем пикничок. Без туалетов.

Казнин: Кстати, пожалуйста.

Гаттаров: Вопросов нет. Но когда все эти люди придут к вам в подъезд?! И к вам на лестничную площадку?!

Казнин: Дело же не в этом, а в том, что вы упорно подводите к тому, что эти люди делают то, что не должны делать.

Гаттаров: Я считаю, что эти люди, если раньше им не давали возможность выходить, было такое время, им говорили: Мы вам это не дадим, дадим вот это; сейчас им дают практически то, что они хотят. Они, конечно, хотят сразу провести митинг желательно не территории Кремля или на территории Дома правительства, как минимум. Но им дают нормально пройти шествием, нормально пройти митингом. Но что происходит? Прошли они раз на Болотную, прошли на Сахарова, пришли на Новый Арбат, никто ведь их пальцем не тронул, вспомните.

На Пушкинской что произошло? Они решили: А мы останемся. В фонтан полезли искупаться. Так это уже все, за договоренности вышли, нарушили закон - получите.

6-го числа смотрите, что произошло: им согласовали маршрут, они согласились. После этого они говорят: Нет, мы хотим не сюда пойти, а к Кремлю. На каком основании? Почему так? Завтра другие скажут: А мы хотим вот сюда, а мы хотим сюда. Третьи скажут: А мы хотим в мою, в вашу квартиру зайти.

Казнин: Произошел митинг и на Поклонной горе, и было нарушение, и оштрафовали организатора. То есть, и он должен был быть оштрафован, этот организатор, штраф был бы в районе миллиона рублей?

Гаттаров: Подождите. Но если закон есть, значит, заплатили бы. Либо – административные работы, хозяйственные работы.

Казнин: Почему сумма – полтора миллиона?

Гаттаров: На мой взгляд - эта цифра адекватна.

Казнин: Она неподъемная, давайте так.

Гаттаров: Перестаньте. Они официально, то есть, без «черного» нала, через кошелек в Интернете, собирали 4-5 миллионов на проведение митингов. Почему она неподъемная?

Казнин: То есть, в Интернете можно будет собрать и заплатить штраф?

Гаттаров: Почему нет? А когда это 1000 рублей, ну, извините, это издевательство. Там тысячи людей выходят и работают в этот день: службы уборки, полиция, ОМОН, пожарные службы, МЧС, «скорая», реамобиль. Это огромные деньги, по-хорошему-то. То есть, это большие деньги. То есть, те люди получают за это время внеурочно, я не знаю как у них строится заработная плата. Но по факту – государство, особенно в Москве, тратит большие деньги на то, чтобы эти митинги прошли спокойно, чтобы никто не пострадал, в первую очередь – митингующие. Но когда митингующие начинают избивать сотрудников ОМОНа, специально спровоцировав их. Вы видели видео? А я смотрел прямую трансляцию. Это ужас был.

Арно: Со стороны ОМОНа были такие жесткие действия, что мама, не горюй.

Гаттаров: Но сначала был прорыв. Попытка прорыва. Разве нет? Разве палки не летели в ОМОНовцев? Мы о чем говорим? По-моему, Швейцария – 300 тысяч условных единиц, а именно – евро, по-моему.

Казнин: Здесь же речь еще идет о том, что при любом митинге, при любой акции, когда такой штраф угрожает организатору, может быть провокация, например, со стороны неизвестных нам сил, которые просто-напросто срывают мероприятие, а затем организаторам этого мероприятия выставляется такой штраф. Раз, два, и просто-напросто блокируется вообще какая либо возможность.

Гаттаров: Давайте на примере 6-го числа. Всегда это есть, безусловно. Всегда такая возможность есть, к сожалению. Но тогда нужно четко кричать. У них же есть дружинники, у них есть там, в этот раз там были анархисты, фашисты, националисты, антифашисты, все они были. У них у всех есть, мягко говоря, боевые отряды. Вот они были дружинниками. Ну, хватайте вы этих провокаторов, сами сдавайте в полицию. Так ведь и есть. Почему этого сделать нельзя? Мы это делали. У нас наши ребята, которые дружинники, очень четко выхватывали тех, кто пытался провокации, тут же их передаем, ни в коем случае не применяя насилия, передаем их в полицию для того, чтобы это все максимально быстро свести на нет.

