"Норильский никель" потерял $2 млрд прибыли

Здесь и сейчас
22 июля 2011
Поддержать программу

Комментарии

Скрыть
Очередной скандал вокруг "Норильского никеля". Сегодня была опубликована отчетность за прошлый год – на два месяца позже нормального срока. Аудиторы подписывать отчетность отказались. А прибыль оказалась на $2 млрд меньше ожидаемой аналитиками. У нас в студии Роман Асанкин, специальный корреспондент газеты Коммерсант.

Зыгарь: Чем объяснить вот эти странные документы?

Асанкин: Два миллиарда. Куда пропали два миллиарда? Это особенности отчетности МЦФО, международной финансовой отчетности. Проще говоря, несколько лет назад, в 2008 году была приобретена компания ОГК-3, она была приобретена за 5 млрд., продана – непонятно за сколько, потому что в отчетности об этом ни слова, но при этом по этой сделке они списали убыток в два миллиарда. В физическом объеме деньги не изменились, то есть, компания заработала столько, сколько заработала. На операционном уровне там более 6 млрд. Два миллиарда – это бумажный убыток. То есть, оценивать эффективность компании по бумажному убытку неправильно. Чистая прибыль по МЦФО – это достаточно аморфное такое понятие, аморфные показатели. Нужно смотреть на результаты, которые выше чистой прибыли – это операционная прибыль и EBIT.

Зыгарь: То есть, обвинять менеджеров «Норникеля» в том, что они украли два миллиарда, преждевременно?

Асанкин: Пока преждевременно. Там была не продажа ОГК-3, а обмен на акции «Интер РАО».

Зыгарь: Но, тем не менее, несмотря на то, что есть разночтения в том, как трактовать эти цифры, есть объективная реальность: задерживается публикация отчетности и аудиторы не подписали те документы, которые сегодня стали известны.

Макеева: И убытки так или иначе значатся, вы же сами сказали.

Асанкин: Это бумажный убыток. То есть, у них ровно столько денег, сколько они заработали за 2010 год.

Макеева: Тогда в чем может быть проблема с аудиторами? Почему аудиторы это не подписывают и почему два месяца задержки?

Асанкин: В этом и есть вся интрига этой ситуации. То есть, компания все время публиковала свою финансовую отчетность до собрания акционеров, это примерно где-то в мае, начале июня. Сейчас этого не произошло, произошла задержка и, по информации РУСАЛа, проблема в том, что отчетность не могут подписать аудиторы. Опять же, по информации РУСАЛа, есть сомнения по ряду сделок, в частности, по сделке с трейдером Trafigur по продаже квазиказначейских акций, пакет там 8 с лишним процентов. По моей информации, там есть разночтения менеджмента и аудиторской компании в комментарийной части. То есть, непонятно, как комментировать эти сделки. То есть, они не могут договориться, как комментировать эти сделки, для чего, в каком объеме. Не могут договориться, какое должно быть описание этих сделок.

Зыгарь: То есть, это фиктивные сделки?

Асанкин: Я не знаю, я не могу утверждать, потому что об этих сделках в отчете ни слова. Идет речь о том, что проданы квазиказначейские акции.

Макеева: Это вообще нормальная ситуация, чтобы вот так компания публиковала вот такой отчет: не заверили, тут непонятно, там непонятно?

Зыгарь: И ладно бы какая компания, а «Норникель», которая является полем битвы между двумя группами акционеров. С одной стороны у нас Потанин, с другой стороны – Дерипаска, который…

Макеева: Который, говорят, гневается.

Асанкин: По моему ощущению, это результат именно вот этой акционерной войны. То есть, идет какая-то игра, правила которой не хотят выносить на публичную плоскость. И, соответственно, то, что публикация отчетности опаздывает – это результат этой войны, на мой взгляд. По моим ощущениям, не хотят, чтобы правда стала публичной.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия