Министр Мединский против НТВ: фальсификация истории не пройдет

Здесь и сейчас
19 июня 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
НТВ и министр культуры Владимир Мединский – объявили друг другу войну. Великую отечественную. Дело в том, что Мединский потребовал от телеканала снять с эфира фильм «Служу советскому союзу», премьера которого намечена на 22 июня.

На картину министр сперва ополчился в twitter: «Да... Просто нет слов. «Штрафбат» отдыхает. Интересно, кто финансировал фильм «Служу Советскому Союзу»? Хочется просто посмотреть человеку в глаза»? - написал он. А затем уже и составил официальное письмо руководству НТВ с просьбой отказаться от показа картины с такими словами: «Считаем неуместным трансляцию более чем спорного фильма. Это может быть воспринято многими как оскорбление ветеранов». Генеральный директор телеканала Владимир Кулистиков отказался как бы то ни было комментировать министерское послание.

Фильм снят по роману Леонида Менакера «Обед с дьяволом» режиссером Александром Устюговым – раньше он специализировался на сериалах. Главный герой — заключенный ГУЛАГа. Картина рассказывает о действиях советских заключенных и руководителей тюремного лагеря при столкновении с немцами в июне 1941 года. По сюжету, охрана лагеря бежала, и бой принимают заключенные. Они побеждают в битве, о чем сообщают в Москву. После этого заключенных расстреливают сотрудники НКВД.

Почему снятая лента может обидеть ветеранов и почему она неуместна для телеканала нТВ, мы попросили прокомментировать историка Бориса Соколова.

Михаил Фишман: Здравствуйте, Борис Вадимович.

Борис Соколов: Здравствуйте.

Фишман: У нас чуть что, чуть неровная, полуофициальная линия в каком-то художественном фильме или романе о Великой Отечественной войне - тут же возникает этот образ оскорбленного ветерана, тут же это происходит. Насколько в данном случае претензии Мединского, на ваш взгляд, оправданы?

Соколов: На мой взгляд, это вообще не дело министра культуры - заниматься
цензурой тех или иных каналов. Дело даже не в художественных качествах фильма, и не в его соответствии исторической правде. Показывать можно любой фильм, если он не содержит порнографии. Если он содержит порнографию, значит, определенное должно быть ограничение. Все остальные показывать можно. Если брать конкретно этот фильм - «Служу Советскому Союзу», - то я его посмотрел.

Фишман: Вы его видели?

Соколов: Я его видел, да. Это довольно примитивная сказка, имеющая очень мало общего с действительностью, и, на мой взгляд, достаточно бездарно снятая. Даже звезды вроде Аверина и Гришаевой его не спасают. Но это совершенно не повод, чтобы не показывать ее по телевизору.

Марина Малыхина: То есть вы не находите в нем ничего, что могло бы оскорбить и обидеть чувства ветеранов в преддверии такого горького дня?

Соколов: Там очень трудно что-то оскорбить, потому что все там, в общем, выдумано. С реальной войной он имеет крайне мало общего. Любой человек, который воевал, оценит его как сказку, достаточно искусственно выстроенную.

Фишман: Если продолжать вашу логику, то претензии Мединского могут быть адресованы любому произведению искусства на тему о войне, да?

Соколов: Наверное, да.

Фишман: То есть он требует, чтобы нам показывали документальный кадр.

Соколов: Да не все документальные. А вот документальные выстроены именно как-то в интересах России, как он их понимает. Он же с свое время был автором замечательной фразы, во всяком случае повторил ее, насчет фальсификации в интересах России.

Фишман: Он про это, на самом деле, много томов даже успел написать.

Соколов: Да. Но в этом фильме реально не было никаких лагерей заключенных в прифронтовой полосе.

Фишман: То есть мы имеем дело с фальсификацией истории, но художественной?

Соколов: Уголовники отродясь за Советскую власть воевать не горели желанием.

Малыхина: Как вам кажется, зачем сериальный режиссер берет не фактологическую историю, которых достаточно ведь, а берет фантазийную?

Фишман: На чем-то же она основана?

Соколов: Он взял, как я понимаю, роман Менакера «Обед с дьяволом». Сам роман я, к сожалению, не читал. Не могу сказать, насколько адекватно он передан в фильме. Но это была, в общем, некая фантазия романиста-сценариста на тему Великой Отечественной, как я понимаю. Может быть, в очень условном жанре. В какой-то мере прототипом главного героя был известный советский публицист Михаил Кольцов, если вы помните. Здесь он называется как Михаил Донцов. И была легенда, что его не расстреляли в 1940 году, а что его оставили в лагерях, и он там где-то погиб. И чуть ли даже еще ухитрился воевать в Великой Отечественной. Легенды такие ходили. И вот он как-то сплел эти легенды воедино. В исторической действительности Кольцов был расстрелян в 1940 году, по дутому делу бывшего наркома внутренних дел Ежова. Он там проходил как бывший любовник второй жены Ежова. Судя по всему, по этой линии заговор пытались как-то придумать. Поэтому такая красивая сказка. Конечно, там ничего общего с действительностью нет. А когда, простите меня, Юрий Ицков - замечательный актер, которого я очень люблю, но у которого, простите, явно выраженные еврейские черты в облике - говорит «Я русский мужик», то это должно вызывать какой-то смех.

Малыхина: Это уже вопрос кастинга, наверное.

Фишман: Некоторые условности.

Соколов: Фраза, я имею в виду, глупая.

Малыхина: Помните фильм «Сволочи»?

Соколов: Помню.

Малыхина: Тоже к нему предъявляли много претензий.

Соколов: В этом фильме тоже с реальностью очень мало общего.

Малыхина: В том-то и дело.

Соколов: Но фильм вполне художественный и хорошо снятый.

Малыхина: Я сейчас не про художественные аспекты.

Соколов: Нет, я с той точки зрения, что можно фантазировать на тему войны. На эту тему есть вполне качественные украинские военные боевики. Только там, конечно, условная реальность, и авторы прекрасно знают, что они все выдумали. А у нас как-то не воспринимают придумки на военную тему.

Малыхина: Это вообще стоит делать? Это для общества полезно?

Соколов: Вполне можно делать, но это надо делать талантливо.

Фишман: То есть здесь нет претензий к исторической достоверности? Или их не следует применять?

Соколов: Их не стоит применять. Должно быть художественно или нехудожественно. Данный фильм, на мой взгляд, снят нехудожественно. К нему можно эти претензии предъявить.

Малыхина: То есть цензурировать по качеству можно?

Соколов: Цензурировать по качеству должен зритель. Если он плохой, то он провалится в прокате, скорее всего.

Малыхина: Рейтинг будет низкий.

Соколов: Рейтинг будет низкий, да. Причем зритель же не с точки зрения исторической достоверности смотрит, а с точки зрения какой-то ситуативной достоверности, достоверности характеров, насколько он в это готов поверить.

Малыхина: В силу того, что наш новый Министр культуры увлечен историей, мы не могли это не заметить из его предыдущих выступлений и публикаций.

Фишман: И болеет за Россию.

Малыхина: Как вам кажется, вот такие шаги, первостепенно в области именно исторической, культурной и научной составляющей - это будет тенденцией в ближайшее время?

Соколов: Я не могу сказать, я же в конце концов не господин Мединский. Но если это проводить последовательно, то тогда необходимо установление всеобщей цензуры, и должен быть строго определенный курс истории России - что можно говорить, а чего нельзя. У каждого деятеля культуры должен быть настольный краткий курс истории России, чтобы он знал, в пределах чего он может творить.

Фишман: Но у нас, слава богу, пока такого нет.

Соколов: Для того, чтобы такое было, должно быть достаточно тоталитарное общество, я вам скажу.

Фишман: Но пока все-таки мы находимся не в нем. Спасибо большое. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.