«Когда ОМОН задерживает за административный проступок – это провокация». О последствиях стычки мусульман с ОМОНом в Москве

Здесь и сейчас
29 сентября 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Российский интернет буквально взорвал ролик, снятый в эту пятницу, 26 сентября, возле здания исторической мечети на Татарской улице, в центре Москвы. На видео видно, как толпа в несколько сотен человек окружила полицейский автобус, возле которого стоят бойцы ОМОНа. 

Начинается перепалка, речь идет о задержанном, который то ли задел бойца ОМОНа, то ли совершил нарушение правил дорожного движения. Но спустя некоторое время страсти накаляются, и люди достают человека из автобуса самостоятельно прямо в наручниках, которые полицейские даже не успевают открыть. Слышны крики: «Это революция» и «приведите его, мы наручники снимем» - в конце ролика, который уже посмотрело полмиллиона человек.

Что произошло в Москве после пятничной молитвы? В Главке полиции сообщили, что «все нарушители порядка, оказавшие сопротивление сотрудникам полиции, были задержаны. В отношении них, в соответствии с составленными протоколами судом, принято решение об административном аресте. Кроме того, в отношении двух лиц возбуждено уголовное дело по статье "Применение насилия в отношении представителя власти", и они задержаны».

По словам очевидцев, увезли три переполненных автобусов мусульман. Так же прихожане мечети сказали, что на следующую молитву пришло как никогда мало верующих.

Эту тему обсудили с адвокатом Калой Ахильговым, который рассказал, почему задержания мусульман возле мечетей и в них происходят регулярно.

Олевский: Калой, давайте попробуем восстановить события пятницы, что произошло возле мечети.

Ахильгов: Я, к сожалению, был не в этой мечети в эту пятницу, а в другой, но там были мои друзья и знакомые, которые были свидетелями всего этого. С их слов, произошло задержание одного из прихожан мечети, который совершил административное правонарушение до этого.

Олевский: За рулем автомобиля.

Ахильгов: Да, за рулем автомобиля. Насколько я понимаю, он то ли наехал, то ли задел своим автомобилем одного из сотрудников. Физических никаких последствий для сотрудника не было, просто был такой неприятный инцидент. В этой связи он был задержан во дворе мечети. На видео видно, что автобус стоит прямо у входа в мечеть. Он был задержан и водворен в автобус, где, по словам, свидетелей, в отношении него применялась сила.

Олевский: И в чем была необходимость задерживать его именно тут, на месте среди людей?

Ахильгов: Это большой вопрос, Тимур. Если человек совершил административное нарушение, задерживать его в таком месте, при наличии такого количества людей, в некотором роде можно назвать и провокацией. Понятное дело, что прихожане мечети не дадут в обиду просто так одного из своих единоверцев, тем более, если в отношении него применяют незаконно силу. А задержание за административное нарушение, вызывает вопрос, почему ОМОН его задерживает.

Олевский: А почему ОМОН вообще там был?

Ахильгов: ОМОН может находиться для обеспечения порядка, вполне допускаемо.

Олевский: А у нас всегда пятничная молитва возле мечети на Большой Татарской сопровождается присутствием ОМОНа?

Ахильгов: Нет. Я был много раз на пятничной молитве в мечети во всех четырех мечетях, которые есть в Москве, я видел там сотрудников ГИБДД, которые регулировали движение, поскольку парковки не хватает. Но ОМОН я там вижу редко. Может быть, в праздничные молитвы два раза в год тогда стоит ОМОН для обеспечения порядка, но не более того.

Олевский: Просто эта пятница не выделялась в ряду прочих, на первый взгляд?

Ахильгов: Абсолютно. У нас 4-го числа должна быть праздничная молитва, там должен быть ОМОН, это вопросов не вызывает. В данном случае вопрос вызывает более того то, что задержание произошло в мечети, задерживали омоновцы, задерживали в период отправления каких-то религиозных обрядов и так далее. Это вызывает много вопросов. Почему это было в такой форме – непонятно.

Олевский: Если представить себе этот инцидент так, как вы его описываете, языком улицы, то произошло, как я представляю себе, человек, видимо, «быканул», высказал неуважение в отношении полицейского, дал повод себя задержать, был задержан. После чего люди повели себя достаточно агрессивно, на первый взгляд.

Ахильгов: Я согласен с тем, что человек мог дать повод себя задержать, но надевать на него наручники, применять в отношении него силу, это было, мягко говоря, чрезмерно.

Олевский: А, может быть, непрофессионально? Лично у меня к полицейским два вопроса. Они не умеют задерживать людей в местах массового скопления народа, видимо, потому что они его не задержали и спровоцировали агрессию, это как будто бы непрофессионально. Или они боятся, что никогда не найдут этого человека и не смогут его задержать позже или это была намеренная попытка спровоцировать? Что это было?

Ахильгов: Я думаю, что если человек цитировал закон о полиции, знал закон о полиции, у него было уйма возможностей сделать это иначе, в том числе попросить у него паспорт для проверки документов, установить его личность.

Олевский: Говорят, что полицейских бить нельзя, у нас по «болотному делу» много сидит. Ведь эти слова… за гораздо меньший, на первый взгляд, поступок, чем штурм полицейского автобуса, схватил за руку и прочее, а здесь произошло то, что произошло. Даже появилось сообщение, что все напавшие на этот автобус уже задержаны. И даже это ставится под сомнение, кто оказался потом в этих участках.

Ахильгов: Тимур, я хочу обратить внимание на одну очень важную вещь. Видео длится около 15-16 минут, я думаю, что диалог был еще дольше.

Олевский: Там видно на видео, что потом приезжает подкрепление.

Ахильгов: Очень много раз повторяется разными голосами: «Не провоцируйте!».

Олевский: Да, это важно. Люди, которые собрались у автобуса, много раз говорят единоверцам своим: «Не подходите близко, сделайте шаг назад, не провоцируйте».

Ахильгов: Пытаются сдержать ситуацию, совершенно верно. Не было цели штурмовать автобус, не было цели применять какую-то силу.

Олевский: А это единичный случай в пятницу произошел или это происходит регулярно, и тут вылилось?

Ахильгов: Задержания происходят регулярно, особенно в последние год-два. Даже если пройтись по новостям, можно увидеть, что в молельных домах задерживают либо ФСБ за подозрение в экстремизме, либо ФМС по проверке документов, либо еще под каким-то предлогом.

Олевский: Но это немножко другая история. Это не в молельный дом пришли к людям, предположим, которых подозревают в экстремизме, но не могут их за руку поймать. А тут такая ситуация – ОМОН сознательно приезжает к мечети. Может быть, это проявление общего недовольства вообще, я не знаю, мусульманами, Курбан-Байрамом? Что это было?

Ахильгов: Когда я говорю, что происходят в молельных домах какие-то задержания, понятно, что никакого экстремизма, никакой экстремистской литературы там нет. Люди, производящие подобного рода задержания, это прекрасно знают. Это лишь повод. В данном случае, возможно, что была такая же ситуация, что это был лишь повод задержать человека. На моей практике есть много случаев, когда в подобного рода ситуациях за административные нарушения люди провоцируют и возбуждают уголовные дела по статье 318 «Применение насилия по отношению к представителю власти», например, и закрывают людей на год-полтора в тюрьму. Понятное дело, что люди знают такие случаи и не хотят допускать такого впредь, потому что это выходит за рамки здравого смысла.

Олевский: А подобного рода задержания во время молитвы в Москве раньше бывали?

Ахильгов: Я не припомню.

Олевский: Бывает такое в Петербурге нередко.

Ахильгов:  Я знаю, что в Петербурге бывает. В Москве я знаю, что было, но когда именно, я сейчас вспомнить не могу. Значит, это было давно.

Олевский: Как вы думаете, будет ли со стороны ОМОНа, московской полиции или каких-то других спецслужб то, что называется возврат меча на их поле, попытка отомстить за огласку этой ситуации, как минимум?

Ахильгов: Случаев, когда такое оставлялось, я еще не знаю. Я думаю, что тем ребятам, кто там был, в том числе задержанным, надо быть аккуратным, осторожным, не провоцировать впредь на подобного рода вещи.

Олевский: Эскалация напряженности на праздниках предстоящих она возможна?

Ахильгов: Возможна.

Олевский: Готовитесь к этому? Есть сигнал или вы так думаете просто?

Ахильгов: Сигналов пока, слава Богу, нет, но я всегда исхожу из того, что может быть плохого, потому что если это не случится, это будет гораздо приятнее.

Олевский: Говорят, что кого-то отвезли в отделение полиции. Вам известно, кто были эти люди, которые были задержаны на Большой Татарской после того, как это видео прекратилось, и дальше люди пытались разойтись?

Ахильгов: Это только на уровне слухов. Конкретных имен я не знаю.

Олевский: Никто не обращался за помощью?

Ахильгов: Нет.

Олевский: Можно ли надеяться на то, что духовные лидеры мусульман, столичная полиция, а, может быть, адвокатское сообщество выйдет с инициативой о том, чтобы собраться как-то в кабинете у Якунина, предположим, или у Колокольцев и обсудить эту ситуацию до того, как ОМОН с дубинками куда-то приедет или к ОМОНу, не дай Бог, кто-то приедет с арматурой?

Ахильгов: Необходимость в этом назрела. Потому что эти постоянные облавы на молельные дома, подобного рода ситуации, я думаю, что это не только на уровне Москвы надо брать, это надо брать на уровне больших городов, где происходят такие вещи часто. Я знаю, в Ростове такая ситуация есть. Может быть, стоит на уровне местных ГУВД, ОВД проводить подобного рода встречи для того, чтобы как-то отрегламентировать всю эту ситуацию, связанную с прихожанами в мечеть. Понятное дело, что на праздники и на пятничные молитвы приходит очень много людей, мест не хватает, все они на улице. Может быть, это как-то раздражает глаз посторонний, но в любом случае это данность.

Олевский: Многие не обращают на это внимания, но многие говорят, что неважно, где собирается толпа большого количества мужчин, какую веру она исповедует, но когда собирается большое количество мужчин вместе, у них обостряется чувство социальной справедливости. И сотрудникам полиции, наверное, тоже знакомо это ощущение, когда случайно сказанное слово может произвести вспышку. Просто так устроена человеческая природа.

Ахильгов: Я хочу сказать еще одно: поняв, что ситуация стала критической, надо отметить, что действия ОМОНа, которые не стали противиться, не стали применять силу, даже если бы у них это не получилось сделать, применение силы спровоцировало бы ответную реакцию.

Олевский: Поэтому говорить, что ОМОН унизили, это неправильно. ОМОН в этом смысле, на мой взгляд, поступил правильно.

Ахильгов: Абсолютно. Другое дело, что задержание в такой атмосфере было не совсем корректно, на мой взгляд.

Олевский: А вообще проводится системная работа, вот такие встречи?

Ахильгов: Есть экспертный совет при Совете муфтиев России. Там какая-то работа проводится.

Олевский: Практически полезных я имею в виду.

Ахильгов: К сожалению, я не знаю таких. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.