Президент Охлобыстин. Даст ли церковь и Кремль добро

Здесь и сейчас
5 сентября 2011
Поддержать программу

Комментарии

Скрыть
Гости студии Элла Памфилова, правозащитник и кандидат в президенты в 2000 году, и Глеб Якунин, правозащитник и священнослужитель апостольской православной церкви, обсудили, есть ли шансы у Ивана Охлобыстина возглавить Россию.

Казнин: Все-таки Иван Охлобыстин, на первый взгляд, кажется, стоит особняком от тех людей, которых перечислял наш обозреватель. Он, хоть и колоритная фигура, но достаточно искренне – вы человек, не чуждый политике – на ваш взгляд, есть какие-то шансы у Охлобыстина?

Якунин: Знаете, были бы шансы у него реальные, я думаю, если бы у него большие были бы деньги, как у Прохорова Михаила, по крайней мере, нашел бы хорошего спонсора, или сложились бы, дали бы ему большие суммы - первое. Второе – если бы, наверное, была бы реальная поддержка если не партии, то движения, социальной структуры.

Казнин: Например, администрации президента?

Писпанен: Или Народного фронта.

Казнин: Все-таки без этого сейчас никак. Он не политик ведь, он совершенно не понимает.

Писпанен: Почему? Он уже пытался один раз войти в политику – в 1999 году.

Якунин: Если мы возьмем Южную Америку, допустим. Там такого типа появлялись. Но там были свободные выборы в отличие от наших выборов, и Народный фронт, конечно, его никогда не пропустит, с одной стороны. С другой стороны, ваш сосед, к которому ведет мост, патриарх Кирилл, ведь недаром ему запретил, хотя бы временно, но запретил служение.

Писпанен: Запретил-то он по просьбе самого Ивана Охлобыстина.

Якунин: Как говорится, по просьбе трудящихся. Но я бы на месте патриарха Кирилла сказал так: «ну знаешь, дорогой Иван, ты талантливый парень, ты давай играй только положительные роли. Вот будешь играть положительные роли, я буду рецензировать и разрешу. А отрицательные не стоит». Но у нас в жизни церкви бывает так: почему ему запретили? Потому что якобы он как лицедей (как в средние века тоже у лицедеев нехороший был авторитет) и дескать, священник – это такое высокое лицо, которое не может заниматься искусством, как бы это не хорошо заниматься искусством. Это древняя позиция. А на самом деле Охлобыстин, наверное, мог бы украсить даже церковь, если бы патриарх Кирилл сказал: «Иди и служи». К сожалению, мы видим, сейчас идет клирикализация нашего общества, и в самой церкви есть такие грехи, которые священник совершает. Вот надо с ними в первую очередь бороться.

Писпанен: Насколько я понимаю, помимо всего прочего, были случаи в истории. Например, на выборах народных депутатов в СССР в 1989 году церковь благословляла участников этих выборов. В принципе, были случаи, когда священники шли в политику. Собственно, вы – яркий пример.

Якунин: Других – да, а меня они не благословляли, меня народ благословил. Они мне мешали, и в конце концов, мне запретили в служении в Московской патриархии, потому что я был истинным демократом.

Писпанен: Но прямого запрета на участие, например, в президентских выборах нет?

Якунин: Нет. Сейчас прямой запрет на участие даже во всех уровнях законодательной власти. Уже в Государственную думу без благословения патриарха или синода нельзя поступить.

Казнин: Элла Александровна, скажите, вы ведь набрали чуть больше 1%.

Памфилова: Нет, это мне так написали.

Казнин: Но тем не менее, официальная цифра такова – 1,01%, хотя вы исторически были первая женщина, которая баллотировалась на пост.

Памфилова: Вы в начале сказали – правозащитник, но я в большей степени политик. Правозащита – только часть политики. Я тогда, кстати, не спрашивала разрешения в Кремле. Я пошла от безысходности, потому что я не могла позволить, чтобы меня закатали так, как закатали других. Смешно, подписей собрала 1,5 млн., но хотя бы написали вот 1,02% в соответствии с набранными подписями. Ну бог с ним. Я к тому, что вот вы спросили, что нужно. Глеб Павлович говорит, что поддержку какого-то движения, деньги – да ничего подобного. Нужно, чтобы в Кремле благословили и на тебя поставили. Если в Кремле на тебя не поставили, в нынешней уродливой ситуации…

Казнин: Какая безысходность.

