Ольга Романова и Алексей Козлов: В четверг в суд мы придем с вещами

Здесь и сейчас
13 марта 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Пресненский районный суд в четверг вынесет приговор по делу бизнесмена Алексея Козлова. Сегодня завершилась финальная стадия этого громкого процесса прения сторон. Козлова обвиняют в мошенничестве и легализации имущества. Предпринимателя защищают не только профессиональные адвокаты, но и его жена, известная журналистка Ольга Романова. О том, чего они ждут от четверга, Козлов и Романова рассказали лично в студии ДОЖДЯ.

Прокурор потребовал для Козлова пяти лет лишения свободы в колонии строгого режима, сам предприниматель настаивает на своей невиновности. Ранее Козлов уже отсидел три с половиной года, но в сентябре 2011 года Верховный суд отменил ему приговор, а дело отправилось на новое рассмотрение.

Сегодня бизнесмен выступил с последним словом, в котором сказал, что сделки, которые стали предметом уголовного процесса, на самом деле могли разбираться разве что в арбитражном суде. То есть это коммерческий спор, а не уголовное дело. Адвокат бизнесмена Юрий Костанов в прениях подчеркнул, что статья 174 Уголовного кодекса о легализации имущества изменилась за те годы, что рассматривается дело Козлова, а прокуратура даже не обратила на это внимания.

Костанов: Она изменилась за то время, пока он сидел. Сейчас его осудить - по новой статье - нельзя, а старая уже не работает. Вот и все. 

Последние заседания по делу Козлова проходили при большом скоплении зрителей: в зале находилось несколько десятков человек, сотни людей ждали результата процесса под дверью. Когда Ольга Романова и Алексей Козлов вышли из суда, им аплодировали и кричали «браво».

Ольга и Алексей сегодня с нами в студии.

Казнин: Алексей, скажите, вы готовы к любому развитию событий?

Козлов: Конечно.

Казнин: Психологически?

Козлов: Вы знаете, я когда-то уже прошел один раз через тюрьму. Меня крайне сложно чем-то напугать.

Казнин: Тем не менее, страшные вещи мы узнавали в последние месяцы. Ольга не раз говорила о том, что вас могут просто убить.

Козлов: Это верно.

Казнин: То есть остается угроза?

Козлов: Дело в том, что когда я был на свободе - еще до моего первого ареста - мы опасались этого же. Была очень большая охрана и мы жили с этим какое-то время. Не то чтобы к этому привыкаешь, но, по крайней мере, нет никакого страха. Есть, прежде всего, опасение за своих родных и близких. Мы понимаем, что в данной ситуации им придется сложнее.

Казнин: Поясните, 3,5 года вы уже провели в тюрьме, сейчас прокуратура требует 5 лет. Будет ли каким-то образом этот срок учтен?

Козлов: Естественно. Это обязательно должно быть учтено.

Казнин: Что вам грозит при худшем развитии событий?

Козлов: При худшем развитии событий - еще полтора года лишения свободы, которые невозможно измерить в деньгах, потому что это человеческая жизнь, это отсутствие нормального человеческого существования. Конечно же, по делам, которые могут разбираться в арбитражных судах, подобные решения я считаю крайне сомнительными. Мы очень много говорим о том, что пора коммерческие споры переводить в разряд арбитражных, но пока, к сожалению, ничего для этого не делается. По крайней мере, визуально.

Малыхина: Ольга, когда ваш супруг оказался на свободе - у вас не было желания просто уехать и не испытывать судьбу?

Романова: Возникало желание сделать так, чтобы уехал муж, потому что я уехать не могу. Хотя бы потому, что не имею права: за те годы, что он сидел, была создана очень сильная организация - "Русь Сидящая" - там уже больше 6000 семей, мы собираемся каждую среду. Это очень важная история и с каждым днем нас, к сожалению, все пребывает и пребывает. Меня радует то, что люди, которые уже освободились, от нас не уходят.

Мы передаем опыт, потому что мы, наверное, лучше многих знаем, сколько ошибок ты делаешь в первые месяцы. Мы знаем что тебе надо делать на самом деле, а не то, что тебе кажется. Иногда мы просто берем растерзанную женщину за шиворот, даем ей "пинка" и как-то пытаемся сказать: "Слушай, вставай с дивана и иди борись. У тебя получится. Быстро в парикмахерскую, красное платье, каблуки - и к прокурору". Ну вот хотя бы так, а дальше само собой.