Что касается штрафов. Швейцария – 300 тысяч евро за подобные вещи. Посмотрите как Соединенные Штаты, оплот демократии, разгоняли «Оккупируй Уолл-стрит».

Арно: То есть, вы считаете, что у нас «Оккупируй Чистые пруды» тоже будет также разогнано в ближайшее время? Какой ваш прогноз?

Гаттаров: Еще раз: пускай люди на данный момент, организаторы, там же есть какая-то группа людей, депутаты Государственной думы, телеведущие, ярые оппозиционеры…

Арно: Они сочувствующие, они не организаторы.

Гаттаров: Понимаете, когда они там всех зазывают, везут пирожки, дают все интервью, там же те, кто люди-организаторы, кто дает интервью-то? Обычно же как: есть лицо канала, вы. А я даю интервью. Но вот там таких лиц канала очень много. И есть люди, которые приходят, дают интервью.

Казнин: Вы думаете законопроект этот когда уже будет принят?

Гаттаров: Мне кажется, что его нужно предметно обсудить в экспертных сообществах. Важно, чтобы общество дало на него свою рецензию. Давайте обсудим его в Интернете, в том числе - с теми людьми, которые выходят на митинги, а потому будем принимать. Я вот за общественный договор по этому поводу. Если штраф, то для всех: и для власти, провластных структур, те, кто выходят и агитируют за власть, если будет нарушено, пускай тоже платят или общественные работы, и для оппозиции. А-то у нас последнее время власть плохая, оппозиция хорошая. Нет, так не бывает. Давайте жить не по понятиям, а по закону.

Казнин: Не может понизиться эта планка, как думаете?

Гаттаров: Все возможно. Но моя позиция – оставить. Я вообще говорил, миллион было бы достаточно. 100 тысяч в 10 раз – миллион. Но полтора миллиона – вполне, я считаю. Вот важно же людей предостеречь, не дать им возможности нарушить закон. Если это будет 5 тысяч, значит, будут нарушать. Будет 100 тысяч – будут нарушать, меньше, но будут нарушать. Будет полтора миллиона – очень многие задумаются. Очень многие.

Арно: Будут выходить на гуляния, значит, тем паче.

Гаттаров: Еще раз: с гуляниями тоже нужно определяться и нужно их четко трактовать. По факту идут акции, никаких гуляний нет. Идут акции. По факту – это акции, митинги, шествия. И нужно это согласовывать.

Казнин: Люди выражают свою гражданскую позицию, они, в общем, этого не скрывают.

Гаттаров: Люди выражают свою гражданскую позицию. Обычно это где бывает? Это называется – митинги, шествия, пикеты.

Казнин: Это называется - обсуждение политической ситуации в стране, например.

Гаттаров: Тогда нужно это делать в каких-то закрытых местах и там обсуждать. Наверное, так правильно.

Казнин: То есть, а больше 3-х можно?

Гаттаров: Еще раз говорю: ну не надо там передергивать. Мне кажется, то, что сейчас происходит, это называется скрытыми митингами. И почему бы их не согласовать, вот просто взять и согласовать это с мэрией на 2 месяца вперед.

Арно: Не хотят люди согласовывать ничего, они даже ничего не требуют, они просто сидят и общаются, и поют песни, разговаривают, ночуют, едят бутерброды.

Гаттаров: Еще раз: они сидят там, а завтра они захотят и сядут на главной магистрали, ну и что? В чем как бы проблема? Это как с этими, автопробегами.

Арно: Владимир Путин часто блокирует магистрали, и ничего – живем.

Гаттаров: Я часто езжу по Кутузовскому проспекту, стою 3-4-5 минут.  

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.