Памфилова: Безысходность. Мне, например, очень нравится, что Охлобыстин решил пойти на выборы. Знаете, почему? Потому что он абсолютно в рамках того жанра, в котором сейчас - ну как можно назвать эту комедию?

Писпанен: Или трагифарс все-таки?

Памфилова: Есть элементы трагифарса, и комедии – все вместе, очень перечный, закрученный жанр. Очень органичен в нем будет Охлобыстин, очень органичен. Мы же все прекрасно понимаем, что будет, прекрасно понимаем, что нынешнее политбюро просто назначит кого-то из своих, назначит президента нам. Фактически это же не выборы, а назначение. И как-то настолько уже неприлично, настолько уже предсказуемо.

Писпанен: Почему тогда не пустить-то, не допустить?

Памфилова: Допускают.

Писпанен: Ну хоть какое-то разнообразие, потому что мы все настолько уже привыкли видеть Зюганова и Жириновского…

Памфилова: А что вы имеете в виду – не допустить? Кого не допускают? Я полагаю, что Ивана обязательно допустят. Во-первых, если он давно об этом думал, если посмотреть, у него очень правильная была стратегия, очень хорошо раскручивался на телевидении, он очень грамотно делал пиар, очень талантливо. Поэтому, я полагаю, что он абсолютно вписывается в рамки этого нынешнего жанра как бы выборов.

Казнин: А вы думаете, он не получил благословения в Кремле?

Памфилова: Я, скорее всего, думаю, что против никто не будет, поскольку настолько уже неприлично это назначение, все то, что происходит, что было с Красной речкой, с Валентиной Ивановной, сейчас будут эти думские выборы. Поэтому я полагаю, что в Кремле, даже наша власть, которая живет в ином мире, виртуальном, она и то понимает, что надо хоть что-то, какие-то такие фантики-бантики, чтобы что-то было такое, чтобы у людей вызвало интерес.

Писпанен: А Народный фронт разве не позволяет развернуться широкой душе простого колхозника, доярки, комбайнера и т.д.?

Памфилова: Мне очень понравился трудящийся из Перми, такая очень колоритная фигура.

Писпанен: Да, кстати, вполне себе. И ведь будет, скорее всего, депутатом.

Памфилова: Вы знаете, я для себя решила, что в том, что называется выборы, участвовать не буду, но я абсолютно не осуждаю тех, кто идет. Каждый человек, прописывая свою стратегию – тот же Охлобыстин, Прохоров или кто-то – я полагаю, что он думает о том, что надо использовать те шансы, которые есть. И все будет зависеть от умения, потенциала, умения использовать даже эту комичную ситуацию, и взять от нее максимально, потому что вы абсолютно правы, когда вы говорите о безысходности. А люди, которые могут рискнуть и подумать, что эта миссия невыполнима, а вот я как экстремал попробую что-то изменить, если у них есть такая надежда, если у них есть такой кураж, если они считают, что что-то в этом абсурде политическом они могут пробить, то дай бог им успеха.

Писпанен: Но это же может быть страшно. Представляете, например, дают соизволение высокое, Ваня Охлобыстин идет на выборы и набирает какое-то бешеное количество голосов, потому что это единственная кандидатура, за которую не стыдно будет голосовать.

Памфилова: Да кто же ему позволит? Дальше начинается тот процент, который писали мне или Явлинскому. Я знаю абсолютно точно, потому что у меня было очень много знакомых, бывшие мои коллеги по депутатскому корпусу, которые потом пошли в ЦИКи, избирательные комиссии - начиная с 1999 года, может быть, и раньше, как голоса прекрасно  у Зюганова, Явлинского, еще у кого-то и приписываются партии власти. Поэтому неважно, сколько он наберет, важно, как напишут, как господин Чуров обеспечит и напишет именно то количество, которое будет соответствовать той логике, которая выработана в Кремле.

Казнин: Мы все-таки сейчас рассматриваем гипотетическую ситуацию – вот пошел на выборы и т.д. А вам не кажется, что сам Охлобыстин множит эти абсурдные смыслы? Да, за него, может, пусть проголосуют те, кто смотрит сериал «Интерны», и те, кто считает его действительно священнослужителем Русской православной церкви…

Писпанен: Тонкая прослойка интеллигенции совершенно спокойно может проголосовать.

Казнин: Те, кто любят его как бунтаря и эпатажного персонажа.

Писпанен: Человек вменяемый, вполне понятная программа у него.

Казнин: Но он ведь не профессионал в управлении, он не экономист, не юрист, это огромная страна. Конечно, это новая фигура, и все сейчас – вот как, Иван Охлобыстин.

Памфилова: Ведь Рейган тоже не был профессионалом в той области. Прекрасный был актер, и пришел. Смысл – способность человека может проявиться в том, как он сумеет набрать команду: топ-менеджеров, хороших управленцев, хороших экономистов и т.д. Необязательно быть профессионалом во всех сферах – важно собрать правильную команду, мощную, сильную, иметь определенную стратегию.

Писпанен: Желание что-то делать.

Памфилова: Мы с вами вообще так серьезно говорим об этой комичной ситуации. Знаете, этот наш стеб, на самом деле, свидетельствует о том, насколько серьезна ситуация. Она трагичная вообще-то…

Казнин: Но вы проголосуете за Охлобыстина?

Памфилова: Я? Нет.

Казнин: А вы?

Якунин: Я продолжу мысль. Ситуация, может, такая – двое в лодке, которые в поте лица, как рабы: один на галере, в одну сторону, этот направо, этот налево. А вдруг они не договорятся? Обратите внимание: обещают в конце сентября на съезде Народного фронта объявить – а вдруг не объявят?

Писпанен: Еще сегодня все ждали важного заявления.

Памфилова: Вы это серьезно? Да ну что вы.

Якунин: А представьте себе, мы не знаем, главный, кто выбирает, скажет: катись на все стороны, вот мы выберем его и все. И они будут выполнять при нем какие-то – один премьером, другой – зампремьера, а он будет президентом. Думаете, он не справится?

Писпанен: Вы про Ваню сейчас говорите?

Якунин: Конечно.

Казнин: Вы думаете, у него есть шансы в политике в принципе? Не премьером, не президентом…

Якунин: Посмотрите, ни один артист, самый талантливый, не сделал такой форсаж, как Иван.

Казнин: Даже Михалков.

Писпанен: Он просто сейчас спасается от ГИБДД за выезд на встречку.

Якунин: Подходишь к киоску газетному, и самые гламурные, блестящие, и самые распространенные простые бумажные журналы только о нем и пишут.

Памфилова: Глеб Павлович, за него могут очень многие проголосовать, но кто ж его пустит дальше?

Якунин: А вдруг согласятся?

Памфилов: Он же сначала должен договориться с придворными олигархами, с тем огромным бизнесом, который спаян с властью. Да вы что!

Писпанен: Интересно сказала Элла Александровна: мы настолько серьезно это все обсуждаем, хотя сначала все только смеялись, когда узнали эту новость.

Якунин: Единственный, кто будет против, это ваш сосед – патриарх Кирилл. Он скажет: «Ты, Охлобыстин». Он его «охлобыстит», простите за каламбур, и не разрешит ему идти.

Писпанен: Уже не разрешила церковь, уже заявление было сделано.

Якунин: Если уж идти, то самому патриарху Кириллу надо, при том масштабе личности, блестящий эрудит, как он говорит прекрасно.

Памфилов: Тогда можно лидер мусульманской церкви – премьер.

Писпанен: У нас многоконфессиональная страна.

Памфилова: Четыре конфессии – как раз четыре должности.

Якунин: Страна в кризисе, поэтому может быть совершенно неординарное решение нашего тандема.

Памфилова: Я думаю, что оно будет абсолютно примитивно, предсказуемо, ординарно.

Писпанен: То есть так, как все думают? То есть новых людей вообще не появится?

Памфилова: Медведев сказал о том, что у них единая стратегия, поэтому как нынешнее политбюро решит. Решат, поставят на него, того и назначат. Я думаю, тут без вариантов. А все, что вокруг происходит, это для того, чтобы хоть немножко было веселее, чтобы у людей хоть немножко возникло ощущение, что это не виртуально, а реально.

Писпанен: Мы как раз сегодня говорили с Димой о том, что удивительная страсть российского человека к Сальвадору Дали. Я говорю, видимо, потому, что наша вся жизнь, в принципе, сюрреалистична.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия