Художник Павленский объяснил смысл своей акции на Красной площади. Прямое включение после его освобождения

Здесь и сейчас
11 ноября 2013
48 661
33
Поделиться  
Слушать  
Другие выпуски
Отключить рекламу
Сообщить об ошибке

Отключение видеорекламы на месяц

В опцию входит:

  • отключение рекламы во всех архивных роликах перед проигрыванием, во время постановки на паузу и после проигрывания ролика
  • отключение дополнительных рекламных роликов в прямом эфире, за исключением эфирной рекламы

Опция позволит вам смотреть прямой эфир и архивные ролики на сайте, в мобильных приложениях, SmartTV-телевизорах, через приставки и другие устройства без рекламных вставок.

Если при просмотре видео у вас возникли проблемы, пожалуйста, укажите их

Другой вариант

Об этом сообщает корреспондент ДОЖДЯ. По его словам, художник Петр Павленский был отпущен из автозака. Ранее стало известно, что судья отказалась рассматривать его дело из-за неправильно оформленных документов.

Как рассказал Павленский ДОЖДЮ, его просто выпустили из автозака. После этого он понял, что у здания суда его никто не ждет и заседания по его делу не будет.

«Я не понял даже, что там не так с протоколом. Все было сделано грамотно», – отметил Павленский, говоря о претензиях судьи к документам, предоставленным из полиции.

Художник был задержан днем 10 ноября за акцию на Красной площади. Он прибил гвоздем к брусчатке свою мошонку.

Петру Павленскому грозило до 15 суток ареста по административной статье о невыполнении требований полиции.

Смысл своей акции Павленский объяснил тем, что «голый художник, смотрящий на свои прибитые к кремлевской брусчатке яйца, — метафора апатии, политической индифферентности и фатализма современного российского общества».

Роменский: Только что даже не из зала суда, а из автозака, который находился рядом со зданием Тверского мирового суда, был освобожден Петр Павленский. Это произошло после того, как судья, которая находится в «списке Магнитского», который запрещает въезд в США, почему-то недовольная теми документами, которые ей передали сотрудники правоохранительных органов, решила освободить Петра Павленского. Ему могло грозить  15 суток за мелкое хулиганство.

Петр, вы вообще ожидали, что вас освободят так быстро?

Павленский: Совершенно не ожидал. Вы даже видели, когда я вышел, я искал вход в зал суда, я думал, что рядом полицейские идут. И метров через 10 я понял, что это так. Я до сих пор не очень понимаю, в чем дело. Но когда в Петербурге было подобное задержание, когда меня так же  привезли в суд на следующий день, была та же самая история. То есть что-то было не так с протоколом, и судья отклонила дело. В результате суд состоялся через два месяца. Еще раз полиция тогда пробовала инициировать суд, она еще раз отклоняла. Но тогда он все-таки состоялся. Но он достаточно спокойно прошел, тихо, потому что уже все утихло. Сейчас аналогичная ситуация получается. Я даже не понимаю, что там не так с протоколом. Я наблюдал, и мне казалось, что они делали все достаточно грамотно, все быстро заполнили.

Роменский: Насколько я понимаю, мелкое хулиганство классифицируется по ряду факторов: ругались ли вы матом, есть ли порча государственного или другого имущества и прочее. Я так понимаю, что в ваших действиях этого не усмотрели. Расскажите, почему вы решили провести эту акцию именно таким способом. Что хотели сказать?

Павленский: Я, прежде всего, хотел сказать о произволе и о том, что мы сейчас на пороге полицейского государства. Я показал метафору, метафору политической индифферентности, которая грозит стать необратимой. Тогда в этом положении себя почувствуют люди буквально. Красная площадь – это как гнездо власти, со времени Ивана Грозного эта брусчатка. Меня натолкнуло на эту акцию, это было буквально две недели назад, когда я гулял по площади, я увидел огромное количество фсошников. То есть туда может каждый пойти и начать гулять, любой человек увидит, что там эти люди, по одному ходящие, нейтральные, неприметные выслеживают. Они начинают ходить за человеком, они слушают. В этом месте все собрано. Эта сама по себе метафора полицейского, которая только разрастается все больше и больше. Почему она разрастается, это понятно, потому что сейчас урезаются в науке средства, у искусства, то, что Мединский сказал, что это урезаем, это не искусство, в науке я не знаю, кто. При этом мы видим, что идут дополнительные наборы в сотрудники полиции. То есть иду вливания в силовые структуры.

Роменский: Как сотрудники полиции отреагировали на вашу акцию? Вы больше суток провели, беседуя исключительно с ними. Я так понимаю, ни адвокатов, ни близких к вам в это время не пропускали.

Павленский: Да. Когда я был в отделении, там в этом отношении было все жестче, чем в Петербурге. Потому что там все было закрыто, я постоянно был под наблюдением, потому что там клетка была немножко  по-другому расположена. Там следователи были, несколько раз были допросы. Их больше всего интересовали подробности, как, с кем, один я или это группа людей. Я это делаю один, поэтому и говорю, что один. Они постоянно хотели как-то проверить. Они вели свою работу, я не знаю, удалось им что-то или нет. Они пробовали мне объяснить, что они на самом деле очень добрые. Когда они меня накрыли, понятно, они меня накрыли, чтобы убрать, чтобы не стало там тела, они меня очень убеждали, что они меня накрыли, чтобы мне не было холодно.

Роменский: Что самое трудное было в этой акции? Как она вообще готовилась?

Павленский: Самое трудное, что это надо было сделать быстро. Была еще сложность, потому что изначально я планировал это сделать посередине площади. В тот момент, когда я ее исследовал и вообще смотрел, что можно сделать, когда я приехал, чтобы делать, я увидел, что там ограждение большое и там делают каток. Все сместилось, эпицентр сместился влево, то есть ближе к Мавзолею. Туда люди очень сконцентрировались, приходилось это делать практически в толпе людей. Это надо было сделать еще быстрее, потому что так я это делал в 20 метрах от полиции, а так нужно было делать это вообще под носом. Понятно, что они будут видеть, как я это начну делать. Вопрос скорости там был очень важен.

Роменский: А как люди реагировали на эту акцию?

Павленский: Этого я не знаю. Мне кажется, что очень быстро появилась полиция. То, что я слышал, по-моему, там стали разгонять людей. Я, конечно, хотел бы, чтобы люди задали какие-то вопросы. Я думаю, что многим людям это очень сильно не понравится, но это даже хорошо, потому что люди должны задать вопрос: почему человек это делает, что он хочет сказать?

Роменский: Как вы думаете, почему вас так быстро отпустили, нет 15 суток ареста, штрафа?

Павленский: Вот этого я не знаю. У меня нет ответа на этот вопрос. Я не знаю. Такого я точно не ожидал. Я думал, что будет либо перевод дела в Петербург, либо будет 15 суток здесь, либо какой-то штраф, который я не хотел признавать. Это принципиальный момент, признаешь или не признаешь ли ты вину. Если тебя силой удерживают какое-то количество времени – это одно, а если ты добровольно платишь штраф, значит, ты соглашаешься с тем, что ты совершил правонарушение, значит, тогда это не жест, а это хулиганство. Но я не рассматриваю это как хулиганство, немножко другая терминология, полицейская терминология.

Дождь в вашей почте
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Искусство «культурного» развода. Четыре совета от женщин и один от мужчины.
100 лет со дня гибели российской подлодки «Сом» в водах Швеции. Правнуки командира приняли участие в памятной церемонии
Уроки воспитания от самых богатых людей мира. Детям деньги не нужны
Пять лучших фильмов Каннского фестиваля. Выбор Дениса Катаева
Самые громкие скандалы с гимнами. Наш рейтинг
Обмен Савченко на «бойцов ГРУ». Хроника событий за три минуты
Как отличается зарплата мужчин и женщин в России, Англии и США. Советы женщинам, как добиться более высокой оплаты труда
Семь вопросов к рэперу Басте
«Все ненавидят полицию». Как французы сражаются с трудовой реформой
Крушение самолета EgyptAir. Все факты за две минуты
Какой бизнес контролируют мигранты, кроме похоронного
Как Instagram манипулирует женщинами. Версия Ирана
Крымские татары — везде чужие? История притеснений от 1944 до 2016
Четыре драки на спортивных соревнованиях. Самые громкие скандалы последних лет
Пять историй нападений казаков. Как они «охраняют порядок на своей земле»
Олег Кулик и Петр Павленский обсуждают политическое искусство. Видео из зала суда
Зачем российские миллиардеры продают свои яхты
«Евровидение»: плагиат или цитирование? Главные итоги конкурса. Все что надо знать о «Евровидении» в этом году
Тульский «чрезвычайный рэп», слон в фонтане и никакой «Обамки». Новости регионов
Как сожгли дом Рамазана Джалалдинова, бросившего вызов Кадырову. Вся история за минуту
Российские журналисты о разгроме РБК. Лучшие цитаты из нашего спецэфира
Хронология скандалов в РБК за две минуты. От обысков в главном офисе ОНЭКСИМ до увольнений руководства холдинга
Из партизан — в президенты Бразилии. Политическая карьера Дилмы Русеф
Сверхбыстрый поезд от Илона Маска против тепловоза с ракетным комплексом. Будущее технологий в Америке и России
Власть против Монстрации: самые яркие моменты
Парад Победы стоил 300 миллионов. На что их потратили?
Болотное дело четыре года спустя. Как разгоняли протест оппозиции, и сколько людей всё еще в тюрьме
Что случилось за майские праздники. Главные новости
За что российского пилота «Формулы-1» Даниила Квята отчислили из команды «Ред Булл»
От скандала с офшорами до запрета меджлиса. Главные новости апреля
День дождения глазами подписчиков
Сын миллиардера или выходец из семьи иммигрантов. Кто станет новым мэром Лондона?
Семь заповедей Петра Павленского
Неудачные кадры военной операции ИГ
Воркута ждет. Зачем ехать в отпуск в русскую Арктику
Нештатные ситуации в прямом эфире
Шесть правил жизни Бейонсе
Самая короткая история космодрома «Восточный». Во сколько обошлось его строительство, из-за чего переносили первый запуск ракеты, и почему он так и не состоялся
Как Сталин вернулся в нашу жизнь и даже в политику
Как православный активист подрался с лидером блэк-метал группы. «Мы сделали все, чтобы это шоу уродов не состоялось»
Татьяна Москалькова: что мы знаем о новом уполномоченном по правам человека
Как в Америке борются с пережитками рабовладения, пока в России возводят памятники Сталину
Как мэрия украсила Москву к весне на 190 миллионов
Эмоции на Дожде. Самое смешное за шесть лет
Оговорки и неполадки в эфире Дождя. Самое смешное за шесть лет
Как пережить кризис? Советы Александра Аузана
Что будет, если людям начнут выплачивать деньги просто так. Опыт Намбии, Голландии, и Финляндии
Квача — самое выгодное вложение 2016 года
Переписка Владимира Путина и россиян. Главное из «Прямой линии» с президентом
Киберпреступность — угроза для человечества?
Пять стратегий из «Монополии», необходимых в реальной жизни
Уполномоченный по защите животных. Кто мог бы им стать?
Лучшие вопросы Путину 2016
Четыре совета для тех, кто хочет переехать за границу
На сколько миллионов выросли доходы Путина, Медведева, Володина и других в 2015. И что произошло с заработком обычных россиян
Ограничить интернет, проверить молодежь, ввести идеологию. Как Бастрыкин пресекает попытки Запада раскачать ситуацию в России
Ограничить интернет, проверить молодежь, ввести идеологию. Как Бастрыкин пресекает попытки Запада раскачать ситуацию в России
Видеоблогер собрала начала и концовки сериалов и фильмов
Сколько ошибок в расследовании «России 1» о Навальном
Кто такие Бут и Ярошенко, на которых могут обменять Савченко
«Бред», «ничего нового» и другие реакции на Panama papers
«Бред», «ничего нового» и другие реакции на Panama papers
История столкновений в Нагорном Карабахе за минуту
«Вброс» против Путина: что это было
Как бегать правильно. Три совета от чемпиона мира Колина Рэя Джексона
От отставки Чурова до «компроматов» на Путина. Главные итоги марта
Скоро на Дожде. Документальный фильм о Сергее Михалке и группе Brutto
Эльфы и тролли против кризиса. Как они спасли экономику Исландии
Пользователи «Твиттера» проверили, можно ли упасть на банановой кожуре
У кого из друзей Путина журналисты нашли панамские офшоры
Что представляет из себя секта «Аум Сенрикё». И почему её основатель делал ставку на Россию
Как стать успешным? Шесть правил для лидеров
Скоро на Дожде фильм о Сергее Михалке и группе Brutto. Видео с репетиционной базы
Статистика российских судов за 2015 год. Скольких людей осудили, приговорили к пожизненному заключению и скольких оправдали
Восемь вопросов владельцу Московского кредитного банка Роману Авдееву
Где хотят работать россияне
Не сообщил о готовящемся преступлении — в тюрьму
Сколько музыкальных инструментов можно купить на $2 млрд.
На что хватит $2 млрд
В каких странах еще существует Нацгвардия. И что она там из себя представляет
Три анекдота от Юрия Лозы
Как ремонтируют дороги в разных городах России
Музеи, которые нужно обязательно посетить. Выбор режиссера Кирилла Серебренникова
Юрий Лоза против Led Zeppelin и Rolling stones. Как отреагировали в соцсетях
Особенности национального трудоголизма
Зачем государству война в телевизоре, и есть ли предел у пропаганды. Выводы доклада Центра Карнеги «Хотят ли русские войны» за полторы минуты
«Выживший»: человек, который пережил три теракта
Почему визит Обамы на Кубу — это действительно важно
История противостояния экс-владельцев ЮКОСа и российских властей
Все, что известно о терактах в Брюсселе за полторы минуты
Дебаты Навального и Познера. Самое интересное за минуту
Как выносили приговор Надежде Савченко
О крушении «Боинга» в Ростове-на-Дону — за минуту
Познер и Навальный играют в «Пойми меня»
Что случилось в Минкульте. И придут ли теперь за Мединским
13 вопросов бизнесмену и певцу Эмину Агаларову
Дебаты Мовчана и Титова. Самое важное за минуту
Уникальные фото питерского рок-клуба
Как женщин вербуют в ИГИЛ и сколько им платят
Чернобыль и Фукусима. Как правительства замалчивают реальную угрозу
Жив Джон Сноу или нет? Вгляделись в трейлер «Игры Престолов» повнимательнее
11 советов для успеха в бизнесе от Дональда Трампа. «Думайте о себе как о выдающемся мыслителе»
Полицейские-бомжи, блины на лопатах, 1993 возвращается. Breaking Mad с Владимиром Роменским
Итоги операции России в Сирии за полторы минуты
Дома без крыш и воды. Как живет город в Карелии в 100 км от финской границы
Роменский и шоколадная ярмарка
Российские спортсмены и мельдоний. Вся история последних допинговых скандалов за минуту
Любимый алкоголь и самая странная привычка Валерия Сюткина
Сколько стоили советские товары в пересчете на современные деньги
«Лежать на дне — это не развитие». Шесть вопросов Наталье Зубаревич
Энциклопедия цензуры на федеральных каналах. Краткое содержание
Чему можно научиться и куда устроиться в кризис
Во что вложить 4 млн рублей и другие ответы Сергея Алексашенко
Главные нестыковки в деле Савченко
Короткий месяц, но насыщенный. Главные новости февраля
Сколько людей погибает в шахтах в России
Скоро. Первый документальный фильм про Сергея Михалка и Brutto
11 вопросов новому лидеру «Правого дела»
Испытание российской модой. Как Владимир Роменский приоделся на выставке текстильной промышленности
Как не сесть за репост. Полезная памятка
Почему Медведев не увидел нового стадиона в Калининграде
«Короли госзаказа» — самые родные, таинственные и всеядные
Кому достанется «Домодедово» после дела Каменщика?
История «лайка» за минуту
В чем копить, о чем читать и что делать. Девять вопросов к Гонтмахеру
Снос города из трущоб около МГУ
14 вопросов Александру Васильеву
Как беженцы стали главной темой Берлинале
Взрыв в Анкаре. Самое важное за полторы минуты
Известные экономисты дают советы правительству
Надводный трамвай как альтернатива метро
Пять вопросов участникам «Квартета И»
Как в Москве сносят исторические здания
Инструкция. Как жить с кредитами
Испытание российской едой. Завтрак по-репортерски Владимира Роменского
10 каверов на песню Дэвида Боуи Space Oddity
«Пойми меня» с Юрием Сапрыкиным и Александром Липницким
Быть или не быть новому правительству?
Пять причин стать волонтером
«Сегодня снесли киоски, а завтра снесут вашу квартиру». Как Григорий Ревзин, Антон Носик, Елена Памфилова и другие в соцсетях отреагировали на снос ларьков
«Богатые русские дети» в инстаграме
Как мы беднеем. Помогаем пережить кризис вместе с Рейчел и Лебовски
Белковский на Дожде. Лучшее
Лучшие сериалы «Амедиатеки» на Дожде
Три главные цитаты дня
17-летняя звезда рунета певица Монеточка отвечает на вопросы Дождя. «Папа говорит, что Крым не наш, я говорю, что наш»
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Самое важное
Баста: «Слава, наркотики, деньги. То, что я пережил, мне хватит на 200 лет». Василий Вакуленко о том, зачем ему бизнес, нужно ли идти на компромиссы и о желании быть Полом Маккартни
Как отец водородной бомбы превратился в диссидента. Друг и коллега Сахарова о том, был ли знаменитый физик советским патриотом
Русское слово как оружие, украинцев посадили за войну в Чечне и Хинштейн — писатель на пенсии. Итоги 26 мая
Сергей Ястржембский: Живой политики в России нет. Лучше снимать кино в Африке. Бывший пресс-секретарь Ельцина о том, что не нужно делать Пескову и Захаровой, и как он помог Володину
Как они там держатся, и что они там курят? Самая смелая и веселая программа об экономике на российском ТВ
За что Трамп пообещал Никасу Сафронову квартиру в Нью-Йорке. Разговор с художником о политической клоунаде и о том, как он помог выиграть выборы Джорджу Бушу
Молитва за Путина по-японски, Нобелевская премия Бастрыкину и магнитофон во чреве. Белковский и Невзоров придумывают новую национальную идею
Почему для политиков иметь офшор – позор, а для компаний – норма. Спор четырех юристов об уходе от налогов в Америке и России
Когда Сами-Знаете-Кто сделает сами-знаете-что? Отвечает Белковский. Последняя «Прямая линия» перед отпуском
Герман Греф: «Всю историю мы делаем одни и те же ошибки». Выступление главы Сбербанка в Сколково. Полная версия
Можно ли развестись культурно? Первая встреча Рудковской и Батурина после 221 суда и двух лет тюрьмы. Выпуск о культуре расставаний
Наставник шоу «Танцы» Егор Дружинин: люди всегда найдут монетку, чтобы сходить в музыкальный театр. Что происходит за кулисами проекта, и почему «Танцы» — не пир во время чумы
Зачем Кадырову молдавские цыгане, как оппозиционеру дожить до выборов в Вологде, и кому нужна толстая Барби. Главное за неделю под необычным углом
Повесть, на странице которой Сталин написал «Сволочь». Андрей Платонов «Впрок». 1932 год
Главред «Новой» о статье про суицидальные паблики: если докажут, что это заказ ФСБ, уйду в отставку. Дмитрий Муратов о скандальном расследовании, отстранении Сергея Соколова и слухах о финансировании из Кремля