Глава Совета Федерации: Европейский суд России не указ

Здесь и сейчас
21 июня 2011
Поддержать программу

Комментарии

Скрыть

Европейский суд России не закон. Так, во всяком случае, решил временный глава Совета Федерации Александр Торшин, который сменил попавшего в опалу Сергея Миронова.

Инициатива сенатора едва не вызвала международный скандал — сегодня идею Торшина обсуждали в Еврокомиссии. Пока обошлось без обвинений — решили дождаться следующего шага — обсуждения закона Государственной думой.

Суть идеи сводится к следующему: Конституционный суд России может блокировать решения европейского суда. Называется это "защитой национальных интересов". Текст проекта уже поступил в Госдуму.

Поводом к пересмотру отношений с европейским судом, стало дело офицера Константина Маркина. Он добивался отпуска по уходу за ребенком, однако Конституционный суд отказался удовлетворять его жалобу. Мол, мужчина-военнослужащий не может уйти в декрет, так как это противоречит требованиям обороноспособности страны. ЕСПЧ, в свою очередь, посчитал такое положение дискриминацией по половому признаку.

Но, по мнению правозащитников, дело в другом. Инициатива Александра Торшина — новый удар по независимости судебной системы. По тем же причинам в нашей стране хотят прекратить и деятельность судов присяжных.

Инициативу Александра Торшина комментирует глава комитета Госдумы по Конституционному законодательству Владимир Плигин.

Казнин: Объясните, не все так страшно? Или действительно это все ведет к тому, что решения Европейского суда по правам человека – любые – могут блокироваться?

Плигин: Российская федерация является добросовестным участником многих международных соглашений, в том числе, этого соглашения. Нужно сказать, что граждане Российской федерации самым активным образом пользуются своими возможностями для обращения в Европейский суд. Несколько десятков тысяч такого рода жалоб, и мы постоянно исполняем решения Европейского суда. С моей точки зрения, эта практика участия Российской федерации в евроконвенции показала свою эффективность. Она сыграла положительную роль для развития нашей правовой системы, для формирования уважения к правам человека, наконец, она показала, что наши граждане умеют защищаться. Я бы хотел сразу уйти от всякого рода преувеличенных оценок. Эмоциональные оценки всегда характерны для рассуждения по сложным проблемам – либо белое, либо черное. Конечно же, будет сделан предметный анализ законодательной инициативы Александра Васильевича Торшина, кстати, с моей точки зрения, одного из очень серьезных либеральных политиков нашей страны, занимающихся сложными проблемами. Сложные проблемы – это понятно, и поэтому, конечно, ни в коей мере не стоит вопрос о том, чтобы блокировать практику работы с Европейским судом Российской федерации. Я не хочу останавливаться на лекционном формате нашего разговора.

Арно: Давайте лучше на дискуссионном. Если у вас есть вопросы какие-то к коллеге, пожалуйста.

Кашин: Да нет вопросов, на самом деле, потому что я продолжаю проживать радость от победы и ни о чем больше не думаю. В первый раз был в суде как ответчик, это такой интересный experience.

Плигин: А в жизни вы в первый раз были в суде?

Кашин: Нет, ходил по работе. Но когда наблюдаешь со стороны, это не совсем то. А когда такое состязательное, и ты в нем участвуешь, сам споришь и доказываешь – кровь играет просто.

Плигин: Вы что-то сказали в конце, поэтому фразу до конца не услышал.

Кашин: У меня нет зубов, поэтому я плохо говорю.

Плигин: Это действительно серьезное испытание для любого человека.

Казнин: Мы к этой теме еще вернемся,  пока все-таки – зачем эта инициатива?

Плигин: Каждая национальная система правового регулирования состоит из большого набора законодательных актов, иногда они завершаются Конституцией. И при работе с международными организациями, органами, всегда возникает вопрос: какие нормы приоритетны – нормы международных соглашений, национальные нормы, нормы федеральных законов собственной страны? В этой части в Конституции России, мне кажется, есть очень серьезное положение. Может быть, кому-то будет интересно, он посмотрит – это пункт 4-й статьи 15-й Конституции, где очень точно определено, что международные договоры играют приоритетную роль - условно воспроизвожу эту фразу - на территории Российской федерации. Международное законодательство приоритетно. Дальше возникает следующая проблема. На этом, видимо, сконцентрируется дискуссия. Приоритетны нормы по отношению к законодательству. Но существует Конституция Российской федерации, и несомненно, что Конституция Российской федерации приоритетна по сравнению с любым другим нормативным актом, в том числе с соглашением международным, которое действует на территории Российской федерации. Вот это установление приоритетной роли Конституции России.

Казнин: Для этого нужны отдельные законопроекты, законы?

Плигин: В том числе, эти нормы должны регулироваться, уточняться в  отдельных законопроектах. Я хочу подчеркнуть, что когда говорят о законопроекте Торшина, там есть еще одно очень существенное положение. Все дело в том, что национальные законодательства целого ряда стран ориентируют людей на то, что они должны выполнить все процедуры на территории своей страны. И после того, когда процедуры на территории своей страны закончены, получено окончательное решение Высшего арбитражного суда или Верховного суда Российской федерации, дело приостановлено, у тебя возникает право обращаться в международные судебные инстанции.

Казнин: Разве ЕСПЧ может нарушать российскую Конституцию своими постановлениями?

Плигин: Вновь начинаете задавать вопрос, который, скорее, к целой лекции. Я в данной ситуации не говорю конкретно о том, что они могли что-то нарушить. Но возможно возникновение ситуаций, когда будет затрагиваться целый ряд вопросов о том, что, допустим, российское законодательство, российский федеральный закон не соответствует международной конвенции, и соответственно дальше возникает цепочка соотношений федерального закона, международного соглашения, Конституции. Наш уважаемый коллега Торшин предложил это оценить, поэтому здесь не может быть таких заголовков о том, чтобы заканчиваем эту практику.

Казнин: А до этого решения исполнялись?

Плигин: Решения исполнялись.

Казнин: Не было конфликтов?

Плигин: В целом ряде стран – это относится к Италии, Германии, Англии – возникали проблемы, связанные с национальными интересами, решениями судов. Но тем не менее, все страны исходят из приоритета.

Казнин: У них есть подобные законы?

Плигин: У них есть подобные решения. Соответственно их не так много, еще раз подчеркиваю, их может быть несколько прецедентов. Но на что бы хотел обратить внимание. Данный законопроект будет в Госдуме рассматриваться в понедельник.

Арно: Очень простой вопрос. Данный законопроект, если он будет принят, на благо россиян будет работать? Им станет от этого лучше, что они не смогут обратиться в суд по правам человека?

Плигин: Еще раз – спасибо большое за конкретизацию вопроса, но в вашей редакции вопрос не имеет права на существование. Граждане Российской федерации будут иметь право обращаться в международные инстанции, получать решения международных инстанций и Российская федерация будет выполнять эти решения. Вопроса о прекращении этой практики не существует.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия