Открытие «Гоголь-центра»: это был катарсис

Здесь и сейчас
3 февраля 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

В Москве под руководством режиссера Кирилла Серебренникова открылся «Гоголь-центр», созданный на базе Театра имени Гоголя. Открытие состоялось вчера спектаклем под названием 00:00, он будет показан также сегодня, после чего это название исчезнет из афиши.

Шакина: Все было совершенно фантастично. Никакого ожидаемого пикета или митинга у входа не произошло, хотя боялись провокаций. Я не заметила большого количества охраны у входа, ни настороженности у сотрудников театра. Все было мирно, было много гостей, очень демократичная атмосфера. Все-таки успели закончить ремонт, доделали все буквально в последние часы, сделали ремонт очень скромно, обнаженная кирпичная кладка, невызывающий интерьер,  чуть-чуть видно, что старый интерьер немного недоработан, но в целом все выглядит очень чисто, видно, что люди сконцентрированы на том, что будут показывать,  а не на том, как все выглядит. Через зал проходила железная дорога, это бывшее здание депо. Артисты всех четырех частей представления в какой-то момент уезжали на дрезине за сцену, падал занавес, даже скорее экран. Одну часть представили артисты старого состава Театра Гоголя, другую – артисты студии Кирилла Серебренникова, также был пластический театр Диалог Данс и саундрама. Это были 4 связанных спектакля, они назывались «Ночь», «Утро», «День» и «Вечер». Кирилл Серебренников сделал замечательную вещь – он показал, что русский репертуарный театр, новая искренность в лице молодых артистов, пластический театр и экспериментально-музыкальный театр спокойно могут уживаться вместе на одной сцене, доносить один и тот же меседж до зрителя и вместе смотреться просто потрясающе. Какое невероятное удовольствие получали все артисты, которые принимали участие в этом представлении, эта была фантастика.

Кремер: Я вчера читала замечание в соцсетях о том, что несмотря на то, что актеры Театра Гоголя, которые участвовали в этом спектакле, все-таки не соответствовали современному стилю Кирилла Серебренникова.

Шакина: Я считаю, что это пережимы, которые демонстрируют и критики старой школы, которые говорят, что лучше смотрелись старые артисты, именно из-за них плакали зрители. Зрители плакали, потому что они поняли, что этим людям дали вторую творческую жизнь. Там потрясающие люди. Они вначале читали монологи. Кирилл заказал молодому драматургу средневзвешенные монологи, которые может произносить артист русского классического репертуарного театра. Любовь, чувства, отношения между супругами, было непонятно, о чем они говорят, было понятно, что они произносят прочувствованные монологи. В конце самый грандиозный из монологов достался Светлане Брагарник, она говорила: «Помните анекдот о том, как люди носят кирпичи, у них спрашивают, что вы носите, один говорит, я ношу кирпичи, другой говорит, я ношу кирпичи, а третий – я строю Кельнский собор. Я не хочу носить кирпичи, я хочу строить Кельнский собор». Тут все зарыдали. Это дрезина поехала, там уже сидят все артисты, и она посмотрела на дрезину и говорит, я не смогу влезть. Они ее туда втащили. Это был полный катарсис. Они все с такими лицами на этой дрезине уехали. Потом вышли артисты пластического театра, потом артисты Седьмой студии, показали смешное представление, парадоксальное представление. Я вообще советую сегодня взять театр штурмом.

Кремер: Кто-то из актеров, которые отказались сотрудничать с Серебренниковым, присутствовали на спектакле?

Шакина: Я не видела никого.  Я не уточнила у администрации, пригласили их или нет. Я думаю, если бы они пришли, никто бы не препятствовал их входу, хотя на самом деле атмосфера уже накалилась настолько, что неполиткорректность присутствует не только со стороны старых сотрудников. Я подозреваю, что приглашали всех.

Кремер: Эти артисты были, мы с ними разговаривали в этой самой студии. Они сказали, что они не верят в то, что может состояться открытие 2 и 3, потому что две недели назад там была полная разруха. Они сказали, что даже если эта премьера состоится, на следующий же день театр закроется, потому что ремонт нужно продолжать.

Шакина: Там был ремонт еще за два часа до открытия, насколько я понимаю. Я посмотрела за сценой, я спустилась в подвал, где тоже были перформансы, артисты солидного возраста произносили монологи о том, как они жили в этом театре, как они работали. Все в крепком состоянии. Нужно, конечно, обновлять коридоры, гримерки, но все выглядит очень крепко.

Кремер: То есть ремонт действительно незакончен еще.

Шакина: Я не видела, чтобы стояли стремянки, какие-то ведра краски, просто двери, коридоры за сценой выглядят как обычном советском театре.

Кремер: Что ты знаешь о расписании работы театра? Сейчас будет громкое открытие, дальше опять перерыв?

Шакина: Нет, они сразу начинают работать. Они начинают работать со спектаклями Седьмой студии, которые шли на Платформе на Винзаводе, а дальше новые проекты. Может быть,  у них получится премьера весной, но то, что этот театр не закроется с сегодняшним вторым блоком премьеры, это точно. Последний блок, который представляли артисты Саундрамы, был наиболее воодушевляющим, наверное, блоком, потому что там все было построено на бросках эмоций. Зрителей бросало из одной эмоции в другую. Вышли артисты старого Театра Гоголя – все рыдают, вышли молодые – играют смешные тексты, все хохочут, и вышли эти артисты Саундрамы, они были похожи на музыкантов, которые то ли отстали от поезда, то ли что, потому что они брели по железнодорожному полотну. Через полотно пробивалась трава, лежала земля, чувствовался запах пота артистов.

Кремер: А сценография чья?

Шакина: Я думаю, все это придумал Кирилл Серебренников. Художник Вера Мартынова. Кирилл выступает автором абсолютно всего, что он делает. Они идут по железнодорожному полотну, у них в руках футляры от музыкальных инструментов. И в какой-то момент они все раскрывают все футляры, там оказываются молотки, и они ими начинают колотить по железнодорожному полотну, зал просто в абсолютном шоке. Это трайбл дэнс, под это хотелось пуститься в пляс и начинать дрыгаться вместе с ними. Такой куратор, который мог все эти четыре части придумать и совместить, я им восхищена. Я не отношусь к числу фанатов, я считаю, что это очень талантливый режиссер, но то, что вчера было, все сошлись на том, что это беспрецедентно, абсолютно европейский театр. Мы такого в русском театре еще не видали, можем послушать две реакции зрителей.

Василий Церетели: Нет слов, настолько сильное впечатление, это гениально.

Василий Обломов: Оригинально, классно, мне очень понравилось, причем все части, включая первую часть со старыми актерами Театра Гоголя.

Шакина: Намерения тех актеров, что остались в труппе, работали. А «строить Кельнский собор» вчера довело всех до слез.  

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.