Малыхина: Алексей, почему вы не последовали рекомендациям? Почему вы не решили, что если игра не по правилам - то зачем, действительно, испытывать судьбу?

Козлов: Согласен, игра на этом уровне идет не по правилам. Но есть и реальные люди, которые играют по правилам. Это, прежде всего, Верховный суд, который отменил все эти решения. Понимаете, слишком много и слишком долго пытались ввести хоть какие-то либеральные поправки, пытались доказать, что предпринимателей, как убийц и насильников, нельзя содержать до суда в СИЗО.

В случае, если бы я уехал - это дало бы лишний повод охранителям говорить: "Вот, смотрите, что мы вам говорили: их нельзя отпускать". Это бы повредило очень большому количеству людей, с которыми я не знаком. Мне показалось это просто несправедливым по отношению к ним.

Романова: Они ждали этого от нас. Мы не могли этого позволить.

Казнин: А если рассматривать другие варианты развития событий - может быть, например, оправдательный приговор?

Козлов: Нет, абсолютно точно.

Казнин: Этого не может быть?

Козлов: Я не судья, мое субъективное мнение - нет.

Казнин: Когда прокуратура просит срока - они ведь просят максимального. Обычно же дают меньше? Могут ли сделать так, чтобы и обвинить, и срок этот покрыть тем, что вы уже провели 3,5 года в тюрьме?

Козлов: Это реально, да.

Казнин: То есть это вариант, который может удовлетворить обе стороны?

Романова: Нет.

Козлов: Хотелось бы отметить, что в любом случае этот вариант будет значительно лучше, чем вариант с арестом и посадкой. Мы прекрасно понимаем, что мы, тем не менее, будем бороться за оправдание. Но сделать это находясь на свободе, даже с обвинительным приговором, значительно легче, чем находясь в местах лишения свободы. Это очевидно. Поэтому данный вариант для нас, скажем так, значительно более комфортен.

Романова: Да ничего страшного, я привыкла. На самом деле, оправдание здесь, честно говоря, не так уж и важно. То, что прозвучало в суде за последнюю неделю - ты оправдан. На самом деле, публику уже не очень интересует мнение судьи по этому поводу. Конечно, рано или поздно, ты будешь оправдан, безусловно.

Речь идет о том, что дел, подобных делу моего мужа - сотни тысяч. Сейчас мы можем это прекратить. Мы очень близко подошли к концу, мы почти уже прошли до конца. И тут важно не оправдание. Мы должны наказать тех, кто занимается - ежедневно, ежечасно, ежеминутно - вынесением заведомо неправосудных приговоров. По моим подсчетам, таких людей в стране полмиллиона. Это должно прекратиться.

Козлов: В первую очередь, я думаю, должны понести ответственность те люди, кто лжесвидетельствовал, кто, скажем так, стоял за моим уголовным преследованием. К сожалению, этот человек - опять же, мы можем об этом говорить - сейчас находится вне России, но его сотрудники находятся здесь и, я думаю, они в любом случае должны ответить.

Казнин: Не раз уже говорили об этом. Вы предпринимали какие-то конкретные действия?

Козлов: Сразу после освобождения, мною подано заявление в УВД ЦАО о возбуждении уголовного дела по факту хищения моего имущества. На данном этапе они рассматривают это все. Уже несколько месяцев, хотя процессуально они должны были ответить в очень короткий срок. Тем не менее, они запрашивали дополнительные материалы и их рассматривают. Пока не отказали, но и не возбудили. Как я предполагаю, во многом они ждут итогов этого процесса.

Малыхина: При том что дело такое резонансное - может, все-таки есть шанс, что судьи, в хорошем смысле, испугаются и решат, что, может, действительно не надо?

Козлов: Знаете, об этом уже сказала Ольга - для нас был бы важен любой результат, кроме моего ареста. Прежде всего - как некий сигнал системе, что, ребята, все-таки мы от слов о том, что арбитражные дела решаются в арбитражах, переходим к делу. Вот это было бы решение в отношении меня одного.

Учитывая, что дело действительно резонансное - это бы дало надежду и шансы многим остальным, у кого подобная история, бороться и достигать этого результата.

Казнин: Мы желаем вам удачи. Я хотел бы уточнить: во сколько начнется заседание в четверг?

Козлов: В 16-00. В этот же день объявят приговор.

Романова: Мы придем с вещами.

Казнин: Это не фигурально?

Романова: Нет. Мы умеем собирать вещи.

Козлов: В прямом смысле этого слова.

Казнин: Еще раз удачи. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.